Макс Мах – Исход неясен #2 (страница 14)
«Собирается воевать…»
Что ж, это было вполне в духе леди Энгельёэн. Однако вот в чем дело, напади на них Волан-де-Морт со своими клевретами, эта девочка не проживет и минуты. Куда ей, ученице пятого класса тягаться с опытными боевиками Темного Лорда! Если дойдет до драки, здесь будет гора детских трупов, потому что противостоять пожирателям на равных смогут, в лучшем случае, одни лишь авроры и наемники с континента. Ну а если в бой вступит Том Редл, конец придет и самому Дамблдору, потому что кто бы что ни говорил, ему не справится со своим бывшим учеником. Сил не хватит, умений, боевого опыта. Он же лет сорок ни с кем не воевал, надобности не было. А без тренировки боевые навыки уходят, как вода в сухую землю. Впрочем, драться не придется. Том передал через посредника, которому доверяли обе стороны, что школу не атакует. Но и Дамблдор не должен был вмешиваться в ход боевых действий. Таковы были условия сделки: война останется за стенами замка и не затронет его обитателей, если сами они не накликают беду на свою голову.
- Вы не верите мне, директор… - Девочка смотрела ему прямо в глаза, и была при этом невероятно спокойна. Ни возраст, ни ситуация, ничто ее не тревожило. Красивая, холодная и, по всей видимости, хладнокровная, исполненная силы и чувства превосходства.
«Вылитая мать!»
– Никому не верите, - покачала она головой. – Ни нам с сестрами, ни леди Энгельёэн… А зря, между прочим, потому что, хотите вы или нет, но Лорд атакует Хогвартс. Попробовал в прошлую войну, нападет и теперь, даже если обещал вам не нападать. А он вам что-нибудь обещал, профессор?
Что ж, в словах девочки имелся резон, поскольку в прошлую войну пожиратели, - тогда их еще называли вальпургиевыми братьями, - действительно напали на замок. Это был свершившийся факт истории, но правда в том, что Темного Лорда среди нападавших тогда не было. Это, как передали директору позже, была чистой воды самодеятельность пожирательского молодняка, операция, подготовленная и осуществленная такими «юными дарованиями», как Барти Крауч младший, Торфинн Роули и Родольфус Лестрейндж. И это нападение, к слову сказать, сильно ударило по репутации Волан-де-Морта и его движения. Нападать на школу было «не комильфо», и поступок этот вызвал негодование даже у пуристов и ревнителей чистокровной сттарины, которые в целом поддерживали движение Темного Лорда. Так что, Дамблдор был склонен верить Тому, когда тот обещал «не делать глупостей» и «не повторять ошибок прошлого». Но, что, если правы те, кто говорит, что Редлу верить нельзя?
- Вы что-то знаете? – нахмурился Дамблдор. Эта девочка умудрилась нарушить его покой буквально парой фраз.
- Знаю? – переспросила она. – Скорее предполагаю.
- Предполагать можно многое, - почти с облегчением улыбнулся Дамблдор. – Верить же можно только фактам. У вас, Лиза, есть факты?
- Что есть факт? – вернула девочка улыбку. – В свое время, вы поверили пророчеству. Кстати, Редл ему тоже поверил. Но скажите, директор, является ли пророчество фактом?
«Парадоксально, но фактически верно», - кивнул мысленно Дамблдор.
Девочка была невероятно умна и хорошо образована. Впрочем, для него это не новость. Новостью, - поскольку раньше он с ней так близко не общался, - оказался стиль ее мышления.
- Факт произнесения пророчества, - согласился он с Лизой, - и факт самого пророчества, как бы эфемерна ни была природа этого явления.
- Предчувствие тоже эфемерно, - продолжила девочка его мысль. – Как, впрочем, и интуиция. Но вы ведь верите в свою интуицию, профессор?
- Любопытный взгляд на объективность субъективного… - озвучил директор мелькнувшую у него мысль. - Но давайте, Лиза, оставим на время философию вопроса, тем более что я вас понял. И в этой связи, у меня возник вопрос: сами-то вы во что верите?
- Дело не в вере, профессор. Я знаю, что они нападут. – Если бы не интонации, подразумевающие, иронию и, возможно, даже сарказм, можно было бы подумать, что Елизавета Энгельёэн пророчествует. – Не скажу точно, когда, но предположительное окно возможностей - от сегодняшней ночи до конца недели. Самого Волан-де-Морта, скорее всего, среди них не будет, но атака будет серьезной, и некоторым ученикам придется принять бой. Полагаю, у вас, профессор, есть причины не участвовать в сражении, но тогда вы нарушите договор с моей матерью и окончательно разочаруете своих сторонников. Вряд ли они простят вам бездействие.
Что ж, девочка сформулировала свое видение будущего, но оно было построено на слишком большом количестве допущений, чтобы принять его в качестве рабочей гипотезы. Скорее всего, Лиза ошибается, вернее, ошибается ее мать, поскольку озвученный сценарий слишком похож на согласованную версию, выдвинутую группой Энгельёэн.
- Это точка зрения вашей матушки? – спросил он, только чтобы уточнить кое-какие детали.
- Нет, - ответила ему Лиза. – Это общее мнение, мое и моих сестер. Мать лишь опасается, что могут случиться непредвиденные телодвижения противной стороны. Мы же уверены, что так и будет.
«Мнение сестер… - Дамблдор запнулся об это словосочетание. – Кто же из них Сивилла[16]? И не получится ли так, что я принимаю Пифию[17] за Кассандру[18]?»
- Думаю, вы сгущаете краски, молодая леди, - сверкнул он собеседнице стеклышками своих очков-половинок. – Впрочем, молодости свойственно мечтать о подвигах. Гарриет тоже хочет воевать?
- Не знаю, как Гарриет, но вот моя сестра Изабо воевать не хочет, - Лиза не стала даже притворяться, что не поняла, его мелкой провокации. Все она поняла и ответила соответственно. – Она и на первом курсе легко обошлась бы без того, чтобы, рискуя жизнью, спасать нас с Поттером. Но в нашей семье нет предателей и трусов.
«Предатель и трус – это я? – чуть прищурился Дамблдор. – Хорошего же мнения обо мне придерживается леди Энгельёэн».
- И поэтому вы, не задумываясь, убили этого бедного мальчика со Слизерина? – спросил он вслух, предполагая, впрочем, каков будет ответ. Он намеренно провоцировал Елизавету, надеясь, что, разнервничавшись, она сболтнет что-нибудь из того, что ему хотелось бы знать, но о чем Анна Энгельёэн говорить с ним не будет. Однако девочка на провокацию не поддалась, лишь взглянула на него с обидной насмешкой и разом «
- Если у вас есть сомнения в моей вменяемости, - сказала она, не скрывая ядовитого сарказма, - можете их смело отбросить. Убивать кого-либо из прихоти и без серьезной на то причины мне не нравится. Но я не наивная дура, профессор, чтобы позволить этому «
- Вы, Лиза, вырвали слова Иисуса из контекста, - поправил ее Дамблдор. – У этих слов несколько иное значение, чем то, которое в них вкладываете вы.
- Толкование Библии не входит в круг моих интересов, - пожала девочка плечами. - Кесарю кесарево, а богу богово[20]. Наша позиция: мы войны не ищем, но от нее не бежим, а на войне, как на войне, à la guerre comme à la guerre. Не так ли, профессор?
«Образованная девочка…»
- Сколько языков вы знаете?
- Французский, итальянский, немецкий, латынь, древнескандинавский и древнегерманский. Еще немного русский и древнееврейский.
«А большинство нечистокровных студентов Хогвартса ничем кроме английского и ошметков латыни не владеют… Этот разрыв возникает в детстве, и сократить его или вовсе закрыть удается лишь немногим, для кого учение не труд и не обязанность».
- Гарриет тоже владеет всеми этими языками?
- Про Гарриет не скажу, - покачала головой Лиза. – Я ее практически не знаю, а вот моя сестра Изабо знает, разумеется. У нас в семье неучей нет, мы все-таки не Поттеры и не Дамблдоры.
- Хотите меня оскорбить? – усмехнулся Дамблдор, который действительно стал единственным в семье образованным волшебником.
- Нет, просто констатирую факты, абсолютно спокойно ответила Елизавета. - Джеймс Поттер, как и ваш брат, профессор, других языков, кроме английского, не изучали, не так ли?
- Вам не нравится, когда Изабеллу называют Гарриет? – спросил он тогда прямо.
- Не нравится, - подтвердила девочка. – Кто бы что ни говорил, она моя сестра, а не сестра Гарри.
- Но она родилась вместе с Гарри… - попробовал возразить Дамблдор, и сразу же пожалел, что вообще затронул эту тему.
- Не вам это говорить, директор…
- Извини, девочка моя, - повинился Дамблдор. Его действительно занесло. Старые привычки практически неискоренимы. Переделать себя, перестроиться, когда тебе больше ста лет, практически невозможно. И вот результат. Ему же было сказано: не лезь в это дело. Но нет, раз за разом он пытается вернуть то, что потеряно безвозвратно. Изи не Хэтти и быть ею не хочет. А виноват в этом он сам. Сам своими руками разрушил план, которым поблазнила его Судьба. План, как он видел теперь, из своего времени и с высоты нового опыта, который мог стать едва ли не панацеей от болезни, имя которой Война. Но Дамблдор ошибся. В первый раз, когда думал, что Волан-де-Морт уничтожен. И во-второй раз, когда убедил себя, что Гарриет зло, которому нельзя позволить взрасти, превратив крошечную девочку в новую Темную Леди. Ошибался он и потом. Так отчего бы не предположить, что ошибается и теперь?