M. Wanda Black – Серая ведьма: когда мир замер (страница 2)
Офицер Красной армии резко поворачивается:
— Если вы не враг — докажите.
Нинель медленно кивает, садится в додж.
— Броня — самая максимальная. — сказала Нинель.
— Миниганам не пробить танки, — говорит Вика.
Нинель усмехнулась.
— Ты бы видела, на что они вообще способны.
Башни миниганов разворачиваются к линии фронта.
И от того, что она сделает, зависит не только бой, а, возможно, исход войны. Гул немецких моторов накатывал, как волна. Из-за дымовой завесы выходили «Тигры» — тяжёлые, уверенные. За ними «Пантеры», выстроенные клином. Лучшее, что было у вермахта.
Советские Т-34 бьют первыми. Рикошеты.
«Тигры» идут дальше, не ускоряясь.
И в этот момент к линии фронта медленно подъезжает чёрный додж.
Нинель смотрит в тепловизор и ругается — не установила его в машину как ИИ. Но цели она видит и так.
Красные силуэты. Дистанция тысяча метров.
— Как на полигоне, — сказала Нинель.
— Огонь.
Миниганы сделали залп.
Пули летели слишком быстро. Слишком ровно.
Пули были не «бронебойные» и не «разрывные». Просто никто тогда не знал, что это вообще такое.
Первый «Тигр» прошили насквозь, будто он был из тонкого листа. Башню сорвало.
Через секунду — второй залп.
Третий.
Двенадцатый.
Командиры вермахта останавливают колонну и смотрят в оптику.
— Что это за машина? — спрашивает один.
Ответа нет.
«Пантеры» открывают огонь. Попадание есть. Искры. Пламя.
Додж продолжает движение. Снаряды рикошетят.
Советские танки выходят из-за укрытий.
Впервые за всё утро Красная армия наступает, а не отступает.
Немецкие генералы орут, перебивая друг друга.
— Нам нужна авиация…
Связь пропадает.
На другом конце не понимают, какие именно самолёты отправлять.
— Отправляю «Штуки». Три самолёта.
Додж уверенно едет вперёд.
— Вика, загружайся полностью. Ты мне нужна тоже, — спокойно говорит Нинель.
— Прогрузилась. Работаем по приоритетам.
— Командирские — первые. — сказала Нинель.
Командирский «Тигр» попадает под залп. Взрывается.
Связь у немцев пропадает окончательно. Колонна теряет управление.
Додж едет медленно. Стреляет на ходу.
Без остановок. Без суеты.
Каждый залп — попадание. Каждое попадание — минус танк.
Один «Тигр» вылезает среди горящей техники. Слишком близко. Очень близко.
Выстрел.
Грохот.
Огонь.
Снаряд попадает в дверь. Машина встаёт на два колеса.
Советские солдаты бросаются к ней и давят, чтобы вернуть на четыре.
У Нинель лишь портится причёска.
Машина падает как положено.
Нинель выходит из доджа.
Пуля в Desert Eagle горит ядерным огнём.
Выстрел.
Танк пробивает насквозь. Боеукладка взрывается.
Она смотрит на огонь.
Ударная волна должна была снести её, но она стоит.
И тут слышен гул.
— Штуки, — говорит Нинель.
— Впереди танки, — перебивает Вика.
— Я сказала — небо.
Сто тысяч пуль не оставляют им шансов.
Поле боя превращается в кладбище горящей техники.
Дым. Крики немцев.