Макс Громов – Изгой. Проклятье клана (страница 14)
Радослава притихла, словно стараясь стать невидимкой.
— Мы уходим на рассвете, — Артем хлопнул меня по плечу. — С нами или нет — твое дело.
Он ушел к повозке, оставив меня с мучительным выбором.
Муран наконец поднял глаза:
— Он дурак, но не во всем неправ.
И ушел следом.
Я остался у костра, глядя, как тени от пламени пляшут на стенах дома.
Но тогда... кто поможет Зорану?
И кто поможет мне понять, что за тьма к нему прицепилась?
Радослава тихо протянула мне пустую миску.
— Спасибо, — прошептала она.
Я кивнул, глядя, как пламя лижет дно котла.
Решение созревало во мне, тяжелое, как свинец.
Радослава сидела, поджав под себя ноги, пальцы всё ещё дрожали, но взгляд уже не метался так дико. Лишь глубокая усталость застыла в её глазах — словно она месяцами не знала покоя.
— Иди в дом, отдохни, — я наклонился к ней, стараясь говорить мягче. — Клянусь, никто тебя не тронет.
Она посмотрела на меня — долгим, изучающим взглядом. Потом кивнула, но не встала. Вместо этого обхватила колени руками и прошептала:
— Мгловей их забрал... всех…
Голос её звучал странно — будто она говорила сквозь пелену веков, с акцентом забытого наречия. Но я понимал каждое слово.
— Мгловей? — я нахмурился. — Этот туман?
Радослава кивнула, в её глазах вспыхнул дикий ужас.
— Он приходит... всё чаще. Сначала — тихий, ласковый... — она обняла себя руками, — а потом... тени из него выходят. Хватают. Утаскивают.
Я почувствовал, как по спине пробежали мурашки.
— А те... кто остаётся... — она задрожала, — те сами идут в туман. Без глаз... без души…
Сердце моё упало.
— Ты... как уцелела? — спросил я осторожно.
Радослава сжалась ещё сильнее.
— Пряталась... в каменных сумах... под церковью…
Я тут же вскочил.
— Мурат! — позвал я, стараясь не привлекать внимание Артема, который копошился у повозки.
Старый воин подошёл не спеша, испытующе глядя на меня.
— Что-то стряслось?
— Нужно найти Зорана. Сейчас же, — я понизил голос. — Этот город — ловушка.
Мурат нахмурился, его взгляд скользнул к Радославе.
— Она рассказала?
— Да. И если она права, то Мгловей вернётся. И скоро.
Мурат задумался на мгновение, потом резко кивнул.
— Я знаю, куда он пошёл. На север, к старой часовне.
— Тогда идём.
Я повернулся к Радославе:
— Ты... останешься здесь?
Она покачала головой, в её глазах вспыхнул решительный огонёк.
— Пойду... с вами. Туда... опасно.
Я хотел возразить, но что-то в её взгляде остановило меня.
— Ладно. Но держись рядом.
Артем, заметив наше оживление, крикнул:
— Куда это вы собрались?
— По делам, — бросил я через плечо.
Он что-то проворчал, но не стал препятствовать.
Мы вышли на пустынную улицу, где ветер гнал по мостовой клочья тумана.
Это имя звенело у меня в голове, как похоронный колокол.
Буду стараться выложить первый том до конца апреля!
Глава 7
Узкие улочки, вымощенные потрескавшимся кирпичом, извивались передо мной, словно змеи, застывшие в предсмертных судорогах.
Я шагал быстро, почти бежал, чувствуя, как время сочится сквозь пальцы, как горячий песок в песочных часах.
Оглянулся – мельком увидел Елисея, склонившегося над хрупкой фигуркой девушки. Его руки двигались бережно, как у матери, обрабатывающей царапины ребенку.
Пусть поест. Отогреется у огня. Увидит, что мы не те монстры, от которых она пряталась в подземельях. А потом... потом я вытяну из нее правду, ниточка за ниточкой, как хирург извлекает осколки из раны.
Ветер завыл громче, подгоняя меня. Я ускорил шаг, чувствуя, как старые кирпичи хрустят под сапогами, словно кости древнего великана.
Эта мысль жалила острее, чем песок, хлеставший по лицу. Мои люди... они дрожали, как осиновые листья, едва ступив на эти улицы. Они ждали пиров и почестей, мягких перин и полных кубков. Вместо этого получили город-призрак, где каждый камень шепчет о смерти.