Макс Волхв – НеЖить (страница 2)

Подойдя вплотную к столу, я вдруг услышал за спиной знакомый скрип открывающейся двери, а после громкий хлопок. Мгновенно обернулся и увидел, как из служебного помещения вышла худощавая старуха. Лёгкое недоумение сменилось нарастающим страхом: очередная вспышка покачивающейся лампочки осветила белую, почти прозрачную кожу пожилой женщины. Черты её лица выглядели грубыми и жёсткими, подобно творению не очень умелого скульптора. Обескровленные губы тут же растянулись в неприятной, пугающей усмешке, а в приоткрытом рту виднелись гнилые, кривые зубы. С костлявого плеча практически сваливалась серая тряпка, отдалённо напоминающая одежду, а снизу подола босые ступни, посеревшие от налипшей на них грязи. Редкие волосы свисали по сторонам спутанными космами.

Но особенно ужасали её глаза: абсолютно белые, лишённые радужки и зрачка, словно пара стеклянных шариков, вставленных в череп, которыми она пристально меня рассматривала. Старуха повернула голову слегка набок, с негромким хрустом, отчётливо различимым в тишине коридора, и сложила губы в хищной улыбке. Приподняв свою морщинистую руку, она указала на меня костлявым пальцем, и из её горла вырвался низкий, глухой шёпот, похожий одновременно на порыв холодного ветра и скрежет ржавых гвоздей по металлу:

– Вернись, – произнесла ведьма.

Не смотря на приличное расстояние между нами я почувствовал исходивший от неё смрад. Запах гниющего мяса, дождевых червей и застарелой крови ударил по ноздрям, и я едва сдержался, чтобы на месте не опустошить своё нутро. Так пахнет сама смерть, в худшем её обличии.

От голоса старухи мороз побежал у меня по коже, а каждая клеточка тела наполнилась тревогой и отчаянием.

Несмотря на свою внешнюю слабость, ведьма источала мощную угрозу, подобно тонкой паутине, незаметно затягивающей жертву в смертельную ловушку. Мне захотелось убежать прочь как можно быстрее, но с её указательного пальца сорвалась тонкая игла, которая молниеносно вонзилась мне в руку и лишила возможности двигаться. Я застыл, парализованный непонятным ядом.

Внешность ведьмы, и без того отвратная, претерпела разительные изменения: удлинились конечности, суставы неестественно вывернулись, отозвавшись мерзкими щелчками, ногти вытянулись и заострились, превращаясь в толстые звериные когти, гнилые зубы падали на пол с глухим звуком, а на смену им вырастали острые как кинжалы клыки. Затем она издала хриплое рычание, переходящее в нечеловеческий вопль, сотрясший стены помещения. Сквозь этот шум я снова расслышал одно только слово:

– Вернись…

 Размахивая своими неестественно длинными руками, отвратительное существо ринулось ко мне гигантскими скачками, преодолевая расстояние невероятно быстро. Каждая секунда промедления грозила мне неминуемой смертью. Я отчаянно старался сопротивляться магическому влиянию ведьмы, или действию яда, сковавшему моё тело, но все попытки оказались напрасны. Меня будто удерживали невидимые цепи.

Расстояние между нами неумолимо сокращалось, приближая меня к гибели. Существо остановилось всего в нескольких метрах, готовясь к смертельному прыжку. В последний момент кто-то неожиданно схватил меня сзади и рванул внутрь соседней палаты, волоком протащил до середины помещения и положил лицом вниз. Одним глазом я видел только чужие ноги, в таких же кроссовках, как у меня. Их обладатель вернулся к выходу и замер. В щели под дверью было видно вспышки света лампы, который отражал на полу большую тень той твари, что охотилась за мной.

Она медленно приближалась. Её шаги становились громче, и вот я смог разглядеть огромные ступни ног. Ведьма стояла прямо напротив входа, явно намереваясь сломать деревянную преграду одним ударом.

Паника охватывала разум новой волной ужаса, мысли путались, а надежда покинула меня окончательно.

«Вот и всё! Это конец!»

Хотелось бежать как можно дальше от этой твари, куда угодно, да хоть выпрыгнуть в окно, в неизвестность, прямо в туман, но я не мог даже пошевелиться.

Мучительные секунды тянулись бесконечно долго, словно сама вечность застряла между ними, но сущность просто стояла, ничего не предпринимая. Мне оставалось только смотреть и ждать своего конца, но тут я увидел, как её ноги уменьшились в размерах, и она ушла прочь, оставив меня и моего спасителя наедине.

«Хотя с чего я взял, что это спаситель? Боже, кто он?»

Взгляд невольно переключился на пару кроссовок возле порога. Сердце замерло в отчаянной надежде, что незнакомец окажется всего лишь обычным человеком, а не очередным ужасным существом. Он развернулся в мою сторону, приблизился и… Я вспомнил слова молитвы, мысленно повторяя их, ища спасение в вере. Ловким движением он перевернул меня на спину. Только тогда я смог разглядеть, кто это: крепкий мужчина пожилого возраста, примерно лет шестьдесят или чуть старше. Спортивное телосложение выдавало военного или бывалого бойца, но глаза были добрые, хоть и выглядели растерянными.

– Как тебя зовут? Кто ты? Что это за тварь была в коридоре? – торопливо прошептал он, буквально забросав меня вопросами.

Разумеется, я не смог ему ответить, ведь тело было мне неподвластно. Тем не менее этот человек мгновенно оценил ситуацию, вероятно, обладая опытом офицера разведки или медика, и сделал правильный вывод.

– Ты пошевелиться не можешь? – уточнил он, внимательно всматриваясь в моё лицо.

Я едва заметно помотал глазами, давая утвердительный ответ, и его цепкий взгляд немедленно уловил мой жест.

– Да, что же это за напасть-то такая? – проворчал он себе под нос, быстро осмотрев меня и заметив торчащую из руки иглу, спросил: – Ты из-за этой штуковины парализован?

Я выразительно взглянул сначала вверх, затем вниз, подчёркивая своё согласие. Поняв меня, мужчина отступил назад и вернулся, обмотав себе кисть и пальцы белой тканью.

– Так, боец, я сейчас вытащу иглу. Возможно, будет больно, но ты не кричи. Не нужно лишний раз привлекать внимание той твари. Договорились? Готов? – спросил он меня, взявшись за тонкий стержень, торчащий из моей руки.

Опять кивнув взглядом, я приготовился терпеть мучительную процедуру. Он медленно посчитал до двух, и после короткой паузы последовал неожиданный, резкий рывок. Игла выскочила, освобождая затвердевшие мышцы из магического плена ведьмы. Они вмиг расслабились, заставляя тело распластаться на полу. Подступивший крик, подавленный мной ещё там, в коридоре, застыл в горле вместе с готовностью выкрикнуть проклятия. Однако, сумев совладать с собой, я тихо выдохнул единственное слово:

– Спасибо.

Пересохшее горло болезненно отозвалось сухостью, и я судорожно откашлялся. Мужчина заботливо приподнял мою голову, подложив под неё что-то, снова отбежал, и вскоре вернулся с наполненным водой стаканом.

– Выпей немного, полегче станет.

Подняв корпус в сидячее положение, я жадно сделал несколько глотков и почувствовал долгожданное облегчение. Мужчина терпеливо ждал моего ответа, скрывая беспокойство и тревогу за строгими манерами бывшего военного.

– Я не знаю. Ничего не помню, – признался я хриплым шёпотом. – Да и рассказывать-то особо нечего. Очнулся в палате, похожей на эту, и, выйдя из неё, встретился с той ведьмой. Дальше, вы меня спасли. Спасибо, кстати, за это ещё раз.

– Плохи наши дела, – вздохнул мужчина, ненадолго погрузившись в размышления. Скорее всего, в этот момент он принимал решение, стоит ли мне доверять, а после всё же продолжил. – У меня похожая история. Никаких воспоминаний, ничегошеньки не помню. Я тоже очнулся не в этой палате, а по соседству. Собрался, выглянул наружу, прошёл пару метров до стола и услышал громкий вопль из дальнего угла коридора. Тут же в том месте появилось нечто длинное и страшное до жути, на инопланетянина похожее. От страха я отступил в ближайшую палату, пока этот гуманоид меня не заметил.

– Думаете, это пришельцы? – осторожно предположил я.

– Ну а кто же ещё? Наверное, похитили нас, чтобы изучать и опыты проводить. Другого объяснения у меня нет. Про себя не помню ничего конкретного, но общие знания о мире сохранились. Может и связанно это всё с моим прошлым.

Подобная версия показалась мне разумной, и я мысленно согласился её временно принять.

Вновь раздался характерный пищащий звук медицинского оборудования. Оглянувшись, я обнаружил девушку, прикрытую лёгкой простынёй и мирно спящую на больничной койке. К её груди тянулись провода, считывая ровный ритм биения сердца.

– Она без сознания, – сообщил мой товарищ. – Молоденькая совсем, лет двадцать, не больше. Но вот как её в чувство привести – убей, не знаю.

– И что, мы её здесь оставим на растерзание этим… инопланетянам? – возмутился я, пристально уставившись на собеседника.

– Да что ты! Мы своих в беде не бросаем, – уверенно заявил он. – Всё равно, если хотим выбраться отсюда, нам нужно больше информации собрать о врагах. От правильной разведки зависит успех будущей операции. В палаты они не заходят, почему-то, а значит, пока мы внутри, то вроде как в безопасности. Но это не точно.

– Вы сказали «враги» во множественном числе, думаете их много?

– Сложно сказать наверняка, но предусмотрительность лишней не бывает. Лучше заранее подготовиться к худшему развитию событий. Тогда у нас появится шанс выжить. Предлагаю разделиться: ты пойдёшь наблюдать в окно, а я останусь у дверей, послушаю, что происходит в коридоре. Если что-то привлечёт внимание – зови.