Люсинда Миллер – Ночь. Баня. Генеральный (страница 2)
Его голая грудь еще сильнее обнажилась и обозначилась. Влажная, раскрасневшаяся кожа, с единичными капельками воды блестит. Запах вымытого тела, в смеси с кедрово-цитрусовым гелем бьет в ноздри, невольно кружит голову. Я и так напряжена накрученными страхами, а ему доставляет удовольствие меня испытывать. Как есть – тиран!
Генеральный прочищает горло и вкрадчиво спрашивает:
- Лилия Андреевна, вы ознакомились с правилами нашей компании?
- К-какими правилами? – настораживаюсь, вглядываясь в мимику его лица.
- Правила здорового образа жизни, - и начинает перечислять, загибая пальцы: - никакого алкоголя в рационе, сигарет, вейпов и прочей ядовитой хрени мои сотрудники не пользуют. Ни на работе, ни дома. Вообще.
- А, да, я не курю! – трясу активно головой. – И почти не пью. Шампанское только. В праздник, - каюсь, покрываясь румянцем.
- По мимо дури и спиртного, - продолжает перечислять шеф, перейдя на пальцы второй ладони, - не должно быть никаких не разборчивых половых связей. Секс допустим только в рамках официальных отношений!
Ого! Ничего себе критерий отбора!
Мои глаза округляются от такого требования. Неужели и он сам ведет приличный образ половой жизни или это только женщин касаемо.
Половая дискриминация?
Мои брови непроизвольно хмурятся, и я уточняю:
- Поясните? – вскидываю на начальника взгляд. – У вас что ли спрашивать позволения могу я переспать с мужчиной или только когда выйду замуж?
Что-то мне не нравится такие жесткие требования в этой фирме. Может он еще и в туалет скажет ходить только в определенные часы? Во мне начинает расти буря протеста. Что ещё выдумал этот самодур?
Орлов, видя мою реакцию, поджимает губы - явно борется с улыбкой. Неужели троллит меня, ирод? Новенькую, наивную сотрудницу? Вот гад! Паршивец какой! А я ведь отлично ведусь на его стеб. Или все же правду говорит?
- Видите ли, Лилия Андреевна, - отталкивается от края стола и плавно обходя его, усаживается в рабочее кресло. Откидывается на спинку, вальяжно расставив бедра. – Полагаясь на опыт прошлых лет, сотрудники, ведущие не регулярную половую жизнь, весьма непредсказуемы и в коллективе. После бурной ночи могут опоздать, прийти с глубокого похмелья, а то и вовсе не явится на работу. Уйти на больничный. Это значительно подрывает рабочий график. Финансовые издержки ложатся на мои плечи, - устало вздыхает, вызывая толику моего сочувствия.
- Понимаю, - киваю, соглашаясь с его доводами.
- Поэтому я принял решение не брать на работу не стабильных личностей с вредными привычками.
- Обещаю, что не буду пить, курить и если не приходить на работу, то по очень веской причине! – цежу саркастично, прищурив веки.
- Смерть? – насмешливо вскидывает брови босс, а потом и правда смеется, расслабляясь – Так и быть, вам, как самой молодой сотруднице, разрешаю поболеть. И даже уйти в декрет, - тут его взгляд прилипает к моему животу, и он громко сглатывает, а я невольно кладу ладонь ниже диафрагмы и порывисто вздыхаю.
- В декрет точно не планирую, - резко отвечаю. – Пока не от кого.
Орлов расплывается в довольной улыбке, а потом говорит:
- А, еще забыл по распорядку дня…
И то, какую он делает паузу в предложении и лукавые искры в газах снова заставляют меня напрячься. Бля, что еще придумал его закаленный ЗОЖ-ем мозг?!
- Все мои сотрудники по утрам выходят на пробежку.
- Э-э, это как? – опешив, аж подаюсь к нему корпусом.
- Обычную, утреннюю, - поводит плечами и смотрит как на очень тупую. - За полчаса до начала работы, два круга бежим вокруг здания. Зарядка. И холодный душ, - звучит финальный аккорд, а у меня едва ли не слышится погребальный колок в ушах.
Он что, конченный изверг?!
Так вот почему я застала его раздетым. Шеф принимал душ после утренней пробежки. И не смотря на мороз -15 за окном, он не изменяет своим правилам и принципам.
Боже, куда я попала?!
Чистилище для слабых душ. Закаливание нежных тел.
Наверное, мой испуг отражается на моем лице, потому что следом мне летит следующая фраза:
- Уволится нельзя. Уже нельзя… Год. Год работы в моей компании, а там посмотрим, устроит ли меня твоя работа или попрощаемся. Еще вопросы есть? - сурово смотрит исподлобья.
Я вдруг немею, становлюсь амебой без мозгов, но очень послушной. Киваю головой, давая понять, что мне все ясно. И мотаю отрицательно – вопросов нет и пячусь назад, к выходу, к спасению. Пусть и временному, потому что меня ждет год сложных испытаний в этой фирме.
Год!!!
Если я выживу – точно напьюсь или даже пересплю с незнакомцем от счастья, что жива!
Глава 3. Закаливание.
Я думала Орлов пошутил, сказав про утреннюю пробежку перед началом трудового дня, но как же я ошиблась, когда на следующий день приехала на корпоративном транспорте в компанию.
Едва наш автобус заезжает на территорию предприятия и паркуется у дверей в административных вход, как те самые двери резко распахиваются и выскакивает из них охранник с выпученными глазами.
- Опаздываешь, Семёнович! – нервно стучит по циферблату ручных часов. – Забыл, что генеральный вернулся и у нас в расписании утренний забег по местности?
- Да, ёпрст! – сокрушается Анатолий Семенович и хватается за голову. Потом оглядывается в салон, где мы, женщины и часть безлошадных мужчин-сотрудников, молча сидим, ждем что будет дальше. – Быстро все на выход. Переодеваться и выбегаем на площадку. Ща Орлов приедет, а мы такие ленивые, в тепле сидим, жопу греем!
Народ стонет. Начинает возмущаться, но торопливо вскакивает с мест и спешит на выход, расталкивая друг друга.
Тогда как я сижу оглушенная новостью. Что, это все правда?! Мы должны по утрам, в дождь, мороз, гололед и снегопад бегать вокруг территории комплекса?!
- Эй, новенькая, ты чего сидишь? Ждешь, когда тебе генеральный премию срежет за то, что не явилась на разминку? – выводит меня из размышлений раздраженный окрик водителя. – А ну скорей, скорей беги переодевайся! – и не обращая внимания на мою нерасторопность, насильно выталкивает меня из автобуса.
Я едва не падаю на притоптанном снегу, но крепкая рука водителя ловит меня в полете и ставит на ноги.
- Господи, какая ты растяпа, новенькая! Ой не выживешь ты у нас, как пить дать, уволит на хрен тебя Орлов - лететь за ворота будешь со свистом, - сокрушается.
- Не уволит! – оборачиваюсь и рычу мужику в лицо. – Вот увидите, еще вас обгоню на стометровке! – злость придает мне сил и я, спешу в здание за другими сотрудниками.
Пока бегу по лестнице, перепрыгивая ступени и поднимаюсь на свой этаж, думаю: что надеть-то на тренировку? Коллеги не предупредили – сучки такие! А болтовня генерального мною была не воспринята всерьез.
Заскакиваю в кабинет, торопливо сбрасываю шубу, сапоги. И выглядываю за дверь – ищу глазами сотрудниц. А во что они одеты?
Стефания Петровна торопливо движется мне на встречу по коридору и говорит на ходу:
- Лилечка, скорее, Орлов уже на подходе, - и быстрым шагом проносится мимо, спускаясь по лестнице.
На ней толстый спортивный костюм – наверняка на медвежьем меху! Шапка ушанка иботинки.
Следом несется Машка, экипированная в лыжный костюм, малинового цвета и ободряюще мне подмигивает.
За ней плетется Галина Семеновна, корчит мне прискорбную рожу, устало вздыхает и разводит руками – мол что поделать, деньги платит хорошие – надо подстраиваться под придурь начальника.
И я понимаю, что меня подставили, не предупредив что все что придумал их босс-тиран в самом деле серьёзно.
Выходить на пробег в юбке и на каблуках? Или в мокасинах офисных и свитере? Один вариант не лучше второго. И тут меня осеняет.
Я бегу в хозблок, в гардероб уборщиц и отыскав глазами нужную одежду, срываю с крючков, хватаю теплую обувь и быстро облачаюсь. Да простят меня уборщицы за вещи, взятые без спроса – мне сегодня надо как-то выжить!
Не знаю, как справлюсь с пробежкой, но замерзнуть, а потом заболеть не хочу. А на каблуках бежать - гарантированно переломаю свои ходули. Нет, пусть лучше поржут надо мной сотрудники, выплачу компенсацию за чужое взятое добро, но на забег явлюсь.
Быстро надеваю краденые вещи и выскакиваю из корпуса на площадку самая последняя.
Ноги мои тонут в валенках, на два размера больше, затрудняя бег. Тяжелая, ватная фуфайка, пусть и теплая пригибает тело к земле, но я распрямляю плечи и несу ее на себе, как новенький мутон. Пуховый платок, грязно-желтого цвета – наверняка сто лет не стиранный, прикрывает мою голову. Лишь короткая юбка, воланчиком едва выглядывающая из-под серого ватника – родная моя вещь.
ЗОЖ-ники коллеги выстроились в ряд, как армейцы на плацу, только не хватает команды смирно, направо, но чувствую скоро и ее услышу. Все замечают меня и гомон людской стихает. Пялятся на меня в немом изумлении.
- Кого-то не хватает… - задумчиво бормочет генеральный, оглядывая собравшихся, стоя ко мне спиной.
На нем спортивный костюм, обтягивает стройную фигуру, вязаная черная шапочка. Беговые кроссы. Все, как и положено заядлому спортсмену.
Значит босс и правда долбанутый ЗОЖ-ник!
Орлов, почуяв моё появление, резко оборачивается и восклицает: - А, вот и первый опоздавший. Точнее опоздунья, - довольно скалится. - Ну, что новенькая, первый тебе штраф: бежишь дополнительный круг.
И пока я, открыв рот, хочу возмутится, машет рукой в воздухе и отдает коллективу команду: