Макс Глебов – Шёпот вакуума – 2. Без ложных иллюзий (страница 5)

В кабинете начальника приемной комиссии повисло напряженное молчание. Я не торопился с ответом. Мне недвусмысленно указали на дверь, но идти путём, предложенным капитаном, я не собирался.

– Ваше решение, рядовой! – потребовал Фасси. – Вы забираете документы?

– Нет, господин капитан второго ранга, – мой ответ прозвучал подчеркнуто равнодушно. – Я прибыл сюда не для того, чтобы уехать ни с чем. Мой командир рассчитывает, что я вернусь к нему сержантом и стану пилотом малого внутрисистемного разведчика на его новом корабле. Я не намерен обманывать его ожидания.

– Ну что ж, ты сам сделал свой выбор, – с мрачным удовлетворением произнес Фасси, неожиданно перейдя на ты. – Не допустить тебя до вступительных испытаний я не могу, но это не значит, что пройти их тебе будет просто. Свободен, кандидат. О времени и месте испытаний тебя известят дополнительно.

– Он отказался забрать документы? – вопрос начальника школы прозвучал практически как утверждение.

– Да, как вы и предполагали, господин контр-адмирал, – уважительно кивнул начальник приемной комиссии. – К сожалению, просто выгнать его без объяснения причин мы не можем – слишком уж у него серьезные рекомендательные письма, да ещё эта благодарность от правительства одного из мегаполисов Бартага–7. Пришлось допустить этого нищеброда с окраины к вступительным испытаниям.

– Не такой уж он и нищеброд, – недовольно качнул головой начальник школы. – Во всяком случае, на офицерский комплект биогенных имплантов средств у него хватило, да и мэр Новой Луанды отвалил ему неплохую премию. Вот только это ещё не всё. Мне только что сообщили, что на имя Строгова пришел крупный денежный перевод. Это вознаграждение за уничтожение техники противника во время сражения в системе Бартага. Формально сейчас Строгов приписан к нашей школе в качестве кандидата в курсанты, так что выплата поступила на наш счет, и кадровая служба сразу сообщила об этом мне.

– Это настолько важная информация, что вас решили сразу поставить в известность? – удивился Фасси. – Обычно поступление средств на имя курсанта или кандидата считается вполне рядовым событием.

– Смотря какое, – с кислым выражением лица произнес начальник школы. – На пришедшую ему сумму можно купить скромный, но вполне приличный домик с небольшим участком на одном из курортных спутников Раббада–8.

– Это рядовому-то? – непонимающе тряхнул головой начальник приемной комиссии, на которого услышанное произвело изрядное впечатление.

– Вот и каплей Сивко так же отреагировал, когда увидел сумму перевода, – кивнул контр-адмирал. – И сразу стал названивать мне с вопросом «Что это было?»

– Кто-то в казначействе не отследил ошибку в расчетах вычислителя? – Фасси всё никак не мог поверить в произошедшее.

– Не было никакой ошибки, – терпеливо пояснил начальник школы. – Мне и самому стало интересно, и я поручил Сивко запросить расшифровку начислений и провести их пошаговую проверку. Всё сходится.

– Но как такое вообще возможно? Он же рядовой, а при расчете выплат вклад каждого участника рассчитывается с учетом положения в командной цепи и применяемого вооружения. У тех, кто отдает приказы и разрабатывает планы операций, этот вклад всегда намного выше, чем у рядового состава. Плюс многое зависит от техники, которой управляет боец. Чем она мощнее, тем ниже коэффициент участия оператора. Он что, в одно лицо из личного стрелкового комплекса спалил целую армию наземных тварей Акрид?

– Не совсем, – усмехнулся контр-адмирал, которого слегка позабавила столь эмоциональная речь подчиненного. – Но расклад был чем-то похож на то, что вы так ярко мне описали. Строгов управлял дюжиной «Корсаров». Какое-то количество единиц техники противника его роботы уничтожили во время начальной фазы сражения, но всё это было в пределах стандартной статистики наземного боя. Весь нестандарт случился позже. Остатки батальона Строгова лишились всех офицеров и небольшой группой отступили в какие-то горы, где до этого совершил вынужденную посадку эсминец «Хартум» из состава эскадры прикрытия системы Бартага. Там было много интересных подробностей, но я вам их пересказывать не стану. Возникнет желание – возьмете файл у Сивко и ознакомитесь. Суть в том, что Строгов ухитрился оказать помощь командиру «Хартума» в отвлечении Акрид от места посадки эсминца, а потом и в ремонте корабля, причём помощь настолько ощутимую, что без его участия все дальнейшие события развивались бы по совершенно иному сценарию. Кап-три Мальцев, принявший командование отрядом выживших пехотинцев, сделал на этом особый упор в своем рапорте, написанном по итогам сражения.

– Очень необычно для рядового бойца, – задумчиво качнул головой начальник приемной комиссии, но такую выплату это всё равно не объясняет.

– Так мы ещё не добрались до самого важного, – возразил контр-адмирал. – Дальше начался какой-то совсем уж невообразимый сюрреализм. – Строгову и старшему технику «Хартума» совместными усилиями удалось в достаточно сжатые сроки восстановить боеспособность эсминца, после чего наш кандидат в курсанты вместе с капитаном Мальцевым разработали план удара по десантному транспорту Акрид, собиравшемуся совершить посадку на поверхность. Заметьте, кап-два, как эпически это звучит! Капитан третьего ранга разрабатывает план операции, от которого зависит судьба многих миллионов жителей мегаполиса, совместно с рядовым пехотинцем!

– Да уж, действительно полный сюр, господин контр-адмирал…

– Дальше ещё интереснее, – заверил подчиненного начальник школы. – Не знаю уж, как им это удалось, но командир «Хартума» передал свой эсминец в подчинение управляющему модулю Строгова. Понятия не имею, как можно сделать боевой корабль подчиненным юнитом пехотного роботизированного комплекса, но они как-то извернулись. Правда, непосредственно действиями «Хартума» в дальнейшем управлял всё же Мальцев, а не Строгов, но это мало что меняет.

– Дальше я знаю, – кивнул Фасси. – Атака оказалась успешной, и транспорт с тысячами боевых роботов Акрид был полностью уничтожен.

– Вот именно. А теперь давайте прикинем расклад. В результате удара «Хартума» помножены на ноль крупный корабль и просто дикая толпа наземной техники противника. В дополнение к этому спасен от уничтожения крупный город. И кто это сделал? Само собой, главный герой – кап-три Мальцев, но кто второй в очереди на раздачу наград? А вот тут получается очень странная история. Мальцеву приказов никто не отдавал. Удар по транспорту – его личная инициатива, а это значит, что роль вышестоящего командования в достигнутом результате отсутствует. При этом сам Мальцев и другие офицеры «Хартума» утверждают, что идея, план и даже программно-техническое обеспечение операции минимум на пятьдесят процентов принадлежат рядовому Строгову. Дальше объяснять?

– Не нужно, господин контр-адмирал, я всё понял. Сумма вознаграждения Строгова мне теперь ясна, как и многое другое в этой истории. Сейчас меня волнует совсем другой вопрос. Что мы будем с ним делать дальше?

– Ну, вы ведь уже пообещали Строгову жесткое вступительное испытание?

– Да, господин контр-адмирал.

– Обещания нужно выполнять. Подготовьте для него экзамен по индивидуальной программе. Посмотрим, действительно ли этот рядовой так хорош, как пишет о нем кап-три Мальцев. Если пройдет – так и быть, станет курсантом нашей школы. Но я хочу, чтобы он это испытание запомнил надолго, причем независимо от результата.

– Ему понравится, – с мрачным сарказмом заверил Фасси начальника школы. Я прогоню его через эмуляцию рейда капитан-лейтенанта Маккинзи.

– Не слишком ли жестко? – в глазах контр-адмирала мелькнуло сомнение. – Строгов пока только кандидат, а рейд Маккинзи – это самый убойный из наших предвыпускных тестов, специально предназначенный для обламывания не в меру резких курсантов, возомнивших о себе слишком много.

– В самый раз для такого как Строгов, господин контр-адмирал. Он и есть тот, кто слишком много о себе возомнил.

– Но этот тест требует навыков, которые мы даем курсантам только в ходе обучения в нашей школе. Откуда им взяться у кандидата? Он не обязан ими владеть на этапе вступительного испытания.

– В личном деле Строгова сказано, что у него есть боевой опыт в роли временного капитана судна поддержки, – возразил Фасси. – Причем опыт положительный – на его счету уничтоженный корабль-разведчик противника. Вот пусть и покажет, на что способен.

– Хм… А ведь что-то в этом есть, – задумчиво произнес контр-адмирал. – Только Маккинзи летал на малом разведчике, а не на судне поддержки. Нельзя требовать от Строгова, чтобы он просто сел в кресло пилота незнакомого корабля и сразу начал им эффективно управлять. Это будет явным перебором.

– Почему обязательно сразу? – иронично приподнял бровь начальник приемной комиссии. – Мы дадим ему немного поупражняться на виртуальном тренажере. Пусть освоение новой техники станет частью испытания. Разобрался же он как-то с управлением двенадцатью «Корсарами», а времени на это у него было совсем немного. Значит и здесь справится. Ну, или не справится, но это будут уже только его проблемы.

Крышка капсулы виртуального тренажера неспешно опустилась, полностью изолировав меня от окружающей действительности. За выделенные начальством двенадцать часов мне предстояло освоить управление кораблем, на котором я буду проходить вступительное испытание. Мне очень хотелось прямо заявить капитану Фасси, что он вконец охренел, но я титаническим усилием воли поборол это искушение. Мои отношения с начальником приемной комиссии и так с самого начала не задались, и переводить их в форму открытого конфликта мне показалось совершенно лишним.