Макс Мах – Исход неясен III (страница 23)
[38] Цитата из неизвестного автора (найдено на просторах интернета): «Дзен — это учение обучающее внеидейному (неабстрактному) восприятию действительности. Познать Дзен — значит обрести такое восприятие и необязательно навсегда, достаточно даже разок словить будоражащую внеконцептуальную пустоту, трансцендентную свободу от мысленных пут».
[39] Min Drake (швед.) — мой Дракон.
[40] Mamma (швед.) — мамочка.
[41] УЗМ — Уход за Магическими Животными.
[42] Пролегомены (др. — греч. «предисловие, введение») — рассуждения, формулирующие исходное понятие и дающие предварительные сведения о предмете обучения; разъясняющее введение в изучение той или иной науки, имеющее целью предварительное ознакомление с её методами и задачами и обозначение статуса науки, дисциплины в системе рационального знания.
[43] Praemonitus, praemunitus (лат.) — предупреждён — значит вооружён.
[44] Тарнхельм (Tarnhelm) — шлем-невидимка, выкованный гномами в «Кольце Нибелунга» Рихарда Вагнера.
[45] Nirvanna — нирвана
Damm ([швед.) — плотина.
Оби хайат (перс) — живая вода
Глава 5. Смелей, вперед и тверже шаг [1] …
Эпизод 1:Хогвартс, 3 ноября1995 года
Конечно же ему пришлось нелегко. Да и кому бы на его месте было просто? Мало того, что долгие годы он незаслуженно считался Мальчиком-Который-Выжил и вынужден был, как умел, нести это бремя, так теперь вдруг выяснилось, что на самом деле он всего лишь Мальчик-Получивший-Кирпичом-в-Лоб. То есть, Гарри Поттер тогда действительно выжил, — что есть, то есть, — но ничего похожего на подвиг в этом его выживании не было. Подвиг совершила, — если магический выброс можно считать личным достижением, — его сестра. А он в этой истории скорее пострадавший простофиля, чем герой или что-нибудь еще в этом же роде. Впрочем, это ему как раз никак не мешало. Он все равно никогда не хотел быть избранным и никакой радости по этому поводу не испытывал. Так что, и жалеть было, в сущности, не о чем. Проблема, если честно, состояла в другом. С тех пор, как Гарри узнал о бесследно исчезнувшей, словно канувшей в Лету[2] Гарриет, он часто и подолгу о ней думал, переживал за нее и мечтал о встрече, пытаясь представить, какой она будет. В его воображении даже сложился некий устоявшийся образ: Гарриет должна была быть маленькой копией его мамы Лили. И вот свершилось, и он получил назад свою пропавшую много лет назад сестру, но правда в том, что сестрой ему Изи приходится чисто формально, потому что она не Гарриет, Изабо. Не маленькая и совершенно незнакомая ему рыжая девочка, а давно и хорошо знакомая красавица, похожая не на Лили Поттер, а на Анну Энгельёэн. Сильная, харизматичная и невероятно одаренная волшебница. И в этой ситуации, неизвестно, что лучше: то ли не знать свою сестру вообще, — чтобы начать отношения с чистого листа, — то ли знать ее так же хорошо, как знает он Изи. Однако по факту они знакомы с первого курса, и даже больше того, они, вроде бы, даже близкие друзья, в чем, к слову сказать, нет никакой его заслуги. Это девочки Энгельёэн сами включили его в свой ближний круг, а не он в силу своих немереных достоинств заслужил право быть их другом. И вот он дружит с ними уже пятый год подряд, сблизившись настолько, что знает о каждой из них много такого, о чем другие даже не догадываются. Но при этом о главной их тайне, — ну или об одном из их главных секретов, — он не знал и знать не мог, потому что Гарпии умеют хранить свои секреты, как мало кто другой. Так что, он о том, что Изабо — это замаскированная Гарриет, Гарри не знал и даже не догадывался, а вот они все это время прекрасно знали, кто есть кто в их маленькой компании. И это знание, к слову сказать, уже дважды спасало ему жизнь и отлично объясняло их, девочек Энгельёэн, более чем теплое к нему отношение.
Теперь же, после всего, ему предстояло заново выстраивать свои отношения с Гарпиями Энгельёэн, но на раскачку и осторожную притирку времени как раз и не осталось. Грянула война, и всем сразу стало не до таких пустяков, как самоопределение. И ритуал, свидетелем которого он стал только потому, что владел парселтангом, расставил все точки над «i». Последние точки, если быть абсолютно честным. Три грации, как впрочем, и Блэк с Малфоем, заранее знали, что готовит им будущее, потому что родители говорили с ними, как со взрослыми. А вот с ним, с Невиллом и Сьюзен никто так не говорил. Они трое оставались в своих семьях детьми, и, если их и учили чему-то сверх школьной программы, то сказать спасибо следовало опять-таки Леди Энгельёэн, которая вела их семьи за собой и исподволь готовила небезразличных ей детей к будущим испытаниям. Где бы он был вместе с Лонгботтомом и Боунс, если бы их не заставляли тренироваться и не тянули вперед те же Гарпии, Малфой и Блэк. И ведь вот, что любопытно, все, вроде бы, все понимали, — и родители, и дети, — и все равно всей серьезности вопроса оценить, похоже, так и не смогли. И возникает вопрос, так ли плохо, что Гарриет росла, как Изабо Энгельёэн, и так ли хорошо, что он рос в семье Сметвика?
Привыкший обсуждать наедине с самим собой практически любые вопросы, Гарри думал о себе и Гарриет практически всю дорогу до башни Рейвенкло, где им с Драко и Невиллом выделили крошечную спаленку на троих. Думал, но, разумеется, так ни до чего путного и не додумался, а потом стало уже не до пустопорожних размышлений. Прихватив по дороге Невилла, они пришли в спальню, и Малфой вытащил из своего сундука заранее припасенную контрабанду: два тюка с оружием и снаряжением «
— Держите, парни! — Кивнул им Драко. — Если в чем не разберетесь, спрашивайте. Объясню.
Гарри взял свой тюк, — он был аккуратно надписан его именем и фамилией, — и отнес на кровать. Спасибо Гарпиям, он знал, что делать с укладкой. Расстегнул опоясывавшие ее ремни, раскрыл, превратив в кожаный коврик, на котором лежали предназначенные для него вещи. Костюм из промежуточного слоя кожи василиска — так называемого, слоя линьки, — со вставками кольчужной ткани из лунного серебра и элементами доспеха из орихалка[3] на плечах и предплечьях. А вот ботинки были самые что ни на есть магловские — бельгийские Getska-Rugak сделанные на заказ на фабрике в Тестельте. Зачаровывали их, как рассказывала ему Лиза, Эрмина на пару с Вегой Блэк, у которой среди прочего имелся необычный для их семьи талант к бытовой магии. Ножны для палочки и кинжала тоже подверглись зачарованию, но кинжал был самый обычный — магловский «Peacekeeper»[4]. Впрочем, при его Поттеровском владении холодным оружием гномья или гоблинская сталь были бы излишней роскошью. Но и без хорошего клинка, как объяснила им однажды Леди Энгельёэн, никак нельзя. А еще в укладке оказался боевой пояс с несколькими карманами для зелий и артефактов, шерстяная шапочка, чтобы волосы не лезли в глаза, перчатки из драконьей кожи и зачарованные тактические очки. Все это добро наверняка стоило немало золота, и это, если не считать того, что такие вещи и за деньги не сразу найдешь. Было даже неловко принимать такой дорогой подарок, но Лиза сказала, что это ему, как наследнику Эванштайну, от сюзерена, которым в этом случае является для него Леди Энгельёэн. Так что, все путем.
«Все путем!» — повторил он мысленно одну из странных присказок Эрмины, и вдруг подумал, что, похоже, он, и в самом деле, собирается на войну.
У него от этой мысли даже озноб по спине прошел, но и праздновать труса было нельзя. Не в этот раз, не перед единственными настоящими друзьями, которые у него есть, и уж точно, что не перед сестрой. Гарриет, как бы ее теперь ни называли, собирается драться наравне со взрослыми, а ему всего-то и нужно, что продержаться, — если вообще придется, — в группе старшеклассников. У них разница в возрасте всего в год-два, но его, худо-бедно, чему-то да обучили. Три года при каждой возможности с Гарпиями, да еще и каждое лето хотя бы месяц, когда гостил у Энгельёэнов, Малфоев или Блэков, с инструктором. Так что кое-что он умеет, и, если не будет трусить, то и сможет.
— Гарри, — окликнул его между тем Драко, — ты же учился стрелять из револьвера?
— Да, — подтвердил Поттер. — Как раз этим летом.
— Тогда, держи! — И Малфой протянул ему кобуру с револьвером Ругер.
Это был американский Ruger Security Six[5], и именно с таким револьвером тренировался летом Поттер. Оружие было несколько тяжеловатым для его руки, но с двух рук стрелять у него получалось совсем неплохо.
— Спасибо, Драко! — Поблагодарил Гарри, принимая револьвер. — Сколько патронов?
— Только те шесть, что в барабане, — развел руками Малфой. — Мать зачаровывала. Не думали, что так быстро понадобится. Собиралась к Йолю[6] зачаровать еще, но не сложилось.