М. Вербена – Кровь - не вода, кости - не камень (страница 10)

В ту ночь я приняла решение: хватит бегать от правды. Завтра же я повторю магию поиска. Чего бы мне это ни стоило, я узнаю, кто мы друг другу на самом деле.

Не задерживаясь на работе ни секунды, я заскочила в магазин. В рюкзаке теперь лежало всё необходимое для праздничного ужина и две новенькие карты: мира и нашего города.

Придя домой, я сразу опустилась на пол. Сердце колотилось где-то в горле. Разложив широкое полотно карты мира, я привычным движением вскрыла кожу на руке. Сталь ножа была холодной, но моя кровь казалась раскаленной.

— Azevys onxones izor goselles, — прошептала я, и голос мой не дрогнул.

Капля, упавшая на бумагу, на мгновение замерла, а затем, словно живое существо, разделилась надвое. Одна дорожка стремительно поползла в сторону суровых северных краев, а вторая — на юг, к точке нашего города.

Руки задрожали. Я лихорадочно сменила карту на местную и повторила ритуал. Опять две алые полосы. Одна упрямо уходила за границы бумаги, указывая на север, а вторая… вторая замерла ровно там, где находился отель, в котором работал Мирон.

Дыхание сбилось. Воздух в комнате стал густым, как клей. Результат был неоспорим, он кричал мне в лицо правду, от которой я бегала целый год. Мы — родные. Наша связь — это не ошибка магии, это голос крови. И самое невероятное… мы не одни. У нас есть еще кто-то. Брат? Сестра? Третья нить крови тянулась куда-то вдаль, обещая новую надежду.

Я металась по нашей маленькой чистой квартирке, измеряя её шагами и едва не задевая углы. Мирон будет в восторге. Его Зверь не ошибся. Но стоило ли говорить сразу? Нужно перепроверить, убедиться на тысячу процентов…

От лихорадочных размышлений меня отвлек звонок. На экране высветилось: «Лохматик».

— Лисия, с тобой всё хорошо? — голос Мирона в трубке звучал странно — слишком напряженно, почти на грани срыва.

— Ага, нормально. Ты скоро вернёшься? — я изо всех сил старалась звучать непринужденно, кусая губы, чтобы не выболтать всё прямо сейчас.

— Уже собираюсь выходить. Постараюсь как можно быстрее, — он отключился, не дав мне вставить и слова.

Прошел час. Ужин на плите начал остывать. Я уже потянулась к телефону, чтобы отчитать наглеца, как вдруг…

Внезапная ледяная волна прошила моё тело от макушки до пят. Это не был обычный озноб. В меня, словно раскаленная игла, вонзился дикий, первобытный ужас. Дыхание перехватило, а в глазах на секунду потемнело.

Самое страшное было в том, что я знала: этот страх — не мой. Это был страх Мирона. Липкий, парализующий страх, попавшего в западню. Наша связь, о которой я так радовалась минуту назад, теперь передавала мне его агонию.

⚔️ ——— Глава 9 ——— ⚔️

Мирон

Я почти бежал к ней. Такого шторма эмоций от Лисии я ещё не ловил. Она буквально фонила тревогой и каким-то безумным восторгом, который я не мог расшифровать. Упрямая моя ведьма… всё еще пытается закрыться, не понимая, что мы — сообщающиеся сосуды. Что бы её ни тревожило, я обещал себе: я с этим разберусь. В пакете приятно шуршала упаковка её любимого мороженого — сливочного, с кедровыми орешками. Я уже представлял, как она улыбнется, забыв про свои карты и Гримуар.

Но стоило мне завернуть за угол дома, как мир вокруг изменился. В нос ударил резкий, гнилостный запах чужаков. Слишком много. Слишком близко.

Я на долю секунды отвлекся на этот смрад, и этого хватило. Из тени выметнулось массивное тело, сбивая меня с ног. Асфальт больно ударил в спину, вышибая дух. Нападавший работал профессионально: его удары были точными, нацеленными в жизненно важные центры, но я уже не был тем растерянным мальчишкой из приюта. Я видел траекторию его кулаков еще до того, как он разгибал локоть. Принимая мощные толчки на предплечья, я чувствовал, как под кожей гудит Зверь, требуя крови.

Я перехватил его руку в мертвой петле и рванул против сустава. Сухой, влажный хруст рвущихся связок и захлебывающийся вскрик боли стали для меня сигналом. Выбив ему плечо, я резким рывком сменил позицию, подмяв ублюдка под себя. Он судорожно царапал когтями бетон, пытаясь вырваться, но я уже не контролировал себя.

Обхватив его голову, я с утробным рыком, в котором не осталось ни одной человеческой ноты, впечатал его затылком в асфальт. Один раз. Второй. Я бил до тех пор, пока под моими ладонями не перестало пульсировать, а черепная коробка не превратилась в липкое крошево.

Секунда на оценку. Из теней выходили новые тени. Трое… пятеро… семеро. Ищейки Пожирателя. А там, за хлипкой дверью подъезда на четвертом этаже — Лисия.

Меня обдало ледяным страхом — не за себя, за нее. И этот страх мгновенно перегорел, превратившись в чистую, концентрированную ярость Альфы. Они не пройдут к двери. Чтобы добраться до неё, им придется разобрать меня на части.

Противники поняли, что честного боя не будет. Они пошли вдвоем, синхронно. От первой пары я избавился короткими, поршневыми ударами в грудную клетку. Я чувствовал, как под моими костяшками лопаются ребра, как их острые осколки вонзаются в легкие и сердца, заставляя врагов захлебываться собственной кровью.

На подходе еще трое. Тем лучше. Я вытер кровь с лица и оскалился. Сегодня я не буду милосердным.

Внезапный порыв ветра — плотный, спрессованный и тяжелый, как бетонный таран — снес нападавших в сторону. Конечной остановкой для них стала стена дома. Я услышал этот характерный звук, когда воздух со свистом вылетает из легких при критическом ударе о преграду.

Обернувшись, я увидел Лисию. Босая, в домашних коротких шортах и растянутой футболке, она выглядела пугающе хрупкой на фоне этих перекачанных монстров. Но в её глазах, ставших почти черными от концентрации силы, горела холодная сталь Богини Смерти. Мы обменялись короткими взглядами — безмолвное «Я здесь», «Я рядом» — и приготовились к следующей волне.

Трое омег выскочили на меня из тени, ощерив клыки, еще двое молниеносно метнулись к сестре. Пока я ломал челюсть первому, заставляя его захлебнуться собственными зубами, тяжелый удар кованым ботинком пришелся точно в моё бедро. Сухой, влажный звук лопающейся кости эхом отозвался прямо в позвоночнике. Мир на мгновение подернулся багровой дымкой.

Рухнув на колено, я взревел — не от боли, а от ярости, заглушая ею все остальные чувства. Ответным ударом кулака, в который вложил весь свой вес, я буквально раздробил противнику тазовый пояс. Парень рухнул на живот, извиваясь в агонии, и я нанес завершающий удар локтем в основание черепа, вмиг обрывая его мучения.

Враги лезли как Лернейская гидра — на месте каждого изломанного тела из темноты вырывались двое новых. В секундных паузах между ударами я ловил звуки тяжелого, свистящего дыхания Лисии. Спустя пятнадцать минут беспрерывной резни я вымотался до предела. Сломанная нога мелко дрожала, отказываясь держать опору. Я чувствовал, как острый край бедренной кости при каждом движении трется о другой, разрывая ткани изнутри, но боли не было — только дикое желание перегрызть глотку любому, кто сделает лишний шаг в сторону сестры.

Я оглянулся. Лисия тыльной стороной ладони вытирала кровь, вновь хлынувшую из носа густым, темным потоком. Её лицо было бледным, почти прозрачным, а взгляд — затуманенным от запредельного магического истощения.

Мы стояли в кольце изуродованных тел, дыша в унисон, а врагам не было конца. Воздух вокруг нас окончательно пропитался запахом меди, смерти и мокрой шерсти.

Приближение оборотней остановил единственный выкрик, хлесткий, как удар бича:

— Достаточно!

Из ночной тени, не торопясь, вышел мужчина. Каждый его шаг отдавался в моей голове глухим, тяжелым ударом сердца. Это был не просто противник — на нас навалилась ледяная, удушающая аура мощного Альфы. Она была физически ощутимой, как невидимый гидравлический пресс, вминающий нас в асфальт. Беты вокруг жалобно заскулили, поджимая хвосты и буквально втираясь в землю, не в силах выдержать этой ментальной тяжести. Мой собственный Волк внутри вздыбил шерсть и оскалился — он был рожден вожаком и не собирался становиться послушной собачонкой.

Лисия подошла ко мне. Её ледяные пальцы переплелись с моими, и эта тонкая связь дала мне силы выпрямить спину. Мы не подчинимся.

— Великолепно! — Альфа обвел взглядом горы изломанных тел, и в его голосе послышалось искреннее восхищение. Он медленно, издевательски захлопал в ладоши. Звук ударов его ладоней был сухим и резким, как треск ломающихся костей в тишине. — Вы меня удивили. Я ожидал, что мои щенки справятся за пару минут, но вы... вы стоили этой прогулки.

Он остановился под мертвенно-бледным светом фонаря. Высокий брюнет с мощным разворотом плеч. Ничего сверхъестественного, если бы не шрам: огромный, рваный рубец пересекал всё его лицо от правого виска до левой скулы, превращая былую красоту в устрашающую маску. Тёмные глаза, казалось, выпивали свет вокруг себя. Перед нами стоял истинный монстр.

— Для продолжения разговора следует представиться. Я Борислав Евгеньевич, более известный как Пожиратель. А это, — он небрежно махнул рукой в сторону копошащихся в тенях десятков ищеек, — моя стая.

Он сделал шаг вперед, и давление его ауры усилилось, заставляя мои легкие работать на пределе.

— Перейдём к сути. У вас есть два варианта, но финал у них один. Первый, милосердный: вы добровольно признаёте меня своим Альфой и уезжаете со мной. Второй: вы оказываете сопротивление, долго и мучительно страдаете, пока я не выжгу вашу волю дотла. И тогда вы всё равно подчинитесь.