Ма. Лернер – Чистилище для неудачника (страница 15)

Я никогда такого не видел в обеих жизнях. На всю Словению с десяток настоящих магов-лекарей наберется. И получают они за свои труды так, что могут кушать и на золоте, а ночной горшок иметь из синского фарфора, который по весу в три раза дороже этого металла. А этот скачет по степи в ободранном кафтане и грабит купцов. Идиотизм.

- Я никому не скажу, - произношу вслух, - клянусь своей душой и надеждой на перерождение, Святовит свидетель.

Лях все также молча кивнул. Унг, похоже, не особо соображал, вылакав все содержимое фляжки в один длинный глоток.

О, Крачун, будь ты проклят! Как сразу не сообразил. Что-то зудело на краю сознания, но не вспомнил. То есть я знал, что набег был, потому и всем приказал надеть кольчуги, а сам взял копье. Но ни точной даты, ни где ходили людоловы толком не помнил. А вы попробуйте поделиться, что происходило лет десять назад, да еще не с вами лично. Рассказы слышал, но новобранцев в то время гоняли по-черному, заставляя работать в конном строю отрядами. Не по одиночке. И слаженность не так просто вбивалась. Потому как-то не до чужих подвигов и сожженных на юге сел мне было. Часть пропустил мимо ушей, мало что зацепилось. А теперь всплыло, когда уже без надобности.

Малахай с покойника слетел при падении, но на лбу у него хорошо знакомая татуировка, соответствующая тамге. Далеко не все такую делают, точнее имеют на нее право. Исключительно батыры, в личном поединке убившие дюжину. Натурально - мастер, не показалось с перепугу. Неизвестно чем закончилось бы наша встреча. А так, победителей не судят. Главное завалить врага, а в спину или еще как, пусть жалуется Тенгри или Этугену , а то и Будде. Все больше номадов принимают веру далекого Тибета. Кстати врут, не верю в горы такой величины, в вот тамошняя империя реально существовала и доходила до Семиречья.

- Уходить надо, - говорю, подъехавшему Асену.

Коня привел в поводу, значит не удрал кочевник. Хотя оба жеребца смотрятся не лучшим образом. Гоняли всерьез их всадники и измучили.

- Они оба без сил, - глянул на своих приятелей.

- Срочно драпать, если не хотите без головы остаться. Это не бурчевичи-буржоглы, а ямяковцы.

- И что?

Нет, понимаю, он не издевается. Просто в здешних делах ни в зуб ногой. В Южных Карпатах может всех и вся знал, раз столько лет повесить не могли, не здесь.

- Бурчевичи кочуют по степям западнее Дона и поданные Крымского хана. А орда этих живет восточнее Волги. Им здесь делать нечего. Если не серьезный набег. Тогда это просто разведочный чамбул. За ними идет гораздо больше и не стоит рассиживаться.

- Подъем! - гаркнул Асен, не переспрашивая и не сомневаясь. - Уходим!

Что характерно, никто и не подумал возмущаться. Оба его приятеля поднялись, хотя без особой бодрости и пошлепали к своим коням.

- Второго к седлу привязать, - командую, показывая на собранный табунок. Трех лошадок пригнал Мефодий. Четвертый у Волка. Для начала неплохо. - Что-нибудь ценное есть?

- Не особо, - азартно сказал Меф, показывая небольшой узелок, - но пара вещей из серебра и монеты.

Он парнишка простой. Того, помятого упавшим конем, добил без колебаний и по телам шарил спокойно. И правильно. Чего стесняться. Трофеи - это честная добыча. А переломанному всерьез лучше не мучиться в холодной степи. Все равно помрет, но долго и тяжело.

- Потом поделим. В сумку положи, - и уже для всех, - уходим, быстро.

Эти места я помнил достаточно хорошо. Ну, что значит помнил, во сне воевал в следующем году. И не сказать с большим успехом, однако именно у той деревни, куда повел маленький отряд, погиб Бискуп с половиной сотни. Все он сделал правильно, да только слишком много пришло налетчиков. Причем тогда не особо задумывался почему бурчевичи к нам лезут, вместо давания отпора пришедшим о Волги. Это у тех джут и им жрать нечего. Нашим просвещением по данной части никто особо занимался. Сначала гоняли до полусмерти, затем послали в бой, ничего не объясняя. И мы честно выполнили то, чему учились. Потеряв половину хоругви сбили натиск и задержали на необходимое время. Тогда и началась моя карьера, закончившаяся на плахе. Но стыдится не с чего. Долг выполнил согласно клятве и защищал рубежи страны от напасти.

А то что местность знаю, никогда не бывая тут, уже ни чуточки не удивляло. Земля уж точно не меняется, в отличии от людей. Например, про своих односумников прежде не слышал. Видать, где-то здесь без меня, они в той жизни под саблями сгинули. Все ж я четверых уложил, не кот начхал. Не путешествуй вместе, кисло бы бывшим бандитам пришлось. А сейчас живехоньки. Вывод? Судьбу можно изменить! Свою и чужую. К лучшему или худшему. Ведь для тех убитых она стала хуже, не так ли? И спасшись здесь и сейчас, давшие клятву, не давали обещания не сгинуть завтра, утянув меня за собой. Тут уж как получится. Я делаю что должно, а куда путь заведет один Крачун в курсе и посмеивается. И плевать! Я отвергаю врага человечества и добро восторжествует в итоге, а Свет осияет моих потомков. Конечно, если успею их оставить. А если нет, хотелось бы родиться снова среди своих, а не где-то в Хорсане. Уж это я заслужу...

Уже было видно деревню, когда на пригорок выскочили первые куманы. Основной отряд явно долго не выяснял подробности, а следы на вчерашнем подтаявшем снегу хорошо заметны. Мы погнали всерьез, не жалея лошадей. Главное проскочить хлипкий деревянный мостик, перекинутый через достаточно широкий ручей с крутыми берегами, а там уже частокол. Безусловно не случайно такое место для населенного пункта выбрано. И к обороне подготовлено. Здешний народец живет, держась одной рукой за соху, а вторую положив на саблю. Если и преувеличение, то не особо серьезное.

Уже столетие государь за государем старались оттяпать у степи очередной кусок, поставив цепь застав и крепостей в ключевых точках. А за спинами укреплений вырастали поселения. Естественно, ни Крымскому хану, ни Большой орде такое не нравилось и набеги происходили достаточно часто. Иногда переселенцев вырубали начисто или угоняли в рабство. Это называлось Военной границей и шли сюда только люди определенного склада. Они не слыли, а по-настоящему были сильными, ловкими, вспыльчивыми и склонными к насилию. Другие не выживали. Даже трактирщик или купец из местных могли кого угодно поставить на место. Население Берладских земель имело немалые льготы, включая почти полное отсутствие налогов и возможность войти в панство. Но за все это платили кровью.

В поселке били в колокол, значит уже заметили происходящее и мы могли б успеть, но тут преследователи начали стрелять. Меня клюнуло в спину, но кольчуга двойного плетения не дала войти в тело. Удар, тем не менее, вышел неприятный. Одна из трофейных лошадей жалобно заржала, падая с торчащей в боку стрелой. Вряд ли они целились именно в несчастную. Лошади дороги и ценятся всеми, зря их не убивают. А потом Унг вывалился из седла. Я заметил краем взгляда и затормозил, разворачиваясь. Околотень артачился, желая мчаться дальше и пришлось настоять силой, заворачивая. Встал прямо перед Асеном, затаскивающим приятеля на круп коня, похоже, Красавчик серьезно пострадал, а не просто от упадка сил грохнулся и принялся стрелять по скачущим.

Я не настоящий лучник, но четыре стрелы в воздухе держу, пока первая входит в цель. Двоих завалил, еще одному попал в коняшку, прежде чем с самого шапка слетела, сбитая противником. С грузом нам было не уйти, поэтому продолжал прикрывать еще минуту, вываливая оставшиеся стрелы во всадников. Теперь они были настороже и пользовались щитами. При этом самим не пострелять, что и требовалось. Двоих все ж зацепил, а потом и самому прилетело в плечо и бок. Если вторая опять не пробила броню, то первая все ж вкусила кровушки. Особой боли не почувствовал, но на этом все. Лук мне побольше не по зубам. Пора уносить ноги.

И тут они внезапно развернулись и стали уходить. Мимо вихрем пронеслось два десятка расцов с пиками, готовыми к удару. Кого-то догнали и прикончили, но большинство номадов, не принимая боя, ушли. Преследовать не стали. И правильно сделали. Могли и устроить засаду, да и неизвестно кто еще за холмами. А когда увидел командира понял и причину отсутствия азарта. Перепутать эту усатую, красную рожу алкоголика, хвастуна и вруна вряд ли возможно.

- Урядник Хмара Соловей, - представился старый знакомый.

Я чуть не ляпнул, как не признать старого собутыльника. При всей своей непредсказуемости и вечном попадании в глупейшие истории из-за гонора и непомерно раздутого самомнения, человек не только верный до конца, еще и прекрасный рубака. Я у него многому научился. И Войтека зарезал с его подсказки. А сотник он был прекрасный. Увы, это так и осталось его потолком. Вот разве он меня не знал и знать не мог. Мы встретились через три года. Хм... Или не встретились, а могли?

- Харугвь Расцов. А вы стала бычь хто будитэ?

Чем дальше на восток и ближе к старой Руси, тем более странно говорили. Букву 'Е' порой заменяли на 'Э' или 'И', букву 'Т' на 'Ч', 'О' всегда менялась на 'А', 'Ы' - на 'И', 'И' - на 'Я'. Не тяжелый, а чижолый, не сегодня, а сиводня. Понять при желании труда не составляло.

- Радослав Воронецкий и мои люди.