Макс Максимов – Я мыслю, значит, я существую (страница 7)

- Ну тогда ты можешь идти, - сказал капитан.

- Да… я это… хотел узнать. Мишань, а ты права монстра видел?

Сергей Петрович цокнул и закатил глаза.

- Да! – мальчик оживился и затараторил, - у нее руки были страшные! Там было много пальцев кривых! Как ветки какие-то! Она смотрела как будто неживыми глазами, как стеклянными! Я не мог точно поймать ее взгляд. Вы вот сейчас смотрите на меня, мне в глаза ну… я как бы… я это чувствую, вижу, не знаю, как объяснить… а она когда смотрела на меня, то смотрела не в глаза, а на нос или на лоб, или на глаза, но не в глаза. Как кукла какая-то! Это очень противно и страшно, когда так смотрят на тебя, как будто кто-то не живой смотрит.

- Ты не чувствовал, что ваши взгляды пересекаются? – уточнила Алёна.

- Вот! Точно! Взгляды не пересекались!

- И ты говоришь, что у нее было больше пяти пальцев?

- Да! Из некоторых пальцев торчали еще пальцы!

- Сергей Петрович, - осторожно произнес Федя, - а можно я тут постою?

- Что, Кошкин, любопытно? – усмехнулся капитан.

- Ну… как-то так… да, чуть-чуть, - тихо произнес Федя, а потом добавил громче и даже немного с возмущением, - я вообще-то тоже участвую в следствии!

На самом деле Сергею Петровичу, как и Кошкину, тоже хотелось находиться при опросе. Он поэтому и предложил Алёне остаться тут, в кабинете, хотя многие вещи капитан уже успел спросить у Миши, пока следователь ехала в участок.

- Ладно оставайся, - сказал капитан.

- Миша прибежал домой, - начал Ласкин, - глаза на выкате, руки трясутся, речевой поток из него просто с невероятной скоростью вылетал. Я его таким ни разу не видел.

- И ты сразу позвонил в полицию? - спросила Алёна.

- Нет, - ответил Вася, - я сначала выскочил на улицу и пробежался по дворам, - думал, найду ее. Но не нашел. Встретил двоих знакомых, кстати, один из них Генка. Помнишь его?

- Помню, ты давай по-существу говори. До твоего Генки, собутыльника, мне нет дела, - сказала Алёна.

- Какой собутыльник! Я не пью уже десять лет.

- Вася, мне все равно, - Алёна была сильно недовольна из-за этих разговоров – ниточек, ведущих в их прошлое, - ты о чем вообще мне тут говоришь? Пьет он… не пьет… Да какая мне разница!

- Дальше давай, дальше, - азартно произнес капитан.

- Генка её не видел. Потом встретил еще женщину из дома напротив углового магазина, она тоже не видела ее. Я еще пару минут походил, но, как вы поняли… (разводит руками).

- Я когда добежал до подъезда оглянулся, - продолжил Мишка, - она стояла и смотрела на меня. А когда я поднялся на свой этаж и высунулся в окно, то ее уже не было.

- Ты же говорил, она еле ходит, - напомнил капитан.

- Да, но пока я поднимался по ступенькам, она могла куда-то за угол зайти.

- Миша, ты ее лицо запомнил? – спросила Алёна.

- Конечно!

- В чем она была одета, описать сможешь?

- Хах, - капитан издал смешок, - она в халате была!

- В халате? – удивилась Алёна, - это хорошо. Это приметно.

- Да, и в туфлях в красных! – добавил Миша.

- Она при тебе случайно не улыбалась?

Мальчик задумался, отведя взгляд в сторону. Рукой он массировал себе шею.

- Кажется нет, а что?

- Может ты видел её зубы, когда она разговаривала?

- Ну… мне кажется, я не обратил на них внимание. Вот если бы она смеялась, я бы заметил что-нибудь. Клыки там, например, длинные, или еще что-то такое.

- Это конечно странно, - задумчиво сказал капитан, - вид у нее очень уж необычный. Должен был ее хоть кто-то еще заметить.

- Надо фоторобот сделать, - деловито произнесла Алёна, - разослать его по всем участкам. Волонтеры есть у вас?

- Волонтеры? Какие волонтеры? – Сергей Петрович посмотрел на Алёну.

- Такие, которые за сегодня смогут развесить по всему городу фоторобот подозреваемой, - сказала следователь, уже понимая, что никаких волонтеров в Потерянном нет и придется им обходиться силами полицейских, которых было двадцать восемь человек.

Миша по памяти восстановил их диалог с Женей, а Алёна записала все, что сказал мальчик. После этого они потратили более часа чтобы составить ее фоторобот. За это время в отделение поступило еще три сообщения о пропаже людей.

7. Папа! Оно тут!

В учебные дни Мишка ложился спать в девять вечера, но завтра рано вставать не надо, и парень засиделся у телевизора допоздна. В люстре горели все три лампочки, и в окне из-за этого вместо вида улицы с их второго этажа, отражалась комната, в которой стояли кровать, письменный стол, стул, шкаф, ящик с игрушками (в них парень давно уже перестал играть) и телевизор на тумбе. Но спать Мишка не ложился не из-за того, что по ТВ шло что-то интересное: после сегодняшней встречи с Женей парень боялся лечь, выключить свет и закрыть глаза. Каждые несколько минут он приникал лбом к окну, ладонями прикрывая пространство по бокам возле лица, чтоб создать тень, и с трепетом рассматривал улицу и двор, на котором утром он общался с неведомым существом, пытающимся казаться человеком. Именно так Мишка воспринял Женю. Она не человек, - думал он, - она, это что-то, что пыталось быть похожим на человека. От этого Мишке становилось еще страшнее. А что, если кто-то еще сможет подражать человеку, но так, что будет невозможно отличить? – подумал мальчик и, услышав шаги на улице, вновь приник к окну. Звуки шагов издавал незнакомый мужчина, идущий по тротуару. Когда прохожий миновал подъезд Мишки, парень уселся обратно на кровать и сонными глазами уставился в телевизор, по которому шел советский фильм. Телевизор работал чуть слышно.

- Мишань! - крикнул отец из своей комнаты, - ты, может, уже ложиться будешь?! Час скоро!

- Да, сейчас!

Кровать Мишки стояла торцом к окну. Парень спал головой к двери. Телевизор находился от окна чуть правее, в углу комнаты.

Мишка выключил свет и посмотрел на улицу. Слегка колышущиеся ветви деревьев за окном заставили мальчика вздрогнуть, и он снова зажег люстру.

- Давай, сынок, пора уже, - слышал Миша голос отца за спиной из коридора. Парень стоял возле двери у выключателя и смотрел на свое отражение в стекле. Вася зашел в комнату. Положил руку сыну на плечо, приобняв его.

- Ты чего? – спросил Ласкин, - боишься?

- Ну… так. Неприятно как-то, - тихо произнес Миша.

- Дома-то чего бояться? – отец сел на кровать.

- Не знаю. Но я сегодня со светом посплю.

- Поспи со светом. Вон, ночник себе включи.

- Да. Включу, - Миша сел рядом с отцом, продолжая смотреть в окно.

- Ты видел что-то? – спросил Вася, поняв, что мальчик испуган и не отводит глаз от улицы.

- Нет, - он повернулся к папе, - просто… вдруг она ко мне в комнату залезет?

- Так она же еле ходит. Ты сам говорил, – отец заулыбался, - как она в туфлях полезет на второй этаж?

- Ну… не знаю…

- Лестницу подставит? – Ласкин пытался развеселить сына, - или нет, приедет на пожарной машине!

Мишка хихикнул.

- Если она тут появится, я ей эти пальцы кривые пообламываю! Ты уж не волнуйся! А потом запихнем ей ее туфли каблуками сам знаешь куда! – отец тоже издал смешок.

Мишка представил, как Женю выводит полиция из его комнаты, а у нее из задницы торчит туфель. Парень пытался сдержать смех, но все же не смог.

- И она такая говорит полиции, - продолжил отец – спасите! Они мне в зад туфлю засунули!

С этой глупости Мишка рассмеялся в голос.

- Давай, Мишаня, - Ласкин слегка потрепал его за волосы, - ложись и не бойся. Дома тебе ничего не угрожает. А в школу и из школы будем пока что вместе ходить. А за-а-а-автра… завтра приготовим с тобой пиццу!

- Хм… - Миша прищурился, искоса глядя на отца, - а вы неплохо придумали.