Макс Мах – Коннетабль (страница 9)

- Рассказывай, - предложил Трис. Он, как всегда, воспринял ее слова, как есть, и, разумеется, всерьез, и привычно был готов и выслушать, и помочь, если в этом возникнет надобность.

- Во-первых, я знаю теперь, кто такие Источники, - победно улыбнулась Габи.

– Не все и не точно, - была она вынуждена признаться, - но гораздо больше, чем мы с тобой знали еще четыре дня назад.

— Это ценное знание, - согласился Трис. – Попробуешь объяснить? Или это не мой уровень компетенции?

- Именно, что попробую, - тяжело вздохнула она в ответ. – В наших языках нет подходящих терминов, и философия у этих джа совсем другая, другое видение мира и методология науки тоже другая. Все другое… Но это все равно будет больше, чем ничего.

- Когда откроешь школу? – поддержал он ее улыбкой.

- Когда вернемся домой, - решила Габи. Вернее, озвучила уже сформировавшееся у нее решение.

- Разумно, - согласился Трис, тоже, по-видимому, кое-что просчитавший в уме. – Что второе?

- Я, кажется, знаю, как вылечить синдром «темного охотника». Лекарство, правда, тоже не сахар, но есть надежда вывернуться и остаться собой. Не спятить и не сбежать зверем в лес.

- Остаться собой, - повторила, явно думая о чем-то своем, возможно, просчитывая варианты и вероятности.

- Ну, или почти собой, - добавила с сожалением после короткой паузы. Однако Трис ее настроения не принял, акцентировав свое внимание на слове «собой», а не на слове «почти».

— Это хорошая новость, - улыбнулся он. – Что для этого нужно?

- Пока точно не знаю, - пожала плечами Габи, - но узнаю. Для этого мне потребуется вернуться сюда еще разок перед тем, как станем выводить принцессу в императрицы. Мне надо будет «выпить» еще пару-другую «вонгов». Нужны кое-какие специальные знания, а я пока прошлась только по верхам. Пролегомены[11], так сказать, к будущему знанию.

- Нужно значит нужно, - принял Трис ее слова к сведению.

- Тогда предлагаю сделать так, - озвучила Габи свои планы. - Отдохнем здесь еще два-три дня, затем сходим в Петербург. Если там все в порядке, останемся на неделю-две, решим проблему с рекрутами, заберем свои вещи. Я за это время как раз переварю вчерне свой кусок «волчьей мудрости», отдохну и окончательно оправлюсь. А затем, возьмем новобранцев, - думаю, чем больше, тем лучше, - и снова сюда. На все про все мне потребуется максимум неделя. Места здесь хватит всем, еда есть… Домашние духи бдят… Что еще нужно, чтобы провести каникулы в горах?

- Надо будет захватить из России несколько лэптопов, - поддержал ее идею Трис. – И фильмов побольше. А то смотрим местное телевидение, как дураки. Языков местных не знаем, культура здесь тоже несколько иная. Даже от нас отличается, не говоря уже о русских. А так и книги будут, и фильмы, да и подучиться не помешает. Кому магии, кому франкскому языку… Ребята говорят, у них есть такие специальные «лингафонные» курсы, чтобы учить языки и все такое. В общем, если отдыхать, то с комфортом.

- Отличная идея, - поддержала его Габи. – Нам всем следует хорошенько отдохнуть. Домой вернемся, будет уже не до сна и не до отдыха. Переворот – дело непростое во всех смыслах.

И, в самом деле, там, дома – в империи, - ничего за это время не изменилось, потому что и времени-то прошло всего-ничего, каких-то сорок семь минут, если она не ошиблась в своих сложномудрых вычислениях. А значит, все, как было, так и осталось. На носу свадьба Триса и Марии и много чего еще, включая разоблачение тайных недоброжелателей, - которые, впрочем, тайными быть уже перестали, - и не считая планов по захвату власти. А времени у них в запасе катастрофически мало. Эва Сабиния говорит, что император протянет не больше года. И это при том, что Жемчужная Женщина делает для него все, что только в ее силах, а сил этих, между прочим, у нее немерено. Вот и считаем. В лучшем случае у них есть где-то двенадцать месяцев на все про все: и военную силу негласно сформировать, — вот тут рекруты из России были бы крайне востребованы, - и союзников найти, и свою голову на плечах сохранить.

«Да, придется попотеть, - резюмировала Габи, отметив мимоходом пару оригинальных идей, возникших у нее по какой-то кривой ассоциации. – Впрочем, игра стоит свеч, разве нет?»

***

В Петербург отправились только через три дня, и не прямо, а снова же через Хибины, где Габи привычно уже подключилась к спутнику, чтобы выяснить, что там и как в Северной Пальмире. По местному календарю здесь, в России все еще длилась та самая ночь, когда им всем пришлось спасаться бегством. Поэтому первым делом Вероника созвонилась со своим дальним родственником, который никаким боком не был связан ни с ней, - а вернее, с ее «колдунством», - ни с Максимом Сувориным. Родственник оказался, и в самом деле, очень дальним, причем, во всех отношениях, потому что даже не сразу понял, кто это беспокоит его в столь поздний час. То есть, сначала на той стороне ответил начальник охраны этого господина, что многое могло сказать о родственнике госпожи Акиньшиной. И, разумеется, глава секьюрити наотрез отказался соединять с шефом неизвестную ему лично девушку, потому что, во-первых, номер телефона не опознается, а, во-вторых, и в-третьих, никакой Вероники Акиньшиной в списке контактов его босса не числится. И все это, не считая того факта, что приличные люди в два часа ночи серьезному человеку на дом не звонят. Бодались долго, - пять звонков с разницей в минуту-две, - но Вероника – девушка упорная: дожала болезного, и служивый отправился будить шефа с сообщением, что внучка некоего Иван Палыча настоятельно просит поговорить с ним прямо сейчас, хотя, вроде бы, и не пьяная. Вот после этого, к разговору подключился уже сам господин «дальний родственник», но и ему потребовалось не менее пяти минут, чтобы после долгих и довольно-таки путанных объяснений вспомнить наконец, кто таков и кем ему приходится этот самый Иван Палыч. И уже тогда, собственно, и состоялся столь важный для беженцев разговор.

Вероника объяснила, что попала в переплет. Собиралась, дескать, к друзьям в гости, а там, извините за выражение «шмон и облава», и дядьку ее родного, Максима Суворина, у которого она, собственно, и живет, похоже, тоже за грудки взяли. И хотя никакой особой вины она за собой не знает, - да и не с чего, кажется, в ее-то нежном возрасте, - домой идти боязно. Да и звонить по телефону кому-то из близких страшновато. А ну как заметут? Иди потом доказывай властям, что виноват лишь в неправильном выборе знакомых и родственников. Как ни странно, собеседник, хоть и не поверил в этот очевидный бред, но помочь, тем не менее, согласился и даже обещал прислать за Акиньшиной машину. Вопрос, куда?

- К новому зданию Публичной библиотеки, - предложила Вероника. – Это, если знаете, на Московском проспекте напротив парка Победы…

Собеседник, по-видимому, удивился таким подробностям, поскольку был местным и, разумеется, знал, где и что в Питере находится, тем более, если речь о Московском проспекте, по которому он всю жизнь ездит в аэропорт Пулково и обратно. Ну, это Вероника им уже позже рассказала. По ходу же разговора, она просто извинилась за свой излишний педантизм и объяснила, что «все это от нервов». Но нервы нервами, не забыла все-таки уточнить, что машина нужна большая, потому что их, вообще-то, шестеро. На этом месте любой другой послал бы собеседницу куда-нибудь подальше, но Виктор Михайлович Чертков, напротив, заинтересовался, — это что же за друзья у нее такие, что приходится просить о помощи практически чужого и уж точно, что незнакомого ей лично человека, - и сразу же пообещал прислать за компанией минивэн.

Тут все участники случайногохеппенинга вздохнули с облегчением и через сорок минут уже подходили к месту встречи на углу Московского проспекта и Бассейной улицы со стороны библиотеки. Там их и подобрал еще через полчаса минивэн, посланный Чертковым. Конечно, топтаться вшестером на пустой ночной улице то еще удовольствие, но не прятаться же, в самом деле, в парковых тенях или в какой-нибудь подворотне, которую к тому же иди еще найди в этой части города. Габи, прямо сказать, эта часть приключения, как здесь говорят, «не зашла от слова совсем», но приходилось терпеть, не говоря уже о том, что обеспечивать безопасность всей этой молодежи должны были они с Трисом. Только у них двоих достало бы магии отбиться от полицейского патруля или еще кого, если вдруг привяжутся. Но Марс-отец щитом прикрыл, и они без происшествий добрались до места назначения, которым оказалась небольшая «ведомственная», - так им сказал сопровождавший, - гостиница, расположившаяся в неприметном трехэтажном особнячке старой постройки. Туда их всех и заселили «до выяснения», как выразился человек из охраны господина Черткова. Ну, а выяснять взялись уже утром, после водных процедур и плотного завтрака, когда Веронику вежливо пригласили побеседовать с Самим.

- А можно, со мной подруга поедет? – жалобно взглянув на Габи, попросила Вероника.

- Боитесь? – хладнокровно поинтересовался секьюрити. – Тогда, может быть, лучше друга?

- Нет, спасибо, - с облегчением выдохнула девушка. – Габи меня вполне устроит.

- Тогда, поехали! – предложил серьезного вида мужчина, и, загрузившись во внедорожник с тонированными стеклами, они отправились на встречу с господином Чертковым.