Макс Львов – Физик: Тёмные тропы (страница 11)
Он уже выучил некоторые правила этого мира. И одно из них гласило о том, что если участники конфликта перешли к набитию морды мастера тьмы, то убивать друг друга они уже не будут. По крайней мере, не в этот раз.
Глава 6
Чёрно-свинцовые тучи пришли незваными гостями с севера. Пришли перед самым закатом, спрятав своими оплывшими телами заходящее за величественные пики гор солнце.
Гонимые озорным ветром неповоротливые гиганты толкались могучими боками, оглушая округу трескучими раскатами грома, заставляя мелких, копошащихся,подобно букашкам, внизу, людишек испуганно втягивать головы и озираться в поисках ближайшего укрытия. Одной из туч, видимо надоела эта борьба, и она решила схитрить и пролететь чуть ниже своих товарок. А может ей просто стало любопытно, и она решила поближе посмотреть на презренных людишек, которые наивно провозгласили себя царями этого мира. Вот только она не рассчитала и задела своим отвисшим брюхом одинокую скалу, которую местные называли "Шило" за схожую с этим незатейливым инструментом форму. Из образовавшейся безобразной раны хлынул поток ледяной воды. Сёстры беспечной тучи застонали и, в ярости метнув несколько молний в одиноко стоящее "Шило", заплакали.
На княжество Тай обрушился невиданный здесь доселе ливень. Даже седые старики, вечно бурчавшие о том, что в их времена бывало и не такое, сейчас помалкивали, лишь украдкой поглядывая на улицу и тут же осеняя себя священным знаком. Казалось, сами небеса хотели смыть всю кровь, которая за последние дни пропитала землю княжества.
Очередной особенно громкий и хлёсткий раскат грома разбудил задремавшего было под настилом храмовой крыши голубя. Птица медленно раскрыла свой единственный уцелевший глаз и, недовольно нахохлившись, потопталась на месте, разгоняя застоявшуюся в здоровой лапке кровь.
Наконец, буркнув что-то крамольное на своём голубином языке, птица нашла удобное положение и устало прикрыла глаз, пытаясь скользнуть в приятную дрёму. Но через несколько секунд вновь встрепенулась. Что-то не давало ей заснуть под монотонный шум молотящего по черепичной крыше дождя.
Голубь недовольно проурчал и зарылся головой в грязные перья под своим крылом, пытаясь поймать назойливого паразита, который грыз его уже не молодое, искалеченное тельце. Но блоха оказалась проворнее. Она ретировалась и затаилась в ожидании лучшего момента для продолжения трапезы.
Птица вновь недовольно курлыкнула и, потоптавшись на месте, попыталась заснуть.
Но нет. Назойливый кровосос оказался нипри чём. Голубь нахохлился и, раздражённо урча, поковылял к слуховому окну.
Там, на границе бушующей стихии и сухого, тёплого чердака, грязно-серый ветеран уличных битв за хлебные крохи уселся на балку и, склонив голову набок, смотрел в разрываемую вспышками молний тьму.
Теперь он был уверен в том, что причиной его беспокойства был не затаившийся в его перьях паразит. Источник скрывался где-то там. В той стороне, куда неспешно держали свой путь набухшие тучи. Его неодолимо манило на юг.
Голубь высунул голову за пределы защищающей его крыши, но, поймав темечком пару массивных капель, тут же втянул её обратно.
Птица что-то недовольно уркнула и, собравшись с духом, совершила резкий взмах видавшими виды крыльями. Падающая с неба вода пыталась сбить его с ритма и бросить на мощёные камнем улицы. Ветер хотел подхватить тщедушное тело и закрутить его в последнем танце, но голубь старался изо всех сил, упрямо отвоёвывая у стихии метр за метром. Медленно, но верно птица взлетала вверх, стараясь пробиться сквозь наполненные влагой тучи.
– Заходим! Живо! Живо! – попытался перекричать вой гуляющего по крепости ветра и шум падающей с неба воды Георг.
Один из его подчинённых подхватил рухнувшее без сознания тело караульного и помог командиру занести его в тёмный зёв одного из немногих служебных входов, ведущих в сердце Соколиного оплота. А именно в ту его часть, которую тихо прибрала себе инквизиция.
Следом за ним в дверной проём скользнули ещё две едва различимые в дождливой ночи тени. Возле входа остался лежать труп ещё одного солдата инквизиции.
Попав внутрь, Георг уложил бессознательного воина в тесном, тускло освещённом помещении караулки, которое примыкало к основному коридору, ведущему в центр крепости.
– Вир! Я же приказал: без крови! – тихо произнёс паладин, схватив за грудки стоящего за ним человека в насквозь промокшей рясе.– Какого демона ты творишь?!
– Ты чего, командир? – удивился Вир.– Мы же всегда так действуем при зачистке…
– А теперь не так! – Георг, притянув подчинённого к себе, прошипел ему в лицо.– Или тебе, пожри тебя пустота, мало смертей?! А, Вир? Ты забыл слова клятвы, произнесённой среди бескрайних снегов? Забыл, паладин? А?! Я жду ответа!
– Помню, – потупив взгляд, буркнул ему в ответ Вир.
– Помню, – поморщившись, передразнил его командир.
Георг слегка оттолкнул проштрафившегося подопечного и повернулся к остальным.
– Запомните, братья! Мы не продажные убийцы, не сошедшие с ума маньяки, а только лишь смиренные воины Его! Наша стезя – битва. Но битва с теми, кто выступил против Него. Мы лишь инструмент для выполнения желаний Его. А если кому-то из вас вдруг захотелось просто так прикончить невиновного, сразу говорите об этом мне. У меня есть верное средство. Помогает безотказно, – Георг погладил массивную рукоять своего боевого молота.– Вопросы?
– Но при этом мы идём убивать высокопоставленного служителя церкви, – хмыкнул один из паладинов. – Что-то не вяжется, командир.
Говоривший откинул прилипший к голове капюшон рясы, явив под неверный свет факела своё добродушное веснушчатое лицо.
– Перестань балагурить, Брин, – тихо ответил Георг.– Мы лишь раздавим башенного лиса, который, видимо, опьянел от полученной власти. Ты это знаешь не хуже меня. В семье не без уродов. Хотя к самой семье у меня в последнее время тоже появились некоторые вопросы… Готовы?
– Да, командир! – тихо ответил ему его отряд.
– Отлично, – кивнул командир. – Нам необходимо попасть на вершину башни. Золен, как та принцесса из детских сказок, забрался на самую верхотуру.
– Сидит и ждёт своего принца? Прямо как в детских сказках, – тихо хохотнул Брим.
Он был родным братом Брину. Братом-близнецом.
– Может,оставим всё как есть, командир? – поддержал брата Брин. – Вот же принц удивится такому подарку. Ворвётся в башню, положив по пути орды демонов и могущественных тёмных магов, а там вместо принцессы наш старик сидит. Кому-то кишки заживо вынимает.
– Эта хреновая сказка слишком затянулась. Пора нашу принцессу попросить покинуть своё уютное убежище. До меня дошла информация о том, что этот ублюдок пристрастился пытать детей. Он таким образом расслабляется после тяжёлого дня, – покачал головой Георг.
– Тварь! – прошипел Вир. – Давно пора было избавиться от него.
Братья помрачнели и закивали, соглашаясь с воином.
– Давно, – согласился командир. – Но на всё воля Его. Пришло время, и мы тут. На втором и третьем этаже сопротивления быть не должно. Там сейчас на постах наши люди. По идее, деньги и вино должны сделать своё дело. Нам нужно лишь сымитировать нападение, оглушив тех, кто находится на посту. Брин, эта задача на тебе.
– Ясно, – кивнул ему в ответ один из рыжеволосых братьев.
– Проблемы у нас могут начаться на четвёртом и пятом этажах. Туда у меня доступа уже не было… Да его вообще ни у кого нет! Кроме, разве что, десятка приближённых к старшему инквизитору. Но они оказались слишком преданы старому ублюдку, – продолжил Георг. – Людей, которых подсылали к ним, инквизиция утащила в свои подвалы.
– Там мы тоже будем ходить и гладить всех по головке, командир? – буркнул Вир.
– Нет, – посмотрел на него паладин, – на тех этажах работаем серьёзно. Людей там нет. Одни выродки.
– А те молчаливые дружки этого… как его там? – задал вопрос Брим.
– Отца Августа, – подсказал брату Брин.
– Приоритетная цель, – кивнул ему Георг.– Этих уничтожаем в первую очередь. Не нравятся они мне. Чувствую, что с ними будет не просто. Ладно, достаточно разговоров. Работаем! Лишь слово Его!
– Несёт свет в души наши! – хором ответил отряд, пряча лица под промокшими капюшонами ряс.
– Чисто, – донёсся до отряда тихий голос Брина.
Со вторым и третьим этажами, как и предполагалось, проблем не возникло. Человек епископа сдержал своё слово. Охрана провела эту ночь, явно что-то празднуя. Об этом говорили разбросанные всюду бурдюки и бутылки, тяжёлый винный запах, заполнивший узкие коридоры крепости,и, конечно же, валяющиеся всюду тела в стельку пьяных монахов.
Брим, споткнувшись об один из глиняных сосудов,осторожно взял его и, поднеся к носу, вдохнул исходящий из неё винный аромат, после чего поморщился и передал находку командиру. Тот принял бутыль и повторил все действия за подчиннёным. В нос паладина ударил аромат креплёного вина с нотками чего-то пряного и знакомого. Георг на секунду прикрыл глаза, и его взору предстали бескрайние западные степи. Именно из них в остальные княжества шёл бесконечный транзит разнообразной дряни, наводнившей в последнее время всю империю. В вино определённо был подмешан сильный, заботливо выращенный и приготовленный степняками наркотик.
Теперь же группа заходила на четвёртый этаж. Лестница, ведущая наверх,располагалась в другом конце длинного извилистого коридора. На пятом этаже находился переход в самую высокую часть донжона, в которой и размещались покои Золена Рейнса.