Макс Мах – Исход неясен #2 (страница 13)

Вопрос «где» они с сестрами и подругами решили самым простым способом. Разумеется, любиться они решили прямо в своей спальне, куда обычно мальчикам вход воспрещён, но чью защиту взломала хитроумная Эрмина. А дальше все просто. Кровати-то полуторные, то есть как раз на двоих, а на полог легко накладываются Заглушающие чары и чары Приватности. Ну и, разумеется, от всех девочек было получено предварительное «добро» на этот разврат, чтобы никого этим делом не смущать. Изи, к слову сказать, как раз сейчас использовала это «добро», предаваясь там, в их спальне, половым излишествам со своим итальянским графом. У Боунс тоже сегодня кто-то там ночевал. Кто именно и было ли это в первый раз, Лиза не знала, - замоталась и забыла спросить, - но факт присутствия в девичьей «светелке» некоего представителя противоположного пола был подтвержден двумя независимыми наблюдателями: Эрминой и Вегой. Так что, ей тоже можно.

«Пожалуй, стоит все-таки дать, - решила она, обдумав все «Про и Контра»[11]. – Древние ведь не зря говорили, что не следует откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. Carpe diem[12] и как там у них? Кажется, так: «Будь мудрой, ви́на цеди и кратким сроком надежду долгую укороти. Пока мы говорим, уходит завистливое время: лови момент, как можно меньше верь будущему».

Лиза и, вообще, любила латынь, находя в древней мудрости немалое утешение во множестве различных ситуаций. К нынешней же подходило сразу несколько речений. Memento mori[13], например, или Vita brevis, sexus longa[14]. Одним словом, торопись жить, девочка, и не болей ерундой.

«Значит, решено! – подвела Лиза итог своим «метаниям». – Дам! Та-да-дам-та-да-дам!»

Она оглянулась на Бёрка и бросила на него насмешливый взгляд.

«Радуйся, Экстон! – усмехнулась она мысленно, завершив свой «марш энтузиастов». – Сегодня тебе достанется главный приз!»

Впрочем, предаться фантазиям на тему, «как там оно у них получится позже вечером», Лиза не успела. А жаль. Воображение у нее было богатое и напридумывать себе она могла такое, что мама не горюй. Но не судьба. Едва она решила главный вопрос этой ночи, как из-за угла навстречу патрулю вышагнул, мягко ступая в своих «волшебных» войлочных тапочках сам Великий Светлый Волшебник Альбус Персиваль и что-то там еще Дамблдор.

- Здравствуйте, дети! – подарил он им свою фирменную улыбку и даже померцать в неверном свете факелов стеклышками очков-половинок не забыл.

- Доброй ночи, профессор Дамблдор! – дружно ответили патрульные и застыли в ожидании дальнейших указаний.

Между тем, старик благосклонно кивнул и, выдержав паузу, обратился персонально к Лизе:

- Мисс Энгельёэн, не могли бы вы уделить мне с полчаса вашего драгоценного времени?

«Неожиданное предложение… - хмыкнула она мысленно. - И время выбрано какое-то неправильное».

Но воленс-ноленс на просьбу директора следовало ответить.

- С удовольствием, господин директор, - сказала она вслух, - но, надеюсь, не сейчас?

Последнее было сказано с известной долей иронии, но Лиза ошиблась, директор был вполне серьезен.

- Именно сейчас, если позволите, - довольно-таки жестко, но со своей обычной «мягкой» интонацией ответил профессор.

– Полагаю, дамы и господа, - обвел он взглядом членов патрульной группы, - какое-то время вы сможете обойтись без мисс Энгельёэн.

Не вопрос. Просто констатация факта.

- Как скажете, господин директор, - пожала она плечами и демонстративно поинтересовалась у своих:

- Справитесь?

- Придется постараться, - вернул ей насмешливый взгляд Экстон. – Ты только не задерживайся…

Подразумевалось, «ты же помнишь, что у нас тобой планы», но сказать это вслух Бёрк, разумеется, постеснялся. Но что есть, то есть: у них действительно имелись кое-какие планы на вечер и ночь. Правда не на секс, - хорошо зная Лизу, о сексе Бёрк пока даже не мечтал, - а просто «на сходить куда-нибудь на свидание», на Астрономическую башню, например, или в лабиринт пустующих коридоров восьмого этажа. О том, что сегодня его по-взрослому допустят к телу любимой девушки, он пока не догадывался. И слава богу, а то мог перевозбудиться и наделать глупостей.

- Не задержусь, - пообещала Лиза и, оставив патруль за спиной, пошла вслед за директором в его кабинет. Беседовать в коридоре тому было не по чину, к тому же все в Хогвартсе знали, как Дамблдор, как мало кто другой, ценит комфорт. Так что, если беседовать с кем-то с глазу на глаз, то явно не на бегу и только в подходящем для приватного разговора месте и в приемлемых со всех точек зрения условиях…

Эпизод 2: Хогвартс, 2 ноября1995 года

Идея переговорить тет-а-тет с Лизой Энгельёэн возникла у Дамблдора сразу-вдруг, едва, свернув за угол, он натолкнулся на школьный патруль. Смысл этого патрулирования был неочевиден, а ценность – сомнительной, но директор отнесся к инициативе «неравнодушных» учащихся с пониманием и запрещать ненужную самодеятельность не стал. Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не скандалило, что в нынешней ситуации означало - не множить проблемы. А все эти учрежденные школьниками патрули и блокпосты следовало воспринимать всего лишь, как неизбежное зло. Впрочем, нет худа без добра, и, не выйди Елизавета Энгельёэн этим вечером в патруль, мысль переговорить с нею с глазу на глаз, возможно, даже не пришла бы ему в голову. А так получился довольно-таки удачный экспромт, и леди-наследница оказалась в его кабинете, не как проштрафившаяся ученица, что уже не раз случалось и с ней, и с ее сестрами, а как гостья, приглашенная скоротать вечер за чашкой чая и неспешной беседой с самим Великим Светлым.

- Присаживайтесь, мисс Энгельёэн, - улыбнулся он девочке, указывая на гостевое кресло. – Чашку чая?

- Спасибо, профессор, - девочка, выглядевшая, как совершеннолетняя девушка, улыбнулась в ответ. – Если только черный и крепкий.

- Значит, черный и крепкий, - кивнул старик. – Скажите, мисс Энгельёэн…

- Лиза, - предложила девочка.

«С одной стороны, жест доброй воли, - Отметил Дамблдор, - а с другой – она меня перебила, и как на это реагировать?»

- Спасибо, Лиза, - сказал он вслух. – Это весьма любезно с вашей стороны. А сейчас я с вашего позволения хотел бы вернуться к так и не заданному мной вопросу. Почему вы одеты и снаряжены так, словно готовитесь к бою?

- Наверное, потому что я готовлюсь к бою? - Пожала плечами Елизавета.

Его вопрос ее, судя по всему, не удивил, но, похоже, позабавил. Так бывает, когда кто-то не понимает простых общедоступных истин. Во всяком случае, Лиза наверняка думает именно так, как говорит, и при этом полностью уверена в своей правоте.

«Юность! - покачал он мысленно головой. – Юность почти всегда ведет себя наивно и недальновидно, но что есть, с тем и приходится работать».

Дочь-наследница Рода Энгельёэн вышла на патрулирование, облачившись в костюм боевого мага. Дорогой и стильный, сшитый из кожи джевелина[15], скорее всего, где-нибудь на Балканах или в Турции, где, во-первых, все еще водятся эти некрупные драконы, а во-вторых, полно подпольных мастерских, в которых за деньги сошьют и сделают практически все, что пожелает заказчик, даже если это насквозь противозаконно. Особенно, если это противозаконно. За то, собственно, и платят, потому что такие вещи, как настоящий костюм боевого мага, легально в Европе не купить, а некоторым, той же леди Анне, хочется все это иметь, и денег у нее куры не клюют, так что заплатит сколько попросят и даже не поморщится. И не странно, что у всех ее дочерей и у Веги Блэк, - Блэки ведь тоже не бедствуют, - есть такие костюмы. На самом деле, у некоторых других школьников тоже, как оказалось, лежало в сундуках немало интересного, но у Гарпий Энгельёэн все было не просто дорогим, но и чрезвычайно эффективным: и защитные костюмы с вставками из мифриловой брони, и экипировка, которой позавидуют авроры из спецназа ДМП, и, разумеется, оружие. Любая волшебная палочка - это довольно-таки серьезный, но главное многофункциональный магический инструмент. Ею можно создавать милые пустяки, вроде невесомых иллюзий, лечить и созидать, а можно, напротив, калечить и убивать. Увы, но правда в том, что палочка – это, прежде всего, оружие, которое может быть ничуть не менее смертоносным, чем боевой посох древних колдунов. Но при этом палочки есть у всех волшебников и ведьм старше одиннадцати лет. Отсюда и вывод, если у магов есть волшебные палочки, то отчего бы не разрешить свободное ношение холодного и огнестрельного оружия?

Запрета на владение магловским, гномьим и гоблинским или каким другим оружием никогда не было и нет. Просто раньше такие вещи было не принято афишировать, но война отменила и эти неписанные правила. А в результате, на Елизавете Энгельёэн чего только сейчас не было! Кинжал гномьей ковки на поясе, перевязь с зачарованными метательными ножами, кобура с чем-то огнестрельным магловского производства, от чего магией несло так, что в пору задуматься, насколько оно, это оружие, все еще магловское, а насколько – уже магическое. А ведь у девчонки еще и за плечом висело нечто устрашающее, отдаленно напоминающее гномью аркебузу, массивное, короткоствольное и наверняка крайне смертоносное.