Макс Ганин – Россия. Наши дни. II (страница 10)

– Все продолжают спокойно выполнять свои должностные обязанности, – снова включилась Екатерина. – В общем, откатываем ситуацию на два месяца назад. И волки сыты и овцы целы.

– Хорошо, с этим я согласен пока, а что с возвратом мне моих долей и процентов в компаниях? – спросил Гриша.

– К этому вопросу они готовы вернуться после личной встречи с тобой, – ответил Ваха. – Они говорят, что у них к тебе есть некие материальные претензии, после закрытия которых они тут же все вернут тебе обратно.

– И что это за претензии?! Сколько они хотят денег?! – раздраженно выпалил Тополев.

– Они мне не сказали. Говорят, что они прямо сегодня не готовы обсуждать этот вопрос, так как у них еще нет до конца точно выверенной суммы претензий и просят неделю на уточнение.

– Ладно… Тут наши желания совпадают, – согласился Григорий. – Я как раз уеду на десять дней, а там глядишь и с помощью Сырникова их требования сами собой и пропадут. Соглашайся на их условия, Ваха! Когда вернусь, переговорим снова по этому вопросу. Да, кстати, а где у нас гарантия, что завтра они запустят всех наших в здание?!

– Гарантия этому мои люди! Я договорился, чтобы в офисе остались на паритетных основаниях их охранники и мои пацаны. По четыре человека с каждой стороны.

– «Гоблины» при Вахе разъехались по домам, а его ребятишки зашли внутрь, – объяснила сыну Екатерина.

– Ну, что же?! – подытожил Гриша. – Тогда действуем по принятому всеми нами плану: мы с Костей уезжаем на охоту, вы завтра едите в офис и спокойно работаете, Сырников исправляет ситуацию со своей стороны, а Вы, Ваха с Женей, пока встаете на паузу и не мешаете генералу разбираться с предателями. Сколько я вам должен за труды?

– Нам ты ничего не должен, – с нотками обиды в голосе ответил Хасин.

– Ты только вчера еще собирался расстрелять из «калаша» всех этих мразей, а сегодня, ты собираешься и уезжаешь?! – недоумевал Ваха.

– Я не хочу мешать «Длинному»! – ответил Григорий. – Раз он сказал, что сам закроет проблему, значит закроет. И мешать ему в этом не надо – можно попасть под раздачу!

– А ты уверен, что он все сделает, как тебе надо?! – спокойно и рассудительно спросил Евгений.

– Был бы не уверен, не уезжал бы! – безапелляционно произнес Тополев.

– Моим пацанам тысяч десять долларов на всех дай, они будут рады, – объявил не совсем довольный таким раскладом Ваха.

После окончания совещания Григорий позвонил своему адвокату Вадиму и предложил ему прокатиться на недельку на охоту. Тот был несказанно рад такому приглашению и бросил все свои дела. Затем Гриша набрал номер Саши Животкова – соседа по лестничной клетке и друга, и позвал его с собой тоже. Александр слыл заядлым охотником, поэтому отказа от него не последовало. В десять часов вечера черный Вадимовский микроавтобус «Мерседес» с четырьмя пассажирами на борту переехал московскую кольцевую автодорогу и направился по Ярославскому шоссе в сторону Архангельска.

«Парни довольно неплохо провели свою операцию по захвату моих компаний…», – думал Тополев, закрыв глаза и кемаря на переднем пассажирском сидении. «Теперь моя очередь делать ответный шаг! Мою операцию под кодовым названием «Охота» я начал сегодня утром… И меня устроит только ошеломительная победа и больше ничего! Ставки сделаны, господа, ставок больше нет!!!»

Глава № 3. Охота.

– Вадим, а куда мы все-таки едем?! – спросил адвоката Гриша. – Приоткрой завесу тайны.

– Да, нет никакой тайны! Ты же просил меня не ближе чем пятьсот километров от Москвы и не дальше тысячи. Вот я и выбрал. Город Никольск в Вологодской области. Всего-то восемьсот верст.

– Круто! Я там никогда не был, – сказал Александр.

– А почему именно Никольск?! – снова обратился к Вадиму Тополев, зная своего хорошего знакомого как человека практического и не делающего ничего просто так.

– У меня там однокашник живет! – пояснил Вадик. – Между прочим руководитель местного ФСБ!! Так что безопасность он нам точно гарантирует.

– А там хоть гостиница какая-нибудь приличная будет?! – спросил Костя.

– А как же! – воодушевился адвокат. – Целый «Дом колхозника»!!

– Это прекрасно! – отреагировал Гриша. – По десять человек в номере, удобства во дворе и городская баня по средам.

– Нет, правда?! – ужаснулся Константин.

– Что ты его пугаешь?! – смеясь произнес Вадим. – Все там довольно прилично. По две-три кровати в комнатах и даже телевизор в холле.

– А сортир где? На улице?! – снова повторил свой главный вопрос Костя.

– Нет, туалет и душевая на этаже, – объяснил адвокат. – Но, поверьте мне, там все очень чисто и комфортно. Во всяком случае грибок мы оттуда с вами не привезем.

– А покомфортнее ничего там не будет? – грустно поинтересовался Константин. – Я за шефа беспокоюсь. Григорий Викторович к такому не привычен.

– Я?! – удивился Тополев. – Я могу хоть в палатке жить, а нужду справлять в кусты бегать. Не делай из меня гламурного урода!

– Кстати про нужду, – прервал спор Вадим, – мы уже больше 6 часов в дороге, вон рассветет уже. Предлагаю остановиться на ближайшей заправке и привести себя в порядок, а заодно и позавтракать. Нам еще столько же ехать предстоит, если не больше, и впереди нас ждет дикая местность – сплошные леса без населенных пунктов и АЗС¹⁰. В общем, глушь.

Автомобильная дорога, пролегающая сквозь густые таежные леса Вологодской области, была своеобразным символом стойкости и мужества, ведь она служила единственным связующим звеном между отдаленными уголками этого северного края. Эта дорога – не просто путь, это испытание, которое должен пройти каждый, кто решил отправиться в путешествие по Вологодчине. В майское утро шоссе превращалось в волшебную нить, ведущую в мир природной красоты. Солнечные лучи, проникающие сквозь листву высоких деревьев, создавали игру света и тени, словно рисуя на асфальте мозаику из золотистых отблесков. По обеим сторонам раскинулись зеленые насыщенные леса, словно охраняющие тайны и загадки, которые можно разгадать только внимательному наблюдателю. Деревья, пышно раскинувшие свои ветви, создавали сводчатый потолок над трассой, словно арки натурального собора, зовущего путника в свои святилища.

Их маршрут пролегал по живописным местам, дорога то поднимаясь на холмы, то спускаясь в глубокие долины. На каждом повороте, на каждой возвышенности открывался новый, неповторимый вид на бескрайние лесные просторы, покрытые зеленым ковром тайги. Это шероховатое и слегка разбитое после зимы шоссе стало для четверых москвичей мостом между миром городской суеты и спокойствием природы. Пробудившийся от спячки окружающий мир приглашал каждого путника остановиться на мгновение и насладиться красотой бытия, чтобы вдохновиться и зарядиться энергией новых открытий.

В районе двух часов дня их микроавтобус въехал в Никольск. Маленький провинциальный городок, притаившийся в объятиях северной природы Вологодской области, как будто был создан для умиротворения и созерцания. Его скромные деревянные домики, окрашенные в нежные пастельные тона, утопали в шапках молодой зелени, а узкие улочки и переулки, словно паутина, раскидывались по берегам извилистой речки Юга.

В самом сердце города возвышался величественный белокаменный храм, окруженный ухоженными парками и скверами. Это было место покоя и безмятежности, где можно остановиться, прислушаться к шепоту листвы и на мгновение забыть о суете большого мира. Никольск являлся воплощением простоты и искренности, местом, где время остановилось и жизнь текла своим чередом, не поддаваясь влиянию стремительных перемен. Этот городок стал идеальным местом для тех, кто ищет гармонию и душевное равновесие, желая забыть о городской суете и окунуться в атмосферу настоящей русской провинции.

«Дом колхозника» оказался более уютным и комфортным местом, чем они себе представляли. Это не могло не радовать. Они заселились подвое – Гриша с Сашей и Костя с Вадимом. Немного отдохнув с дороги, приняв душ и переодевшись, они засобирались в ресторан на центральной улице, где их уже поджидал главный чекист города.

По вечерам, когда солнце клонится к закату, а воздух наполняется ароматом цветов и скошенной травы, жители Никольска собираются на набережной реки, чтобы поделиться новостями и радостями, провести время с друзьями и близкими. В это время город оживает, наполняется звуками смеха и веселья, и кажется, что здесь нет места грусти и печали.

Ресторан внешне больше напоминал придорожное кафе в далеком Подмосковье, но внутри все оказалось намного роскошней, чем снаружи. В дальнем самом большом зале был накрыт длинный стол. Большая запотевшая бутыль деревенского самогона стояла посередине, окруженная множеством тарелок с салатами и закусками. Здесь были и бочковые соленья из погреба, и колбасная нарезка нескольких сортов, домашний холодец из рульки и свиных копыт, много зелени и овощей. Особое место занимала огромная румяная кулебяка, еще пышущая жаром из печи.

Вадим обнял своего старого товарища по институту, представил ему каждого гостя в отдельности, сделав небольшой акцент на Грише, как на самом авторитетном в их компании. Семен Кондратьев оказался простым и приятным мужиком, совершенно без всякого показного фсбешного пафоса, к которому привык Тополев, общаясь с московскими силовиками. В свои сорок лет Семен уже был подполковником и не питал особых надежд на дальнейший карьерный рост. От этого он чувствовал себя вольготно и расслаблено, позволяя себе отдыхать всласть после службы и принимать гостей широко и красиво соразмерно своему доходу.