Макс Вальтер – Браконьер 5 (страница 4)

– Ха-ха-ха, – грохнул от смеха он. – Порядочного… Ну ты дал, Брак! А с чувством юмора у тебя полный порядок. А теперь объясни мне, дураку, за каким тогда хреном этот упырь припёрся в нашу крепость, если ближайшая находится совсем в другом месте? Как он нашёл твою стоянку, где ты сушил сердца? Нет, здесь точно не может быть ошибки, иначе тебя не приговорили бы так быстро.

Крыть мне было нечем. Я прикинул аргументы, озвученные Кулём, и да, на его месте я бы тоже не сомневался в своей виновности. Но кто же знал, что эти твари способны на такое? Это не первая моя охота с брошенными телами там, где я их и прикончил. Но попался я впервые и, надо признать, по собственной тупости. Мне бы подождать немного, хотя бы ночь. Как следует определить количество особей в бригаде, а затем вырезать всех подчистую. Утреннее солнце довершило бы мою работу и сожгло бы тела. А там ищи потом ветра в поле. Поспешил…

– Чё притих? – спросил Куль. – Думаешь, как бы теперь подохнуть, чтобы в петле не болтаться? Так я тебя огорчу: ни хрена у тебя не выйдет.

– И когда меня собираются вздёрнуть? – решил выяснить я. – Полагаю, что о суде спрашивать смысла нет?

– Всё, родной, приговор тебе уже вынесли. Судят у нас, только если вопрос спорный. В твоём случае всё очень прозрачно.

– Так когда?

– В полночь, – вместо него ответил Сивый. – Чтоб оба рода могли это видеть.

– Оба кого? – уточнил я.

– Рода, – отозвался он. – Тебе ведь известно понятие «род человеческий»?

– Они не люди, – буркнул я.

– Во, я же говорю: нормальный мужик, – довольным голосом заявил Куль. – Жаль только, туповат.

– Да вы оба тупые, – огрызнулся Сивый. – Никак не можете понять, что времена изменились. Они тоже люди, просто ими управляли, отняли волю…

– Сивый, – окликнул второго надзирателя я. – А ты что, сирота?

– Почему? – не понял намёка он.

– У тебя была семья до всего этого дерьма? Близкие тебе люди. Те, кого ты любил.

– Ну и при чём здесь это?

– Где они?

– Отец обратился, мама погибла ещё в самом начале. Сестра… Что с ней сейчас, я не знаю.

– Ясно, значит, у нас налицо счастливое воссоединение с семьёй. Видишься с отцом, да?

– Это не твоё дело.

– Значит, видишься. А о матери забыл, так получается?

– Заткнись! – рявкнул Сивый. – Ты ни хрена не знаешь! Её убили не изменённые, а такие уроды, как ты!

– Как я? – Я даже обернулся и попытался отыскать взглядом этого идиота. – Я не убивал себе подобных, разве что когда меня откровенно вынуждали.

– Да забей, мудаков везде хватает, – вставил своё слово Куль. – Но в целом я с тобой согласен. Неправильно это – заставлять нас дружить с теми, кто ещё год назад жрал людей. Я тебе так скажу: будь моя воля, ты бы сейчас медаль получал, а не ожидал того, когда на твоей шее затянется петля.

– У тебя закурить есть? – попросил я.

– Это можно, – вздохнул Куль и зашуршал.

Вскоре я уже рассматривал его лицо через прутья решётки. Обычный тип, ничего выдающегося. Нос немного набок, недельная щетина на щеках и подбородке, стрижка под ноль и паутинка мимических морщин в уголках губ и глаз, что говорит о его весёлом нраве. В том смысле, что он явно часто смеётся. Одет в стандартную горку с красной нашивкой на плече и надписью на ней: «Дружина». На шее автомат производства концерна «Калашников», а вот в поясной кобуре – «Беретта» под патрон марки «Парабеллум» девять на девятнадцать.

Не сказать, что это редкий боеприпас, в Туле их производят и по сей день. Но вот сам ствол… Достать такой у нас очень непросто. Всё больше распространены стандартные «Макаров», «Стечкин» и «Грач», попадается и пистолет «Лебедева», как, например, у меня. Но вот чтобы увидеть зарубежный образец – большая редкость.

– Ты где такую игрушку достал? – кивнул я на поясную кобуру.

– Это? – ощерился Куль и вытянул ствол. – Так трофейное же. С одного выродка снял, года четыре назад ещё.

– Изменённого, – поправил напарника Сивый.

– Он реально такой? – поинтересовался я, имея в виду второго надзирателя. – Или притворяется?

– Да он молодой ещё, – отмахнулся Куль. – Жизни-то толком не видел. Когда всё это дерьмо случилось, ему тринадцать лет всего было. В боях не участвовал, мамка в крепость привела, так и прижился. Мы его подкармливали вначале, а теперь вот и на службу пристроился. Туповат, конечно, но исполнительный. Вишь, как законы чтит. И похер ему, что выродки его батю с сестрой загрызли.

Я прикурил и с наслаждением затянулся. С шумом выпустил дым и с благодарностью посмотрел на вертухая.

– Спасибо, – поблагодарил его я. – Как думаешь, у меня точно без вариантов?

– Сто пудов, – усмехнулся он. – Так что лучше не дёргайся, если не хочешь дожидаться смерти в рубашке для психов. А то был у нас тут один такой. Ему даже поссать не разрешили, после того как угомонили и спеленали. Так этот дебил умудрился ещё и кучу в штаны навалить. Так его обосранным на эшафот и вели. Стыдоба. А скулил, как сука побитая, пока ему верёвку прилаживали.

– Тоже за этих? – с пониманием кивнул я.

– А за кого ещё? У нас в последнее время только за них и вешают. Будто других преступников больше нет. Но знаешь, что я тебе скажу?

– Что?

– За последнюю неделю ты у нас единственный. Выходит, что работает схема, всё меньше и меньше отчаянных людей остаётся.

– Пожрать хоть дадут?

– Даже не мечтай, – покачал головой Куль. – Никто не станет на покойника добро переводить. Это тебе не раньше, где последний ужин и слово давали. Мешок на голову натянут, петлю на шею накинут – и вся недолга. Будешь вместе с другими на ветру качаться, ногами по балке стучать.

– Дай тогда ещё сигарету. Хоть накурюсь впрок.

– Этого не жалко. – Куль протянул портсигар. – Можешь две взять, я себе ещё накручу. Слушай, а ты в самом деле тот самый Брак?

– Угу, – буркнул я.

– И что, за тебя реально центнер серебра давали?

– Полтора.

– Чума-а-а! – с довольной рожей протянул Куль. – Сильно же ты их достал.

– Нормально.

– Эх, жаль, мы с тобой раньше не встретились. Я бы предложил тебе одну тему.

– Это какую?

– Да кинули бы с тобой этих мразей за сто кило! – с лихим огоньком в глазах ответил он.

– Так я и кинул, – хмыкнул я.

– В натуре?! – выпучил глаза Куль. – Так какого же хрена ты на тех упырей прыгнул?! У тебя же полтора центнера на руках! Жил бы себе припеваючи, где-нибудь на берегу Чёрного моря.

– Нет больше ничего, – пробормотал я, прикуривая вторую самокрутку от окурка, который уже начал обжигать пальцы.

– Как нет? Куда же ты столько дел? Это же за всю жизнь не потратить!

– Да там ситуация произошла. Близкий мне человек погиб, а я пытался горе в вине утопить.

– Неужто пропил?! Или упёр кто?!

– Второе, – кивнул я. – Напарник у меня был… В общем, я в один прекрасный день очнулся, хотел за бухлом сходить, чтоб догнаться, а его нет.

– Серебра?

– И серебра тоже, – кивнул я.

– Я бы ему всю башку разбил, – нахмурил брови Куль. – Это ж крыса, получается.

– Думаю, это он из благих побуждений, – покачал головой я. – Скорее всего, моя доля у него так и лежит.

– Тогда я тебя не понимаю… – Надзиратель почесал макушку. – На хрена тебе всё это? Зачем башкой рисковать, если всё есть?

– Да затем, – глядя в одну точку, ответил я. – Эти твари меня всего лишили: брата, любимой…