Макс Фрай – Замечательный предел (страница 22)
– А больше всего я рад, что это их дурацкие фокусы в моей беде виноваты. Что я не сам по себе всё забыл. А то я в детстве чуть-чуть боялся, что однажды забуду и свою новую жизнь. Ну вдруг я настолько псих, что от этого даже родиться в Хой-Броххе не помогает. А со мной всё в порядке, как со всеми дгоххи. Когда вырасту и состарюсь, ничего не забуду. Только ещё больше поумнею и как следует развеселюсь.
– Ну раз ты говоришь, значит, так и будет, – улыбнулась Ла Тирали Ана.
– Да, – подтвердил Нхэрка. – Я нарочно поэтому вслух сказал.
– Слушай, так ты же в купе не поместишься! – воскликнул Ший Корай Аранах, когда они вышли на мокрый от прошедшего утром дождя вокзальный перрон.
Переглянулись и рассмеялись.
– Я-то думал, поезд гораздо больше трамвая, – сквозь смех сказал Нхэрка. – Как настоящий дом.
– Справедливости ради, поезд всё-таки больше, – заметил Ший Корай Аранах. – Но не настолько, чтобы ты там удобно разлёгся. Так себе удовольствие всю ночь ехать, скрючившись. Пошли билеты сдавать!
– Когда я покупал билеты, ты ещё был с меня ростом, – вздохнул Ший Корай Аранах, спрятав деньги в карман. – Что ты всего через несколько дней в купе не поместишься, мне и в голову не пришло. Главное, я же никогда ничего не делал заранее. Всё в последний момент, по наитию. И получалось нормально. А тут оплошал!
– Да, я быстро расту, – кивнул Нхэрка. – С одной стороны, я этому рад, потому что быть высоким красиво. Уж всяко лучше, чем размером с кота! А с другой, так я, чего доброго, уже скоро домой вернусь. Вот это будет обидно! У меня ещё большой список дел.
– Ну так мы ещё раз тебя нарисуем, – пообещал Ший Корай Аранах. – Главное, не снимай свой зелёный браслет. А потом будем держать на строгой диете. Не больше ящика яблок и двух гостей в день!
– Не жадничай, – ухмыльнулся Нхэрка. – Трёх как минимум. И ящиков, и гостей. А своё самое главное дело я прямо сейчас и сделаю. Чего тянуть.
С этими словами он схватил Ший Корай Аранаха в охапку, взмахнул крыльями и взлетел. Тот заорал от восторга и неожиданности:
– Ох, ни хрена себе!
Крылатый лис торжествующе хохотал и поднимался всё выше.
– Смотри! – говорил он. – Мы с тобой отражаемся в небе. Это ужасно красиво. Ух как я об этом мечтал! Но пришлось ждать, пока я как следует вырасту. Чтобы точно тебя поднять. И у меня получилось! Хорошо, что ты лёгкий, а то я большие тяжести пока носить не умею. Было бы обидно тебя уронить.
– Да, это могло бы немного испортить нам удовольствие, – хладнокровно согласился Ший Корай Аранах.
– Осталось ещё одно неотложное дело, – объявил Нхэрка, когда они стали снижаться. – Почти такое же важное, как с тобой полетать. Я уже видел в Лейне котов всех цветов, кроме чёрного. У тебя случайно нет знакомого чёрного кота?
– Вроде нет. Но я всех обзвоню, узна… – начал Ший Корай Аранах.
Договорить не успел, потому что Нхэрка пронзительно заорал.
– Что случилось? – встревожился Ший Корай Аранах. Но и сам всё понял, не дожидаясь ответа. Они приземлились прямо в глубокую лужу и теперь стояли по щиколотку в воде.
– Я слышал, ты, если надо, кого угодно можешь вылечить словом, – наконец сказал Нхэрка.
– Ты совершенно здоров! – воскликнул Ший Корай Аранах. На всякий случай. Вдруг лис, приземляясь, вывихнул лапу. Или ушиб. Да что бы с ним ни стряслось, проще сразу сказать «ты здоров», чем расспрашивать и выяснять.
Нхэрка рассмеялся своим хриплым лающим смехом так громко, что все прохожие дружно вздрогнули и обернулись на них.
– Спасибо! Вообще-то я и так был в порядке. Только хвост намочил. Крайне неприятное ощущение! Тебе же не трудно словом адрэле снова сделать мой хвост сухим?
• Что мы знаем о Лейне?
Что сейчас там лето в разгаре, но ночи довольно холодные, словно в них понемногу подкладывают морозы, оставшиеся от неизрасходованной в прошлом году зимы, которая так и не наступила, хотя по прогнозам синоптиков вероятность резкого похолодания была велика. Предположения, сделанные на не допускающем лжи языке, далеко не всегда сбываются, но непременно оставляют где-нибудь в будущем свой (часто невидимый) след.
С этими прошлогодними несбывшимися холодами вышло очень удачно, за ночь как раз успеваешь отдохнуть от жары; одновременно холодные ночи напоминают об осени, до которой, по прогнозам всё тех же синоптиков, ещё далеко, но на самом деле, погода в Лейне непредсказуема, в любой момент может задуть ледяной ветер с гор. Тем драгоценней каждый солнечный летний день, наступающий после прохладной, как осенью, ночи, тем слаще стремительно поспевающая черешня, тем желанней полуденный зной.
• Что мы знаем о Лейне?
Что в порт недавно пришли корабли так называемой Книжной Эскадры Алали. Они дважды, изредка трижды в год приходят в Лейн из Мэй-Арована и снабжают книгами весь Второй Континент. Естественно, кроме Книжной Эскадры, есть и другие пути, многие продавцы из Алали приезжают за книгами самостоятельно, и торговые представители крупных издательств Лейна не сидят, сложа руки, принимают заказы и организуют доставку, а всё-таки больше половины книжных новинок попадает в Алали именно с Книжной Эскадрой, так удобней и дешевле всего.
Прибытие Книжной Эскадры Алали весь Лейн ставит на уши, иными словами, это знаменательное событие. Для издательств – работа и прибыль, а для остальных горожан – дополнительный праздник, ярмарка и балаган. Корабли из Алали никогда не приходят пустыми, они привозят товары, которые больше нигде не найдёшь – деликатесы и вина от мелких семейных ферм, изделия искусных ремесленников, портных, ювелиров и гончаров. А самое главное, с Книжной Эскадрой всегда приезжают артисты: танцоры, музыканты, певцы. Капитаны Книжной Эскадры осознают свою гуманитарную миссию (они эту миссию сами придумали, когда создавали своё предприятие шестьдесят с небольшим лет назад), поэтому на каждом корабле обязательно выделяют каюты для десяти – пятнадцати человек. С Книжной Эскадрой приезжают в основном начинающие, известных артистов и так пригласят на гастроли, предложат ангажемент, а новичкам, – считают капитаны Книжной Эскадры, – надо дать шанс показать себя в Лейне; кстати, с этих любительских выступлений в порту началось немало успешных карьер.
• Что мы знаем о Лейне?
Что на маленьком Каменном пляже, скрытом за Прекрасной (она действительно так называется) невысокой, но острой скалой, куда мало кто из горожан добирается, это неудобно и далеко, на границе между бывшими портовыми складами и самым краем района Сады – так вот, там сейчас сидят двое. Немолодой загорелый мужчина с глазами ослепительной синевы и невысокая хрупкая женщина с густыми короткими волосами цвета сухой прибрежной травы. Женщину зовут Аларита Таорти, она торговый представитель издательского дома СэњДэ в Мэй-Ароване, живёт там уже много лет и в кои-то веки решила воспользоваться своими связями и положением, чтобы получить каюту на одном из кораблей Книжной Эскадры и показать сердечному другу Лейн. Вообще-то, Аларита Таорти и сама уже чувствует себя здесь иностранной туристкой, которой в диковинку зеркальное небо и трамвайные рельсы; впрочем, Каменный пляж, куда ходила студенткой, крошечный бар «Едва ли» в одном из потаённых проулков центра и свою любимую старую черешню с огромными жёлтыми ягодами она с ходу нашла.
– Я так рада, что с ним повидалась, – говорит Аларита Таорти.
– А я рад, что ты рада, – отвечает ей синеглазый. – Вроде ты со мной не особо грустишь, но такой счастливой я не каждый день тебя вижу. Хорошо, что ты с ним повидалась! А с кем?
– Со старым другом, который умер. Помнишь, в тот день, когда я об этом узнала, ты научил меня, что с горем надо к морю идти.
– Разве люди в Лейне после смерти становятся призраками? – удивляется синеглазый. – Надо же, я не знал. Думал, призраки – выдумка писателей из потусторонних реальностей. Я о них только в книгах читал.
– Насчёт призраков точно не знаю, – говорит Аларита Таорти. – Факт, что о встречах с ними нет достоверных свидетельств. За всю обозримую историческую эпоху ни одного упоминания в календарях! А мой старый друг просто снова родился. Здесь же, в Лейне. У женщины, которую очень любил. Можно сказать, стал собственной дочкой. И при этом ничего не забыл. Помнит, как погиб в Шигестори. И как перед этим жил. И меня узнал, представляешь? Ну, то есть, она узнала. Девчонка, которой он стал.
– Вот о таком я слышал, – улыбается синеглазый. – Редко, а всё же случается, что мёртвый снова рождается рядом с теми, кого любил. Ну на то и сила слова адрэле, чтобы даже после смерти настоять на своём. Твой друг молодец, что сумел вернуться к любимой. Хотя знаешь, я бы не очень хотел стать твоей дочкой. Ну или сыном, это без разницы. Лучше оставить как есть.
– Ты будешь жить ещё долго, – говорит Аларита Таорти. И помолчав, добавляет: – Если захочешь, то рядом со мной.
– Я хочу, и ты это знаешь.
– Знаю. Но когда обладаешь большой силой слова, приходится быть осторожной. Чтобы близкого человека нечаянно по рукам и ногам не связать.
• Что мы знаем о Лейне?
Что там сейчас поздняя ночь. По трамвайным рельсам идёт человек высокого роста, бородатый, широкоплечий, с потухшей сигарой в зубах. Водились бы в Лейне разбойники, можно было бы принять его за разбойника; правда, не прямо сейчас, потому что человек смотрит в небо, мечтательно улыбается, а по его загорелой скуле ползёт дождевая капля; ладно, всё-то я вру, нет никакого дождя.