Люсинда Миллер – Чужая невеста - моя жена (страница 17)
- Попросил твоей руки. Он дал добро.
- Надо же…я думала отец вернет меня Аскерову. Всю ночь не спала. Ждала что откроет дверь и скажет уезжай. Ты теперь подчиняешься мужу, - И Раду передёрнуло от страха и неприязни.
- Твой отец не монстр. Он просто сдержал данное обещание как настоящий мусульманин. А что твоя мать? Разве она не защищала тебя от не желаемого брака?
- Мама не имеет права что-то решать. Может наедине она и говорит отцу что против навязанного брака, но открыто не протестует. Таковы обычаи большинства дагестанских семей.
- Очень жаль, что так. И что тебе пришлось пережить.
- Ваня, - Рада сделала два шага к Ивану и заглянула в его глаза. – Мне тоже жаль, что ты оказался заложником ситуации. Ты не хочешь этого брака.
- Глупости говоришь! – резко ответил Иван. – Не хотел бы на тебе женится – никто бы не заставил. И мой благородство здесь не при чем.
Рада расслабленно выдохнула и осмелившись, подошла ещё ближе и положила ладонь на плечо Ивана. Заглянув в глаза, прошептала:
- Я буду очень рада назвать тебя мужем, Ваня…
- Я тоже, Радость, - уголки его губ дернулись, лицо расслабилось при виде радостных искр в шоколадных глазах.
Глава 18. Соблазнение
После того дня, когда Иван попросил её руки, прошло две недели. Началась обильная жатва спелого колоса и Егоза с самого рассвета до поздней ночи находился в поле.
Рада, измученная ожиданием новой встречи, терзаемая страхами и сомнениями, решилась на отчаянный шаг.
Горная нимфа Ореада решила соблазнить неприступного мужчину.
Она достала из коробки купленный на днях пеньюар и надела на влажное тело. Золотистый атлас облепил ее пышную фигуру, выигрышно подчеркивая изгибы. Соски-горошины тут же обозначились через шелковистую, тонкую ткань кружева и Рада кокетливо улыбнулась отражению.
Сегодня Иван точно перед ней не устоит! Будь она мужчиной - точно бы пала у ног такой красавицы.
Тряхнула вымытыми, еще чуть влажными волосами, словно крыльями чёрного сокола. Сбрызнула шею и грудь туалетной водой и вышла из своей комнаты. Назад пути нет. И хотя тело дрожало от предстоящего события, разум настойчиво гнал вперед.
***
Иван этой ночью не спал. Вернулся в полночь, уставший и голодный, как собака в беговой упряжке. Искупаться бы, перехватить и спать. В пять утра снова подъем. Продолжать убирать пшеницу.
Стук в дверь сразу и не услышал. Точнее услышал, но подумал померещилось. Может барсуки скребутся в поисках пищи? Но нет, стук повторился. На этот раз отчетливый, нетерпеливый.
Кто это может быть поздней ночью? Может у кого-то беда случилась. – встревожился Иван и пошел открывать дверь.
Каково же было его удивление, когда в свете тусклого фонаря он рассмотрел лицо Рады.
- Рада?! Что ты…что ты у меня делаешь? Ночь на улице. Что-то случилось? - Бегло оглядел ее с головы до ног, рисуя страшные картины.
Может Саид передумал и вознамерился ее вернуть? Или гадливо отомстить?
- Здравствуй Ваня, - ласково проворковала Рада, смущенно улыбаясь. - Можно мне войти? Ты ведь еще не спишь…
- Не сплю. Полчаса назад вернулся с поля. Принял душ и вдруг стук в дверь. Ты почему здесь? – он внимательно всмотрелся в образ полуночной гостьи.
Рада не выглядела встревоженной, обиженной или пугливой. Наоборот, она шикарно выглядела, источала одуряющий аромат и игривое настроение.
Что-то не складывалось в усталом мозге Ивана.
Егоза интуитивно чувствовал подвох.
Что задумала эта чертовка?
- Ваня, разве ты меня не пригласишь в дом? - чуть капризно, но настойчиво произнесла Рада, делая шаг навстречу.
Иван загораживал дверной проём, растерянно глядя на Раду и не двигаясь с места.
- Рада, ты же знаешь, что не можешь у меня находится ночью, пока нас не расписали.
- Ваня, ты хочешь, чтобы другие работники видели, как я к тебе приходила?
Рада судорожно сглотнула, но не отступила, глядя на Егозу растерянным и повлажневшим взглядом, и Иван сдался. Ни к чему очередные пересуды, когда еще старые не улеглись.
- Чёрт с тобой, упрямая ослица! – и схватив девушку за запястье, втянул через порог. Захлопнув двери, повернулся и строго спросил: – Что у тебя случилось, что ты не могла подождать до утра? Твои родители в курсе что ты шляешься по ночам по округе? А если бы на тебя напал какой ни будь придурок? Или сломала бы ногу в темноте? О чем ты думаешь, Рада?! – бушевал Иван, не на шутку встревожившись о безопасности девушки.
И, хотя до его домика от участка Валиева было не больше километра, гуляние одинокой девушки по ночам через неосвещенное поле было небезопасным. Но Раду видимо это мало волновало. Что же упертая задумала девчонка?
- Ваня, не нужно меня пугать. И сердится. Я знаю, ты не такой, - губы Рады дрогнули в нежной улыбке. В полумраке коридорчика он ее улыбки не видел, но отчетливо ощутил по интонации.
- Рада, я спрашиваю в последний раз, что случилось? Почему ты пришла ко мне посреди ночи? – он навис над ней, опираясь ладонью в обшивку стены и зажав её в коридорчике.
- Может мы пройдем в комнату? Ты не похож на негостеприимного хозяина.
Рада четко знала на что давить: на благородство русского парня.И Иван с шумом выдохнув воздух - сдался.
- Хорошо. Пройдем на свет. Но у тебя пять минут. Потом я тебя повожу до дома и вручу отцу. Не хочу, чтобы Самад думал, что я тебя украл до свадьбы.
- Мне хватит этого времени, - сладенько прошептала Рада и потянулась к пуговичкам легкого плаща.
На что у нее хватит времени? Екнуло у Ивана. Но он отмахнулся, не придав значения фразе. За пять минут, конечно, можно торопливо заняться сексом, но не в их случае. Он выслушает ее и выпроводит прочь. Пока они не женаты, Рада не может больше находится в его доме. Хватит с Валиева одного позора.
- Ты все еще злишься за то, что тебе придётся на мне женится? – спросила, попутно вытаскивая пуговки из петелек, чем привлекла взгляд Егозы.
- Нет… Не злюсь я. С чего ты взяла? - раздраженно произнёс Иван и дважды моргнул, решив что ему мерещится от усталости то, с каким грациозным движением, паузой Рада раздевается. Да и зачем, если она скоро уйдет?
Рада же решительно была настроена идти до конца. Второй попытки может не быть. Если не сейчас, то вдруг завтра будет поздно?
- Ты брезгуешь мной, да? После Саида не хочешь со мной быть…?
- Что? В смысле быть…? – Иван резко перевел взгляд на лицо Рады. – Ты имеешь ввиду секс?
- Да…
- Глупости не говори. Твой бывший жених здесь не при чём. К чему разговор? – насторожился Иван.
- Значит, я тебя не злю и не противна, - губы Рады дрогнули в победной улыбке.
И Рада, расстегнув последнюю пуговку, позволив плащу упасть к ее ногам и представляя девушку во всей красе.
Иван открыл рот, беспрепятственно рассматривая фигуру девушки под тонким, золотистым муслином. Налитая грудь, словно зрелое манго в чаше кружев так и манила обхватить ладонями и прижаться к сочной плоти ртом. Всосать этот запретный и сладостный плод.
Он проследил ниже, к изгибам в талии и бедрах. Треугольник между ног отчетливо проступал через тонкую ткань, просясь приласкать. И он был уверен, что под сорочкой нет белья. Либо такое тончайшее, что только для вида.
Рот непроизвольно наполнился слюной, как рефлекс у собаки, заведенный в мясной отсек, а трико позорно затопорщилось от внушительного, самопроизвольного стояка.
Что творит девчонка?! Он же не устоит! Набросится прямо у входа.
- Рада, ты что творишь!? – хрипло спросил Иван, теряя самообладание.
- Как что - соблазняю своего будущего мужа.
- Соб… соблазняешь?! Кто тебя научил этому? – ошарашенно воскликнул, продолжая пялится на полуобнаженную девушку.
Тело требовало взять то, что предлагают, борясь с доводами рассудка.
- Я в кино видела, - и принялась кокетливо задирать подол сорочки, под которой у нее была лишь узкая полоска стрингов.
Иван опешил.
Он никак не был готов к тому, что Рада придет его соблазнять. И это после того, как ее временный муж взял свое право? Буквально изнасиловал.