Ма. Лернер – Все не так, как кажется (страница 21)
– Спасибо, подробности чужих владений не требуются.
– А? Ну да. Ну да. Тогда остальных тоже не надо?
– Вкратце. Из чистого любопытства.
– Дайане Мюллер отойдет вилла в Швейцарии. Биргит Нельсон – дюжина нефтяных вышек в Техасе.
Если я ничего не путаю, все честно. Наследство от отцов, выдранное при разводах. Вот насчет Джорджа не уверен. Уж больно жирный кусок. Не был его отец настолько богат. Неужели вкладывалась?
– А вам помимо квартир на набережной и содержимого сейфа – вот, – и он выложил на стол очередной запечатанный конверт. Бумага твердая, практически картон. Внутреннее содержимое не прощупывается.
– Это уже не здесь посмотрите, – сказал на мое движение.
Похоже, подразумевается «не имею желания знать, что внутри».
– И вот так отдаете, до истечения полугодового срока вступления в наследство?
Кажется, он усмотрел в невинной реплике сомнения в профессиональных качествах. Аж загремел нешуточным железом.
– Распоряжения госпожи абсолютно четкие и иному истолкованию не подлежат!
В машине проверил. Там находился обычный ключ. Внутри под клапаном еле заметно нацарапано карандашом «КЦБ» и «7653». Вот это мне переводить не требуется. Никогда в руках не держал, но читается элементарно: Константинопольский центральный банк и номер ячейки хранения. Люди частенько держат в хранилище ценности и документы. Или краденое, или уведенную от налогов наличку. Никто не спрашивает, что именно ты прячешь, если стабильно вносишь арендную плату. Клерки не интересуются документами. Если придет некто чужой и унесет содержимое, доказать ничего никому не удастся. Есть хранилище подобного рода именное. Боишься – туда. Так что терять драгоценный ключик очень не рекомендуется. И доверить кому-нибудь слетать и разведать тоже опасно. Мало ли что там внутри, ладно еще деньги, а вдруг сильно интересные документы? Привычка скрытничать и врать в общении с посторонними в меня вбита намертво. Притом что вроде бы приличный гражданин. Но чужие секреты иногда опаснее оружия.
Глава 9
Родственные связи
В этом баре до сих пор бывать не приходилось, но здесь оказалось полно студентов МГУ. Парочка знакомых и полдюжины мелькавших в коридорах лиц. Ничего странного. Бар недалеко от учебных корпусов и многими посещается. На высоком стульчике у стойки восседала в красивой позе Алла Каменева. Подать себя она умеет, да и показать имеется что. И фигурка, и ножки прекрасные. Катя пихнула под ребро острым локтем. Почувствовала и демонстрирует недовольство. Абсолютно зря. Встреча с сексуальными намерениями с акулой прессы так и не состоялась из-за знакомства с семейством ведьм. Потерял интерес. Зато сейчас пригодилось знакомство с боксером и его рекомендация.
– Чисто деловой разговор, – извинительным тоном шепчу, – посиди чуток одна. Тебе чего заказать? Бокал пива, ага?
Поспешно сбегаю, не давая возразить. Татуированный не хуже дикаря маори из романа Жюля Верна бармен кидал лед в ряд построенных на стойке стаканов. Судя по размеру кубиков, тот еще перец. Много воды, мало алкоголя. Вечером полно народа, и можно не только спиртное разбавлять, еще и дешевку наливать в бутылки от дорогих марок. Все равно едва получившие возможность по возрасту покупать алкоголь молокососы в нем ни черта не разбираются. Им что угодно можно впарить.
– Марат насчет меня звонил, – присаживаясь рядом с Аллой, сообщаю негромко.
– Я так понимаю, – сказала она, посмотрев через плечо на Катю, – знакомство наше сугубо деловое.
Ну и хорошо, что сообразила. Кроме того, лишнее подтверждение – не дура. Проще будет.
– И о чем, позволь спросить, речь? Он мямлил нечто невразумительное, но горячо обещал: не пожалею.
– Я даже не знаю, как начать, – протянул нерешительно, всерьез принимаясь прощупывать.
Нечасто такое делаю, однако ситуация в высшей степени неординарная. Лучше подключить весь имеющийся арсенал для гарантии.
– Можешь прямо, без дальних заходов, – подмигивая, посоветовала Алла.
– Говорят, ты имеешь выходы на многих в полиции и прокуратуре.
– Так и есть, – подтвердила она легко.
Ага, не просто опера, хотя и они имеются, есть солидные люди с большими погонами. И отнюдь не через постель. Забавно, у нее, оказывается, принципы. За информацию не спит. Только ради удовольствия и предпочитает спортсменов без претензий. Провели ночь – разбежались. А на чем же держит полковника, заместителя начальника отдела криминальной полиции центрального района Москвы? Компромат в кармане, но неясно какой. И ведь прямо не спросишь.
– Я тебе даю изумительную наводку на громкий репортаж, а ты меня знакомишь с материалами следствия.
– И о чем речь? – Вот теперь она насторожилась.
– Мне нужны дела по серийному убийце, убивающему и насилующему девушек, – бухнул прямо.
Она моргнула, ошеломленная. Больше внешне растерянность ни в чем не проявилась. Зато в голове – лихорадочная деятельность. А в эмоциях – удивление, настороженность и азарт. До сих пор об этом не сообщали, а я дал важную информацию. Если правильно себя поведет, может сделать имя, а не писать мелкие заметки про наркоманов и бытовые убийства.
– И откуда известно?
– К прокурору Токмакову лучше обратиться.
Фамилию никакие образы, считываемые с ауры, не дадут, но морда мелькала в мыслях следователя ясно. Ни должности, ни точного места работы. Я же не могу прямо спросить, такое невольно настораживает. Зато Стоян практически сразу опознал по описанию. Не так много на свете даже в Москве серьезных дяденек в прокуратуре. А профессиональный игрок, не имеющий нужных контактов в правоохранительных органах, только в дешевых детективах бывает.
– Даже так?
Ну на то она мне и нужна. Если действительно умеет ловить случай – вот, подвернулся подходящий. Ничего странного, что не в криминальной полиции папки лежат, объединили все убийства. По особо тяжким преступлениям наша прокуратура не только выступает в виде обвинителя в суде, но прямо руководит предварительным следствием, раздавая поручения.
Хм… А она мужика определенно знает и не особо обрадовалась. Честный чинуша, на почве утечки информации поцапались.
– Или не к нему, а к подчиненным. Иногда с мелкими служащими проще дело иметь.
Ага, поучи еще, сказал весь насмешливый вид журналистки. Тут и в голову лезть не требуется, прямо на лбу большими буквами написано.
– Если понадобится – заплачу.
– Пять тысяч, – брякнула она, – и протоколы прямо завтра у тебя на руках, – и затаила дыхание, ожидая реакции. Наверняка проверила имя, в курсе как живу и знает про отсутствие таких денег. Попытка отделаться? Нет. Она уверена. Есть зацепка в прокуратуре, и не зря теряю время.
– Алла, – сказал со всей возможной проникновенностью, озвучивая ее мысль вслух, – не держи меня за фраера.
Все это не стоит и двух. На самом деле – где-то в районе тысячи. Но не будем мелочиться. Теперь могу себе позволить накинуть и побольше жалованья выпускнице МГУ. Для начала, если еще возьмут в штат, жалованья свыше четырех сотен в месяц ей никто не даст. Даже при отличных оценках. Филология не особо ценится на рынке труда. А в серьезных газетах до сих пор числится вольным стрелком Muckrakers, разгребателем грязи. Может, в америках это нечто весомое, а у нас ее знают, но не поручат ничего серьезнее бытовухи в семье. Для громких дел свои репортеры имеются. А ей хочется известности и премии за выдающиеся заслуги. Не самая плохая мечта.
– Просто мне понадобится время, чтобы найти подходы к людям. У тебя они вроде имеются. Чем больше времени проходит, тем холоднее след. Потому два косаря наличкой тебе, и не волнует абсолютно, как, с кем и на каких условиях договоришься. Мне надо к вечеру. И не выдержки с выписками. Все что есть. Буквально.
– Как ты себе это представляешь?
– Ну пусть вызовут повесткой и на месте дадут прочитать.
– То есть ты проходишь в связи с убийством? – Она определенно насторожилась. Пахнет не простым любопытством, и всплыви потом, недолго и соучастие словить со всеми вытекающими.
– Не я. И это личное, – согласился в ответ на мелькнувшую мысль.
В следователи, что ли, податься? Любой у меня сознается за десять минут. А если нет, то буду знать, где искать. Почему среди наших такие не водятся? Хотя помимо нежелания сотрудничать с властью это еще и огромный шанс невольно засветиться, да и зарплата маленькая.
– Последняя убитая мне приходится сестрой. И я этого так не оставлю.
– Ты думаешь, самый умный и найдешь нечто, прошедшее мимо опытных волков сыска? – Вот здесь уже прозвучало пренебрежение.
– Может, нет, а может, и да. В отличие от людей закона, у меня руки развязаны и есть кое-какие знакомства.
– Стоп! – сказала она быстрее, чем в голове оформилась мысль. – Ты реально знаком с Артемовскими? С Черным Лео?
– Это не интервью, – сказал после паузы с уважением. Вот уж не подозревал, насколько глубоко умеет копать. Где же нас видели вместе? Неужели полиция следит? – Комментариев не будет. У нас сугубо деловой разговор. Я не прошу нечто реально противозаконное, да-да, тайна следствия, но все равно ни с кем делиться не собираюсь. И действительно заплачу, а не по дружбе прошу.
– Деньги – это хорошо. Только мне бы хотелось иного.
– Не думаю, что идея хорошая. Ничего конкретного тебе все равно не скажут, наврут с три короба.