Макс Фрай – Лабиринты Ехо (страница 179)

– Я не считал это целесообразным, – согласился Джуффин. – Поскольку выяснил, что членам вашей семейки смерть только на пользу. Ну и потом, делать мне больше было нечего, кроме как охотиться на ни в чем не повинных девчонок. Не моя вина, что никто кроме меня не мог справиться с этой задачкой. А дюжину дней спустя Его Величество Гуриг VII опомнился и издал указ о неприкосновенности членов семей всех участников войны за Кодекс. Нуфлин, конечно, бесился, но к тому моменту он уже успел уяснить, что с королем шутки плохи. Кажется, у нас нет никаких претензий друг к другу, правда, леди Шекк?

Теххи смущенно кивнула.

– Ты доволен, горе мое? – спросил Джуффин. – Или нам еще и поцеловаться?

– Я вам поцелуюсь! – грозно сказал я. – Грешные Магистры, какое же у вас обоих темное прошлое, с ума сойти можно.

– Можно, – спокойно подтвердил Джуффин. – Скажи лучше, что мы теперь будем делать с этой леди? В Холоми ее посадить, что ли?.. С одной стороны, она только что совершила убийство государственного служащего высшего ранга, с другой стороны, сама же все исправила. Я мог не тревожить твою Тень, а просто запереть вас в спальне и ступать по своим делам. Она отлично тебя оживила, без моей помощи.

– А как ей это удалось?

– Сам знаешь, как. В свое время я слышал, что человеку, отравившемуся приворотным зельем, нужно немедленно оказаться в объятиях виновницы, чтобы остаться в живых. Речь, разумеется, шла о приворотных зельях древности, они были не столь безобидны, как нынешние. Все же я решил, что стоит опробовать и такой способ. Честно говоря, сам не ожидал, что у нее получится. А когда стало ясно, что твое сердце в полном порядке, я уже имел на руках второе. Вернуть Тени то, с чем она уже рассталась, невозможно. В отличие от человека Тень никогда не меняет свои решения. Так что я отдал тебе и второе сердце – не выбрасывать же.

– И что, у меня теперь действительно два сердца? – недоверчиво переспросил я.

– Ну не три же, – пожал плечами Джуффин.

– Ладно, чем больше, тем лучше. А что это за Тень такая, и где вы ее нашли?

– Ну как тебе сказать. Нашел-то я ее в собственном сне, но это не значит, что ее нет на самом деле… Честно говоря, никто толком не знает, что такое Тень, но она есть у каждого человека. И легче всего разыскать Тень, когда спишь, – и свою собственную, и чужую, все равно. Кстати, твоя Тень отлично умеет прятаться, она из меня душу вытрясла, прежде чем я ее поймал. У Тени есть все, что есть у ее хозяина, в том числе и сердце. Вот только в отличие от нас наши Тени прекрасно могут обходиться без этого хлама. Без него им даже лучше, свободнее… Ты хоть что-то понимаешь из моих объяснений, Макс? Или я зря стараюсь?

– Я ничего не понимаю, но вы не зря стараетесь, – откликнулся я. – Ваш голос меня успокаивает. А как я теперь буду жить с этими двумя сердцами?

– Да так же, как и раньше, только еще лучше, – усмехнулся Джуффин. – Вот увидишь. Тебе здорово повезло, если разобраться.

– Мне действительно здорово повезло, – я подмигнул Теххи. – А вот тебе – нет.

– Почему? – испуганно спросила она.

– Потому что я грязно ругаюсь во сне, плююсь ядом в кого попало, работаю по ночам и чертовски много ем. Да, чуть не забыл, кроме всего этого я еще и царь каких-то кочевников. Представляешь теперь, с кем ты связалась?

Теххи улыбнулась.

– Мама всегда говорила, что я плохо кончу. – Ее улыбка исчезла так же быстро, как появилась. – Подожди-ка, сэр Макс, а с чего ты вообще взял, что меня все это интересует? Почему ты так уверен, будто я…

– А кто тебя спрашивает? – беззаботно отмахнулся я. – Ты меня отравила своим приворотным зельем, так что теперь, будь любезна, сама и расхлебывай. Мне требуется длительный курс лечения. Первые лет шестьсот, как минимум, моя жизнь будет находиться в постоянной опасности, поэтому мне необходимы ежедневные процедуры. А там поглядим. Правда, сэр Джуффин?

– Ну, раз ты так говоришь, значит, правда, – зевнул шеф. – Ладно уж, приводи себя в порядок. Завтра в полдень я тебя жду.

– На закате, – твердо сказал я. – Смерть – довольно уважительная причина, можно и опоздать немного, вам не кажется?

Я дважды стукнул себя по носу указательным пальцем правой руки. Классический кеттарийский жест: два хороших человека всегда могут договориться. Джуффин немедленно растаял. Впрочем, он и без того был вполне растаявший, с самого начала.

– Лодырь несчастный. Ладно, на закате так на закате, Магистры с тобой. Что ж, наслаждайся жизнью, каковая, как известно, коротка, а я пойду спать. Мне, между прочим, даже со службы отпроситься не у кого.

– Отпроситесь у меня, – предложил я. – Я вас отпущу, честное слово.

– Все, разошелся, – Джуффин с видом мученика поднял глаза к потолку, потом улыбнулся Теххи. – Надеюсь увидеть тебя снова при менее драматических обстоятельствах, девочка. И извини, если я тебя напугал. Когда я понял, что произошло, я еще и не такое мог натворить.

– Он меня больше напугал, если честно, – Теххи кивнула на меня. – А все остальное я и помню-то еле-еле.

– Тем лучше, – вздохнул Джуффин. – Подозреваю, что я вел себя не совсем так, как подобает хорошо воспитанному пожилому джентльмену. И имей в виду, если ты собираешься позволить этому молодому человеку и дальше валяться в твоей спальне, тебе придется купить ящик бальзама Кахара. Он поглощает это зелье бочками, ты еще удивишься!

– Кошмар, – улыбнулась Теххи. – Так, может быть, пусть сам его и покупает?

– Обойдешься. Он еще и экономный.

Когда мы остались одни, Теххи внимательно посмотрела на меня.

– Макс, ты уверен, что действительно хочешь здесь остаться?

– Хочу! – жизнерадостно подтвердил я.

– Странно, – вздохнула она. – Но почему?

– Потому, что здесь сидишь ты, – объяснил я. – Это же элементарно.

– Это что, признание в любви? – растерянно спросила Теххи.

– Не говори ерунду. Это – гораздо больше.

– А ты хоть представляешь себе, кто я такая? Все дети Лойсо Пондохвы…

– А у него было много детей? – равнодушно поинтересовался я.

– У меня шестнадцать братьев. Все мы – его незаконные дети, и от разных женщин, разумеется. Но мы очень дружны, поскольку нам, собственно говоря, больше не с кем дружить. Особенно им.

– А все твои братишки – привидения? Вот и славно. Мы с ними отлично поладим, поскольку я сам – Магистры знают кто, и явился сюда невесть откуда.

– Я так сразу и подумала, – улыбнулась она. – Человек, у которого цвет глаз меняется чуть ли не каждую минуту…

– А ты уже заметила?

– Ничего себе! Я же только тем и занималась, что пялилась на тебя.

– Почему?

Я довольно откровенно напрашивался на комплименты. Теххи это заметила и скорчила ехидную рожицу.

– Ну надо было на что-то смотреть. Не на трупы же!

– Кстати о трупах. Кажется, я здорово проголодался. У тебя что-нибудь есть?

– Откуда? Ты же сам все и уничтожил.

– Грешные Магистры, как же мне не везет! Нарваться на хозяйку единственного в этом Мире ресторана, где нет никакой еды!

– Я могу послать зов хозяину «Жирного индюка», – предложила Теххи.

– Да ну его к аллаху. Будем считать, что я на посмертной диете.

– А кто такой «аллах»? – осведомилась Теххи.

Но ей так и не было суждено проникнуть в эту страшную тайну. У меня не нашлось времени на теологические лекции, поскольку мне наконец удалось до нее дотянуться. По счастью, у Теххи не было сил сопротивляться.

За час до заката я дисциплинированно явился в Дом у Моста. Честно говоря, мне так и не удалось последовать совету сэра Джуффина и поспать. Да и поесть я тоже не собрался. Не до того было.

– Кошмар! – Джуффин мгновенно оценил ситуацию и указал мне на дверь. – Надеюсь, у тебя хватит сил доползти до «Обжоры». Пойди съешь что-нибудь, видеть тебя не могу.

– Он не дойдет, это точно, но я могу донести его на руках.

Вездесущий Мелифаро хихикал за моей спиной. Похмелье его, судя по всему, уже не мучило.

– Очень вовремя, – обрадовался я. – С тебя как раз причитается после вчерашнего.

– А что, я все-таки буянил? – обрадовался Мелифаро.

– Еще как. Ты перебил всю посуду в этом замечательном заведении и уснул. А меня заставили ее склеивать. Только что закончил.

– Подумать только! Так вот чем ты все это время занимался, – восхитился Джуффин. – Учтите, мальчики, если вы еще немного здесь потопчетесь, то поесть уже не успеете. Так что вперед.

– Вы такой суровый, что я сейчас заплачу, – улыбнулся я, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов.

Самое смешное, что меня действительно немного качало.

– Нельзя же так перегибать палку, – сказал мне вслед Джуффин.

Я спиной чувствовал теплую тяжесть его неподвижных глаз.