М. Браулер – Иерархия: наследники (страница 2)
Наверное, как и все адепты теорий, озабоченный поиском первых обитателей планеты, Клеон однажды просто увидел. Он четко представил движение по древнему океану гигантских плавучих конструкций, и нарисовал маршруты. Ничего не понимая в географии ни тогда, ни сейчас, Клеон смог точно нарисовать линии и отметил крестиками конечные точки на карте.
– Клеон, куда ты пропал? – в трубке послышался возбужденный голос Гринлоу. – Послушай, я все тебе расскажу, только при личной встрече. Уверяю, это открытие мирового масштаба! Мы не можем обсуждать подобное по телефону, с учетом того, что карта один раз была украдена.
– Да, я понимаю, – Клеон встряхнулся. – Я так и не понял, зачем кому-то понадобилось разворошить комнату и украсть нарисованную студентом карту.
– Я правильно помню, что на твоей карты было отмечено четыре места? – спросил Гринлоу, и в трубке были слышны щелчки клавиатуры.
– Все верно, – кивнул Клеон, не отрываясь смотря на карту. – Ну точнее, пять. Четыре маршрута сходятся в самом центре, наверху карты.
– Центр Арктики, все сходится! – благоговейно прошептал Гринлоу.
– Что сходится, мистер Гринлоу? – спросил Клеон, теряя терпение. – Почему отмеченные на карте точки так важны? Что вы изучаете?
Казалось бы, старая карта, нарисованная слишком мечтательным студентом, и пожилой академик, помешанный на идеях альтернативной истории. Ничто не указывало на какую-либо возможность «мирового открытия».
– Клеон, ты просто обязан приехать, причем срочно! – вместо ответа возбужденно сказал академик. – Поверь мне, на месте сам все поймешь. Я уверяю тебя, что речь идет о событиях вселенского масштаба!
– Приехать куда? – Клеон пытался говорить спокойно. – Что за вселенское открытие и почему так срочно? И зачем вам старая студенческая карта?
– Я не могу тебе все рассказать сейчас, не по телефону, – Гринлоу не терял радостного настроя. – Но я гарантирую, ты не разочаруешься. Мне очень нужна твоя помощь, Клеон. То, что удалось обнаружить и зафиксировать, безумно важно. Уникально, что все сходится с твоей студенческой картой.
Клеон промолчал, потому что на самом деле не все рассказал академику. Появление карты имело загадочную предысторию и имеются другие, гораздо более уникальные документы, которые он сохранил со времен своей молодости.
– Я недавно вернулся из экспедиции, и проходил двухмесячный курс лечения в специальной клинике, – Клеон сказал медленно, не понимая, зачем рассказывает чужому в общем-то человеку о страшном нервном срыве *[2].
– Очень нужно, чтобы ты приехал! – Гринлоу повторил настойчиво. – Возможно твои представления о Вселенной сильно изменятся, когда я покажу что удалось обнаружить. Доказательства точные, все задокументировано.
Почему он снова поверил?
Казалось бы, прошлогодняя экспедиция по отдаленным местам планеты, после которой Клеон не мог ни есть, ни спать, и почти распрощался с жизнью, должна была отбить всякое желание изучать не изведенное.
Оказалось, что нет. Он уже понимал, что поедет.
Потребовалось несколько минут, чтобы Клеон снова ощутил возбуждение от новых открытий и запах свободы. Наверное, глубоко в душе он был готов делать что угодно, чтобы оказаться вне рамок душного Лабиринта.
– Хорошо! – Клеон согласился потому, что своей научной интуиции доверял безоговорочно. – Я возьму пару месяцев академического отпуска, раз в год можно брать на научные разработки. В конце, конечно, нужно опубликовать статью с результатами, но есть несколько идей в разработке. Напишу что-нибудь.
– Отлично! – Гринлоу, скорее всего, подпрыгнул от радости. – Сейчас я со своей лабораторией в Исландии. Запиши адрес, и как только прилетишь, позвони, мы тебя встретим. Обещаю, ты точно не разочаруешься.
– Да, вот еще что, – голос Гринлоу стал тише, – сделай две копии карты и отдай тем, кому ты доверяешь. Одну копию возьми с собой.
«Куда же мы без конспирации», мысленно усмехнулся Клеон.
Он записал адрес и повесил трубку. Допивая почти остывший кофе, он долго смотрел задумчивым взглядом на потертую и склеенную в нескольких местах скотчем коробку времен студенческой молодости.
Клеон поставил пустую чашку в посудомойку и подошел к окну, уставившись на огромные небоскребы, в зеркальных стенах которых отражались золотые лучи осеннего солнца. Только перед глазами стояла аллея старых деревьев, сквозь верхушки которых на старую дорогу с ремонтными заплатками падали солнечные лучи, и потрепанное здание студенческого кампуса. Тогда он был по-настоящему счастлив, когда искренне верил в другое начало.
Клеон стоял и смотрел на коробку, из которой достал старую карту, которая так сильно интересовала Гринлоу. Он прекрасно знал, что лежит на самом дне. Но не мог заставить себя взять в руки объемный манускрипт.
Казалось, что обложка покрыта сверху тонким слоем серебра, и сверху поблескивали выгравированные странные квадратичные символы.
Знал Клеон и в студенчестве, знал и сейчас, что не существует такого алфавита. Как он смог тогда прочитать документ в несколько сотен страниц, исчерченных вместо букв загадочными квадратами, Клеон объяснить не мог.
– Странно, я не помню, откуда появился манускрипт, – нахмурился Клеон.
Все, что он помнил, что однажды спешил в комнату, чтобы разобрать редкие артефакты, которые удалось раздобыть в очередной экспедиции.
Рядом с дверью общежития лежала посылка, обернутая в плотную бумагу, без обратного адреса. Хотя адрес и имя Клеона были четко написаны.
– Смотри, тебе прислали что-то? – сказал сосед по комнате.
– Наверное журналы заказывал, вот и прислали наконец, – ответил Клеон.
Он взял посылку, занес и положил на стол, увлеченный изучением уникальных фигурок древних богов, которые удалось найти в экспедиции. Только на следующей вечер Клеон разорвал бумагу с посылки и увидел странный манускрипт в поблескивающей обложке.
Клеон не мог признаться даже Гринлоу, что непонятным образом мог читать странный алфавит. Не просто читать. Когда он смотрел на квадраты, он погружался в неизвестную реальность. Каждый раз засыпая, видел во сне гигантские плавучие конструкции, в форме параллелепипеда, отходящие от острова. Сны повторялись каждую ночь, и, просыпаясь с бьющимся сердцем, Клеон не испытывал тревоги. Только ощущение потерянного блаженства.
– Я нарисовал карту, когда прочитал манускрипт, – прошептал Клеон.
Он вспомнил, что, закрыв странную книгу, отметил четыре маршрута на карте, которые теперь сильно заинтересовали Гринлоу. Интересно почему?
[1] Клеон говорит об экспедиции, описанной в книге «Зов бездны»
ГЛАВА 2. ПРОПАЖА КАРТЫ
Послушал Клеон пожилого ученого, которого все называли кодовым именем «академик Гринлоу», скорее всего, из уважения. В глубине души он не понимал, кому нужна нарисованная студентом карта и невольно улыбался, когда следовал инструкциям. Немного позже он, правда, вспоминал все без ухмылки.
Он сделал четыре копии студенческой карты, которая вдруг стала важной. Заражаясь конспирацией, Клеон положил одну копию карты в сумку с ноутбуком, другую спрятал на дне чемодана под вещами. На всякий случай.
Две копии нужно было передать тем, кого Клеон хорошо знал.
– Привет, Младшенький, – Клеон пытался изобразить радость и сожаление одновременно, понимая, что давно не звонил брату, которого безумно любил.
Павел был на год младше Клеона, и кардинально отличался от старшего брата по всем параметрам. В молодости он очень удачно вложил средства в загибающиеся нефтяные разработки и к тридцати годам уже красовался во всех списках самых богатых людей планеты. Павел жил обычной для богачей жизнью, продолжая умножать и без того огромное состояние.
Нельзя было найти двух более непохожих людей, однако, знающие обоих братьев всегда поражались необъяснимой прочной связи между ними. Всем было очевидно, что, если один окажется в опасности, другой брат, не задумываясь, отдаст за него жизнь. Так и было на самом деле.
– Ну надо же, какие люди! – Павел рассмеялся звонким смехом. – Я уж думал, что не услышу голос любимого брата. Куда пропал, Старшенький?
Клеон непроизвольно улыбнулся. Всегда, разговаривая с Павлом, он физически ощущал, как ледяной ком глубоко внутри начинал таять.
– Младшенький, прости! Я тут так замотался…, – Клеон выдохнул, понимая, что оправданий не звонить брату несколько месяцев у него нет.
– Клеон! Прекращай! – ситуацию спас источающий тонны жизненной энергии Павел. – Ты же светило современной науки, лучший в мире генетик, понятно, что у тебя куча дел и без меня. Как, кстати, здоровье? Все в порядке?
Клеон вздрогнул, да и Павел не смог скрыть нотки настоящей тревоги на последнем вопросе. После прошлой экспедиции, о которой Клеон в принципе не хотел вспоминать, он почти два месяца находился на грани смерти, вскакивая посреди ночи и захлебываясь собственным криком. Павел тогда оплатил лучшие клиники, оборудование и все возможные экспериментальные методы лечения.
Клеон набрал воздуха, понимая, что придется сказать, что он снова в научной экспедиции, понимая, как отреагирует на это младший брат.
– Павел, тут такое дело… не знаю, как сказать… – Клеон запнулся.
– Клеон, пожалуйста! Давай без вот этого, ладно? – Павел прервал брата. – Я уже привык, что в моем окружении никто не говорит то, что думает. Давай еще и мы с тобой начнем эти мерзкие игры без правил? Что случилось?