Макс Волхв – Слизни (страница 2)

Сопоставив вид этого старика с голосом Геннадия Васильевича, я наконец-то вспомнил, где слышал подобные интонации. Это было ещё в подростковом возрасте.

Картинки сами ожили в подсознании, перемещая меня в далёкое прошлое. Тогда ко мне пришёл один мой знакомый. Очень странный парень неформального вида, предпочитающий одиночество шумным компаниям. Я несколько раз пытался познакомить его с моими друзьями, но он всё время отказывался, находя неправдоподобные отмазки. Да и со мной он тоже редко общался, мы больше здоровались просто и расходились каждый по своим делам. И вот тут он сам пришёл ко мне в гости. Причина визита оказалась весьма печальной – умер его лучший и единственный друг, а поговорить об этом несчастье было не с кем. Что сказать – такова плата одиночества. Я выслушал, посочувствовал. Парень вроде бы уже собрался уходить, как вдруг замер возле двери, повернулся ко мне, и показывая на руку сказал:

– У меня червяки под кожей. Видишь шевелятся?

Этот вопрос прозвучал настолько неожиданно, что я и вправду посмотрел, лишь потом поняв, насколько это глупо. Скорее всего, стресс от потери друга слишком сильно повлиял на его психику, выдавая вот такие галлюцинации. Как именно стоило поступить в сложившейся ситуации, я не знал, и принял решение подыграть ему, но постараться убедить, что это лишь фантазия. Сделав заинтересованный вид, внимательно рассмотрел его руку и вынес свой вердикт:

– Там точно никого и ничего нет. Слушай, это всё стресс. Тебе бы поспать немного.

Он ничего не ответил, а лишь посмотрел на меня, именно таким пустым и безразличным взглядом. Я тогда будто прочитал его мысли: «Не веришь! Никто не верит! А вот друг бы поверил, но его больше нет!»

Хорошо, что этот парень ничего страшного не натворил, а действительно пошёл домой. Через какое-то время до меня долетел слух, что его положили в психиатрическую лечебницу. Вроде даже вылечили, но лично я его больше никогда не видел, и скорее всего не встречу, ведь из своего родного города я уехал, и бываю там довольно-таки редко.

Вот и у Геннадия Васильевича был такой голос и взгляд – потерянный и отрешённый.

Открыв нехитрый замок на калитке, я зашёл внутрь, и направился к троице, чем и привлёк их внимание.

– Здравствуйте, уважаемые. Не подскажите, где мне найти Геннадия Васильевича, – сразу перешёл я к делу.

Мужчины поздоровались со мной нестройным хором, а тот, кого я и подозревал продолжил:

– Считай, что уже нашёл – это я. Ты участок посмотреть? Тогда пойдём, глянем.

Несколько метров мы прошли в тишине, а потом Геннадий Васильевич спросил:

– А ты откуда узнал, что я участок продаю?

– Мне друг сказал, у него здесь тоже дом, а ему сторож, – объяснил я цепочку сарафанного радио.

– Ох уж этот сторож-болтун, ай да Толик. Что услышит – всё растрезвонит, – пожаловался Геннадий Васильевич.

Пухлого мужчину кстати, я тоже определил правильно. Председателя звали Семён, и судя по тому, как о нём отзывался Геннадий Васильевич, отличный мужик, который не просто просиживает штаны, а действительно всем тут управляет. К его заслугам были приписаны: замена водопровода и подключение электричества в каждом домике. Многие люди, благодаря этим удобствам, на лето начали переезжать из своих душных квартир жить сюда, что в свою очередь снизило количество краж. Только меня насторожило то, как он на меня посмотрел: будто мы уже когда-то были знакомы.

Чуть впереди показался дом Вадима. Я узнал его, потому что мой друг показывал фото, когда хвастался. Потом взгляд переместился на соседний участок: старенький забор из гнилых досок, на территории высоченная трава, и посреди этих зарослей покосившийся на бок деревянный домик. Мысленно я представил, какая огромная работа меня ожидает, но мы прошли мимо, и минуя дом Вадима, остановились у высокого забора из профлиста коричневого цвета. Угловой участок располагался таким образом, что с одной стороны был выход на дорогу, а с другой прямиком в лес.

Геннадий Васильевич открыл калитку и с видом гостеприимного хозяина сказал:

– Заходи, осматривайся. Я тут подожду.

Эта его фраза меня слегка насторожила:

– Может вы мне сами всё покажите?

– Нет! – решительно отрезал он, сделав шаг назад, будто испугавшись моего предложения. – Я тебе доверяю, смотри. Если понравится, то забирай.

– Хорошо, – согласился я и зашёл внутрь, оставив хозяина ожидать возле калитки.

Вся эта сделка выглядела крайне подозрительной: низкая цена, категорический отказ Геннадия Васильевича войти на территорию. Казалось, что меня хотят обмануть, и мысли об этом постоянно крутились в голове, но сколько я не искал подвоха, никак не мог его найти.

А вот то, что я увидел внутри, вообще выбило меня из колеи. С правой стороны стоял старенький деревянный домик, к которому из-за зарослей даже подойти было невозможно, а вот слева хороший одноэтажный блочный дом, с крышей, пластиковыми окнами и дверью. С улицы от деревянного столба к новому дому тянулся электропровод. Осталось обшить или зашпаклевать, сделать внутреннюю отделку – заезжай и живи. Даже при условии, что всё это делалось своими руками, только на материалы уже вложено больше миллиона. Дверь нового дома оказалась заперта, но через окно я увидел инструмент, разбросанный на полу, будто строителей только что выгнали. Участок был заросшим: ни тропинок, ни примятой травы, как будто в последнее время сюда никто не заходил. Я решил больше не тревожить себя догадками, а выяснить всю правду у владельца участка. Вернувшись ко входу, спросил:

– Геннадий Васильевич, а если не секрет, почему цена такая?

– Торговаться решил? Дешевле не отдам! – отрезал он.

Я улыбнулся недопониманию и начал объяснять, что вовсе не то имел ввиду:

– Нет, наоборот, слишком дёшево отдаёте. Подозрительно это.

Старик тоже улыбнулся:

– Ну хочешь – дороже бери. Я его вообще продавать не планировал, это всё Зоя, жена, сторожа нашего Толи. Говорит, мол, что земля просто так пропадает, продай ты её, хоть людям послужит. А я ведь даже не соглашался. Втроём мы тогда на лавочке возле подъезда сидели, соседи они мои. Толик подслушал, и всем похлеще радио всё разболтал. Так что дороже возьмёшь?

– Нет, ваша цена меня устраивает, – попытался вырулить я, поняв, что разговор ушёл не в то русло.

– Тогда по рукам, и дело с концом, – уверенно заявил Геннадий Васильевич, протягивая мне руку.

Я ответил на его рукопожатие, но чтобы успокоить совесть, спросил:

– Так может не будете продавать? Достроите дом.

– Да куда мне? Старый я уже дома строить. И средств надо много, на пенсию материалов не купишь. Это я внуку участок подарил. Он начал стройку, и… – Не закончив фразу, Геннадий Васильевич погрустнел и отвёл взгляд в сторону, после чего добавил. – Уехал он в другой город.

Видя, что собеседнику этот разговор неприятен, я не стал дальше расспрашивать. Кто я такой, чтобы лезть в их семейные дела? И с чего ему передо мной душу изливать? Цена меня более чем устраивала, его тоже, а значит совесть чиста.

– Там инструмент в доме, вы его заберите и оформим сделку, – перевёл я разговор.

Геннадий Васильевич смену темы поддержал с удовольствием:

– Да где же я его хранить-то буду. Оставь себе, если не нужен – выкинь или Семёну отдай. Так что покупай всё вместе, коли не передумал.

Так я стал счастливым обладателем садового участка прямо возле леса, но на тот момент даже не представлял какие тайны узнаю, и сколько всего необъяснимого со мной произойдёт.

И всё же, вопреки всем моим опасениям, с покупкой я не прогадал. Со всех сторон сплошная выгода: удобное расположение, низкая цена, наличие практически достроенного дома. А внутри подарок в виде разнопланового дорогостоящего инструмента: от шуруповёрта, до бетономешалки. Причём не бытового, который сломается через месяц, а качественного и профессионального.

Возможно уже тогда мне стоило задуматься, почему Геннадий Васильевич так быстро, можно сказать, подарил мне участок, а его внук не забрал свой инструмент. И что это за поездка такая срочная, что парень столько трудов вложил, а потом просто взял и бросил? Но кто же на это обратит внимание, если от сделки одни плюсы, вот и я ни о чём не переживал. Лето в самом разгаре, а у меня как раз начался очередной отпуск. Значит появилось свободное время чтобы навести там порядок и приступить к воплощению своей мечты в жизнь.

Первые шаги оказались самыми сложными. Придя на участок, я долго рассматривал высоченную траву, думая, с какой стороны к ней подступиться, но как гласит поговорка: «глаза боятся – руки делают». Взяв триммер, начал скашивать заросли, отвоёвывая у них метр за метром своей территории. Из старых досок от грядок сколотил ящик для компоста и сложил внутрь траву. За работой и не заметил, как быстро настало время обеда, а заурчавший желудок требовательно попросил пополнения запасов энергии. Об этом я тоже позаботился заранее, взяв из дома электрочайник, еду и бутылку с водой, чтобы приготовить себе перекусить.

К счастью, розетки в новом доме работали исправно. Я вскипятил воду и заварил ароматный кофе, сделал несколько бутербродов, а потом вышел на улицу, чтобы насладиться на свежем воздухе не совсем полезной едой. Осматривая результат проделанной работы, обратил внимание на старый домик. После того как его перестали скрывать кустарники, он показался мне довольно-таки уютным. Одноэтажный, с мансардой, все окна целы, перед входной дверью небольшое крыльцо. Стены снаружи были обшиты посеревшими от времени, но не гнилыми досками. Визуально крыша тоже была целой.