M. Wanda Black – Серая ведьма: когда мир замер (страница 42)
— Мы делаем всё, что можем, — ответил врач.
Нинель сбавила голос:
— Лекарств не хватает?
— Есть всё.
Нинель снова взорвалась:
— Так какого чёрта…
Она замолчала и задумалась. В больнице стало тихо.
Диего, Ёрмик и Каин смотрели на Нинель. Она никого не замечала, кроме Мии.
Нинель пошла к выходу, остановилась у палаты Сансы:
— Эта тоже в коме?
— Да, — ответил врач.
Она посмотрела на Берту, и врач сказал заранее:
— У Берты нервный срыв. Она на антидепрессантах.
Вывод напрашивался сам. Она теряет сестрёнку и друзей.
Нинель положила стволы возле кофемашины и нажала кнопку. Кофе лился, а Нинель думала: когда она была одна — никто не страдал. Теперь за неё умирают люди, сражаясь с анклавами.
Кофе остановился. Последняя капля упала в стаканчик.
Нинель обернулась:
— Делайте всё возможное.
Повернулась к президентам — охрана закрывала их собой. Она положила один ствол в кобуру, взяла кофе.
— Таша, набери себе, если хочешь.
Таша пошла к автомату.
Нинель держала один ствол в руке, в другой — кофе, и направилась к выходу. Президенты стояли молча.
Дверь вылетела.
Нинель обернулась:
— Моя дорога — не война. Моя дорога — только месть.
И пошла вниз.
Каин, Диего и Ёрмик смотрели ей вслед.
— Скоро что-то случится, — сказал Диего.
Нинель остановилась между этажами:
— Не нужно учить меня жить. Кто ты такой, чтобы судить?
Она пошла дальше. Таша побежала за ней.
Нинель села в машину. Вика всё считывала.
Нинель вышла из «Доджа» и крикнула:
— Да, я свободной рождена. Другая жизнь мне не нужна. Зачем об этом говорить? Мне нужно верить, чтобы любить.
Её глаза начали белеть. Погода стала меняться. Мии рядом не было — некому было вернуть Нинель в тело.
Нинель потянулась за сигаретами, но упала на колено. Появились первые торнадо. Ветер усиливался.
Таша быстро подала пачку, прикурила.
Нинель помотала пальцем — мол, если не куришь, не начинай.
Таша всё равно прикурила и дала сигарету Нинель.
Время растянулось — быстро и медленно одновременно. Таша подносила сигарету к губам Нинель.
Нинель пыталась удержать погоду, но глаза побелели окончательно. Ветер выбил окна. Морозный, ледяной. Реальность пульсировала, открывая другие штаты — было видно, как армии стран воюют с анклавами.
— Таша, в машину! Закрой двери! — сказала Вика. — Это не управляется никем. Сохрани свою жизнь.
— Да пошла ты, — крикнула Таша и дотянулась сигаретой до Нинель.
Нинель не курила.
— Таша, это бесполезно, — сказала Вика. — Вернись в машину.
— Пошла ты, я сказала! — повторила Таша.
Каин и Ёрмик хотели спрыгнуть и помочь, но ветер нёс их по коридорам больницы.
— Кури, Нинель! — крикнула Таша.
Ветер начал сносить её. Она схватилась за Нинель. По руке Нинель, против урагана, ползла Таша.
Молнии били повсюду.
— Я тебя не брошу! — крикнула Таша.
Сигарету вырвало и унесло.
«Додж» стоял. Всё остальное летало. Рекламные щиты и фонарные столбы трясло, болты почти срывало.
Нинель стояла неподвижно. Разум рвался от вопросов без ответов.
— Я твоя сестра! — закричала Таша.
Радужка вернулась в глаза Нинель.
— Что? — спросила Нинель.
Таша лежала на асфальте:
— Что-что… Я не знала, как тебя вернуть.
Нинель села в «Додж» и рванула с места.
Таша лежала на асфальте.
— Ну и ладно, — сказала она. — Не благодари.
Сил подняться не было. Потом она начала вставать и увидела, как «Додж» мчится прямо на неё.
Нинель затормозила.
— Сбегай за кофе и садись в машину.