Макс Мах – Ее превосходительство адмирал Браге (страница 59)
"Ну, что ж, - думала Ара, не произнося, впрочем, свои кровожадные мысли вслух, - не получилось у нее, может быть, я кого-нибудь порву на великобританский флаг?"
Если честно, ей очень этого хотелось. В Себерии и вообще недолюбливали великобританцев, но в семье Авенира Кокорева их попросту ненавидели, как недобросовестных конкурентов и мошенников. Дело в том, что англичанам пару раз удалось сорвать Кокореву весьма выгодные контракты. И не то, чтобы предложили лучшую цену или более высокое качество. Отнюдь, нет. Просто один раз устроили госпереворот в пользу своего клиента, а в другом случае - задолбали саботажем и диверсиями. Но это, разумеется, были всего лишь сопутствующие мысли, потому что Ара снова ехала на войну. Вернее, первый-то раз она никуда не собиралась. Война нашла ее сама, а там уж и думать особенно времени не было. Другое дело - сейчас. В этот раз она действительно ехала на войну. Причем, не торопясь, то есть со всем комфортом, используя флотские попутки, так что времени на размышление у нее было хоть отбавляй. Вот и сейчас, в Митаве, ожидая свой рейс на аэрополе Кретинга, Ара зашла в уютный ресторанчик в польском стиле, чтобы пообедать и подумать о своем "о девичьем".
Путешествовала она одна, поскольку Виктор задержался в Шлиссельбурге. У него там - по непроверенным данным, - бурно развивался роман с некоей замужней дамой, но это не ее дело, так что Ара старалась в личные дела Виктора не вникать. Ждать его ей тоже не хотелось, вот она и дернула в Мемель на перекладных и по ходу дела оказалась в Митаве, где у нее нежданно-негаданно образовалось "окно". Поэтому она забросила сак с личными вещами на площадку подскока, откуда вечером должен был пойти в Кретингу флотский транспорт с пополнением, а сама вольной птицей пошла гулять по Митаве, пока не проголодалась и не зашла в ресторан "Лейка". Зашла, огляделась и первой, кого увидела, оказалась закончившая Академию в прошлом году Таня Теплова, тоже, к слову сказать, пилот.
- Таня! - обрадовалась Ара.
Радость ее была искренней, поскольку Таня опекала ее едва ли не со дня поступления в Академию. Такая вот душевная девушка, и пилот, как слышала Ара от инструкторов, совсем неплохой. Однако прошлым летом их пути разошлись. Ара уехала на летную практику и попала на войну, а Таня закончила Академию, получила диплом и погоны и распределилась куда-то на южный Урал. Во всяком случае, так она думала до сегодняшнего дня.
- Варя?! - Таня встала из-за стола, за которым сидела с несколькими девушками-флотскими офицерами, и шагнула навстречу Аре. - Варвара! Глазам своим не верю! Лейтенант... орденоносец... Постой! - Она схватила левую руку Ары и повернула ее к себе, чтобы лучше видеть шеврон за ранение. - Ох, ты ж! Куда тебя?
Похоже, если бы могла, она стала бы тут же в ресторанном зале ощупывать Ару на предмет выяснения, какой урон был нанесен ее юному организму.
- Можно я тебя лучше обниму? - улыбнулась Ара и потянулась вверх, чтобы обнять подругу.
- Можно! Нужно! Иди ко мне! - Татьяна, как и многие другие девушки-курсантки была едва ли не в полтора раза крупнее Ары, и, возможно, поэтому относилась к ней не просто, как старшая к младшей, но с известным оттенком материнской заботы.
- Так, дамы! - подвела она Ару после дружеских объятий к общему столу. - Это Варя Бекетова. Училась на год младше меня. Когда я выпускалась, была гардемарином, а сейчас даже не знаю, что сказать! Сами все видите и на плечах, и на груди.
- И шеврон золотой... Расскажешь? - спросила Ару лейтенант - льняная блондинка со знаками различия навигатора 2-го класса.
То есть, сначала они все конечно же перезнакомились, сделали заказ, - росул, бигос, кабанос, брынза подгалянская, водка и пирог с маком, - а потом уже Алефтина Первачова задала свой вопрос.
- Я прошлым летом... - Начала было Ара, но неожиданно смутилась, ей вдруг стало неловко, хотя и непонятно, почему. - Ну, то есть, как раз одиннадцатого июля я прибыла на авиабазу Веселый Яр в заливе Владимира...
- Круто! - прокомментировала коротко стриженная рыжая и сильно веснушчатая мичман Тоня Поликарпова.
- Ночью нас атаковали ниппонцы... - Ара вдруг поняла, что не знает, как рассказать о том, что с нею тогда произошло. - В общем, если коротко, у них там, на базе, после обстрела осталось два торпедоносца. "Струг-вампир", если знаете...
Девушки естественно знали. Не все кончали Академию, но общие курсы потому так и называются, что они общие.
- Не хватало одного экипажа, - продолжала между тем Ара. - Вот мы с одной девочкой, третьекурсницей Леной Жихаревой и взялись.
- То есть, как?! - обалдела от ее откровений Татьяна. - Они что с дуба там все свалились? Ну ладно ты. Все-таки четвертый курс, гардемарин, офицер... Но Жихарева-то твоя - вообще, ребенок.
- Ну, ребенок, - пожала плечами Ара. - А делать-то что? Вы, девочки, поймите. Там было не до этики с эстетикой. Все горит. Основная ВПП разбита. Ниппонцы ведут обстрел прямой наводкой из артиллерии главного калибра тяжелого крейсера, высаживают десант...
- Ладно, проехали, - продолжила, немного помолчав и махнув рюмочку водки. - В общем, слетали мы с Леной. И, как водится, новичкам везет. Всадили мы в крейсер "Кумано" торпеду и, как ни странно, попали, как раз в мидель. Так что у него от нашей "сулицы" рванула главная машина.
- С какой дистанции производили пуск? - деловито уточнила навигатор, наверняка, прикидывавшая в уме вероятности удачи.
- Две тысячи восемьсот метров примерно...
- Так близко! - покачала головой Алефтина. - Как же вы прошли через заградительный огонь?
- Везучие! - прокомментировала Татьяна, вытряхивая из пачки набитую духовитым табаком византийскую папиросу.
- Есть такое дело, - признала Ара. - Мы потом еще почти месяц летали на торпедоносце... Не на том, первом. Тот ниппонский штурмовик подбил... Садились на воду... Неважно! Так вот, повторить зачетный бросок уже ни разу не получилось. И в торпедные атаки ходили, и на бомбежку вылетали, но второй раз такой прухи уже не случилось. А во время наступления на Владивосток... Как раз к началу учебного года приурочили гады. Над заливом... - она показала свою нашивку, чтобы объяснить, о чем идет речь. - Три пули винтовочного калибра из зенитного пулемета... Опять свезло. Ни в сердце, ни в печень, ни в позвоночник, не говоря уже о голове, не попали, но мне и этого хватило. Дальнейшее помню смутно, мне потом Лена кое-что рассказала. Садиться было некуда, о парашюте, честно сказать, я забыла, но все равно... Внизу штормило. Не выжили бы мы в океане, да еще и вовремя боя. Дотянула до ближайшего аэрополя, там, собственно, и гробанулась. Садилась, не выпустив шасси. Попросту вырубилась. Ну, а после жесткой посадки, сами понимаете. Переломы, то да се... Но жива, как видите, - улыбнулась, снимая напряжение. - Тогда получила мичмана, а лейтенанта и "Михаила" буквально несколько дней назад. Всю весну и лето испытывала новую технику, переучивала строевых пилотов.
- А сейчас? - спросила, закуривая, навигатор Первачова.
- Сейчас направили пилотом в штурмовой полк. А вы, значит, вместе служите?
- Транспорт таскаем, - кивнула Таня. - У нас пол экипажа женщины.
- Это вы, что ли, сегодня идете на Кретингу? - удивилась совпадению Ара.
- Так точно, - усмехнулась Алефтина. - А ты, значит, тот пилот, которого нас попросили подбросить?
- Вероятно, так и есть!
- Ничего не понимаю, - покрутила головой четвертая девушка-лейтенант-инженер с петлицами связиста. - Там же полк специального назначения...
- Так ты что, на этом ужасе летаешь? - нахмурилась Таня.
- Кто еще знает об "ужасе"? - всполошилась Ара.
- Никто, - успокоила ее навигатор. - Мы туда уже неделю возим людей и технику. И "ужасы" эти твои тоже доставляли. Так что не волнуйся. Контрразведка нас крепко опекает. Но ты, что на самом деле?..
- На самом деле.
- Во ужас-то! - прикрыла рот ладошкой рыжая мичман.
- Ничего ужасного! - возразила Ара. - Нормальная машина. Но давайте, лучше, не будем об этом.
- Тогда, рассказывай про кольцо! - Показала пальцем Татьяна. - Когда успела?
- Да вот даже не знаю, что сказать...
Ара, и в самом деле, не знала, как объяснить другим свой порыв, о котором она, кстати, отнюдь не жалела. Так все и должно происходить в жизни настоящего пилота. Быстро и четко, и чтобы потом ни о чем не жалеть.
"Встретила, понравился, дала, - мысленно усмехнулась она, по ходу переиначив великого предшественника. - Переспала, понравилось, вышла замуж! Лаконичненько так, без отклонений от заданного курса!"
Но, разумеется, говорить этого вслух не стала. Что бы там не говорил ей отец, отпуская в Академию, по факту, женщины не мужчины, и "давать" отнюдь не то же самое, что "иметь". Поэтому какими бы циничными ни были в силу своей профессии женщины-авиаторы, "базар" следовало тщательно "фильтровать". Поэтому из ее рассказа выходило, что кавторанг Шкловский не только военный герой и командир полка, но и галантный ухажер и едва ли не "трепетный воздыхатель". Так история больше походила на жизнь в ее литературном варианте, а значит, была приятна на слух и приемлема с точки зрения общепринятой этики.
- Наверное, хватит выпивки, - сказала на каком-то этапе затянувшегося обеда лейтенант Первачова. - Нам, дамы, еще нашу лайбу толкать до самой Кретинги.