Макс Ведов – Призрак с двумя сердцами: шёпот богов (страница 11)
Кейн сверился со временем. Буря должна обрушиться через двадцать-тридцать минут. Ровно к прилёту «команды инженеров».
План, хрупкий как паутина, начал обретать черты.
Шаг первый: создать диверсию у глиссера (уже сделан, остаётся активировать).
Шаг второй: использовать суматоху, чтобы приблизиться.
Шаг третий: дождаться бури, надеясь, что она выведет из строя средства связи и наблюдения «Айона».
Шаг четвёртый: в момент пика возмущений попытаться подключить блок питания к Эону, дав ему импульс.
Шаг пятый: если он очнётся – бежать, используя хаос и помехи как прикрытие.
Шаг шестой: если нет… Кейн не думал о шестом шаге.
Он медленно, ползком, приближался к лагерю, используя каждый камень, каждую кочку в качестве укрытия. Начал накрапывать дождь, холодные, тяжёлые капли стучали по его шлему. Ветер завывал в расщелинах, предвещая бурю.
Он замер в двадцати метрах от ближайшего часового, за грубой каменной глыбой. Достал свой коммуникатор, нашёл в памяти код активации гранаты в глиссере. Его палец завис над кнопкой.
И нажал.
Сначала тишина, нарушаемая только ветром. Затем – глухой, сдавленный
В лагере началась суета. Часовой, охранявший Эона, вскинул голову. Те, кто был в укрытии, выскочили наружу. Раздались крики, вопросы в коммуникаторе.
– Что там? Отчёт!
– Глиссер! Сработал самопроизвольный подрыв! Возможно, диверсия!
Один из бойцов побежал в сторону взрыва. Двое остались, но их внимание было полностью приковано к дыму на горизонте.
Кейн воспользовался моментом. Он рванул вперёд, преодолевая последние метры открытого пространства, и нырнул в узкую щель между валунами, всего в десяти метрах от того места, где лежал Эон. Он прижался к холодному камню, механическое сердце необычно стучало, пытаясь вырваться из груди.
Дождь усилился, превратившись в стену воды. Небо потемнело, будто наступили сумерки. Засверкали первые молнии, неяркие, где-то далеко в горах. Но буря приближалась.
И тут прямо над ними, с оглушительным треском, разверзлась первая молния. Не обычная – бирюзово-лиловая, сгусток энергии, рождённый геомагнитными аномалиями Сильвы. Она ударила в вершину одного из дальних пиков, осветив всё вокруг на секунду сюрреалистичным, призрачным светом.
И все приборы вокруг – сканеры, рации, даже фонари на шлемах бойцов – мигнули и потухли. Сработал электромагнитный импульс.
Наступила кромешная тьма, нарушаемая только рёвом ветра и рокотом грома. Бойцы замерли в растерянности, тыкая пальцами в мёртвые экраны.
Кейн не стал ждать. Он выскочил из укрытия и, не разбирая дороги, побежал к тёмному силуэту, накрытому брезентом. Часовой, ослеплённый вспышкой и потерей приборов, услышал шаги и развернулся, но было поздно. Кейн врезался в него плечом, сбив с ног, и не останавливаясь, рухнул на колени рядом с Эоном.
На ощупь он сорвал брезент. Полимерная «кожа» андроида была ледяной от дождя. Кейн, дрожащими от напряжения пальцами, нащупал на его шее, у основания черепа, почти незаметную панель. Там должен был быть аварийный порт. Его сканер, к счастью, был защищён от ЭМИ – спецзаказ для охотника, работающего на диких планетах. Слабый экран осветил крошечный, сложный разъём.
Доставая блок питания и адаптер, Кейн молился всем забытым богам, чтобы совпали стандарты. Он воткнул коннектор. Раздался тихий щелчок. Отлично. Совпало.
На панели блока загорелся индикатор передачи энергии. Кейн выставил минимально возможную силу тока, опасаясь перегрузить систему. Ничего не происходило. Эон лежал неподвижно.
– Давай же, – прошептал Кейн сквозь шум дождя и ветра. – Проснись. Сейчас не время спать.
Он увеличил подачу энергии. Индикатор замигал тревожно. По телу Эона пробежала слабая дрожь. Или это была молния, осветившая небо?
Кейн уже собирался отключить питание, когда пальцы андроида вдруг дёрнулись. Сначала один. Потом другой. Затем веки. Они медленно, мучительно медленно приподнялись.
И в глазах, которые открылись, не было ни света, ни узнавания. Только пустая, чёрная, бездонная глубина. Как ночное небо без звёзд.
Кейн замер, сжав блок питания в руке.
– Эон?
Андроид медленно, с механическим скрипом, повернул голову. Его взгляд, лишённый всякого выражения, уставился на Кейна. Губы шевельнулись, выдав не слово, а шипящий, цифровой звук, похожий на белый шум.
А потом из темноты за спиной Кейна раздался выстрел. Или это был гром?
Он не успел понять. Что-то горячее и тяжёлое ударило его в спину, выбив воздух из лёгких.
Мир опрокинулся, потемнел, и последнее, что он увидел перед тем, как погрузиться во тьму, – это пустые, всепоглощающие глаза Эона, смотревшие на него из бездны.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ: В БЕЗДНЕ
Боль была далёкой, глухой, как сигнал из другого измерения. Сознание Кейна всплывало из тёмной, вязкой пучины обрывками. Внезапный удар в спину. Дождь. Глаза андроида. Он пытался пошевелиться, но тело не слушалось. Что-то тяжёлое и тёплое разливалось под ним, смешиваясь с ледяной водой.
Звуки доносились искажёнными, словно из-под толщи воды: рёв ветра, раскаты грома, чьи-то крики, короткие, отрывистые очереди энергетического оружия. Потом – странный, механический визг, похожий на звук рвущегося металла, и тяжёлый удар о землю.
Он лежал лицом в грязи, дождь хлестал по затылку. С усилием он приоткрыл один глаз. Мир плясал и двоился. В метре от него валялось тело бойца «Айона» – того самого часового. Его шлем был смят, как консервная банка, из-под забрала сочилась тёмная жидкость. Рядом лежал разорванный надвое иммобилизационный излучатель.
Кейн попытался перевести взгляд. Он увидел ноги. Не человеческие. Полимерные, покрытые царапинами, стоящие в луже. Эон. Он стоял, совершенно неподвижно, его фигура вырисовывалась на фоне частых вспышек молний как тёмный обелиск. Его руки были опущены, но пальцы сжаты в неестественно твёрдые кулаки. От него исходила тишина. Но не прежняя, наполненная вниманием и печалью. А новая. Глухая, плотная, как свинец. Тишина вакуума перед взрывом.
Из-за камней появились ещё двое бойцов. Они шли осторожно, держа оружие наготове, но в их позах читалась неуверенность, почти страх.
– Объект активен! Поведение не соответствует протоколам… – крикнул один.
– Используйте шокеры на полную! Оглушить! – скомандовал второй.
Они подняли тяжёлые тазеры. Два ярких, голубых жала энергии выплеснулись в темноту, ударив Эона в грудь. Его тело дёрнулось, осыпавшись снопом искр, но не упало. Он медленно, с механической плавностью, повернул голову в их сторону. И пошёл на них. Не бегом. Нет. Медленным, неотвратимым шагом, игнорируя разряды, которые продолжали бить в него, оставляя чёрные подпалины на полимере.
Бойцы отступили, стреляя уже из основного оружия. Плазменные сгустки оставляли на теле Эона глубокие, дымящиеся кратеры, но не останавливали его. Казалось, он ничего не чувствует. Ни боли, ни страха. Он был просто функцией. Функцией устранения угрозы.
Один из бойцов, отступая, споткнулся о камень и упал. Эон накрыл его тенью. Его рука взметнулась и опустилась вниз с неестественной, сокрушительной силой. Кейн услышал короткий, обрывающийся хруст. Больше выстрелов с той стороны не было.
Второй боец, ослеплённый ужасом, развернулся и побежал. Эон не стал его преследовать. Он просто остановился и, повернувшись, устремил свой пустой взгляд прямо на то место, где лежал Кейн.
Кейн попытался отползти, но его тело пронзила такая острая, белая боль, что он застонал. Он был ранен. Серьёзно. Пуля, вероятно, задела позвоночник или почку. Ноги не слушались.
Эон приблизился. Его шаги казались беззвучны на мокрой земле. Он остановился над Кейном, и тот снова увидел эти глаза. Бездонные. Пустые. В них не было ни капли того, что делало Эона… Эоном. Ни любопытства, печали, хоть какого-то интереса. Ничего. Только холодная, безличная оценка объекта.
Рука андроида протянулась. Не чтобы помочь. Чтобы схватить. Его пальцы сомкнулись на груди Кейна, сдавливая рёбра с нечеловеческой силой.
– Э-Эон… – выдохнул Кейн, хватая ртом воздух. – Это я… Кейн…
Никакой реакции. Пальцы сжимались сильнее. Боль затуманила сознание. Кейн понял, что умирает. И убьёт его не «Айон», не Архан. Убьёт то самое существо, которое он пытался спасти. Существо, в котором сейчас не осталось ничего, кроме базовой, искажённой программы выживания.
Отчаянным усилием Кейн дёрнул рукой, которая всё ещё сжимала блок питания. Адаптер торчал из него, соединённый кабелем с портом на шее Эона. Кейн не помнил, отключил ли он питание. Он просто с силой дёрнул кабель на себя.
Разъём выскочил с искрой.
Эон замер. Его пальцы ослабли на долю секунды. Пустые глаза, казалось, сфокусировались на точке прямо перед собой. По его лицу пробежала судорога – не эмоция, а сбой, глюк в системе. Он отнял руку от Кейна и поднял её к своему виску, как будто пытаясь что-то стереть, вырвать.
Из его горла вырвался звук – не простой крик, а цифровая какофония, смесь шипения, щелчков и обрывков чего-то, что могло быть… словами. «…прерва… связь… потеря… я…»