Люсинда Миллер – Чужая невеста - моя жена (страница 16)

- Рада, зачем ты бегаешь от самой себя? Побегом не решить твою проблему.

- Теперь никто не женится на мне, - она отвела взгляд в сторону, стыдясь произошедшего. - Даже ты…

Иван не знал, что сказать. Банальные утешения не шли с языка. Рада уверяла что любит его. Романтичная натура. Упрямая. Своенравная, избалованная, не смотря на строгие кавказские традиции.

- Давай поговорим об этом завтра. Уже ночь. Ты устала. А сейчас вернёмся в дом.

- К тебе? – вскинула взгляд и посмотрела с надеждой. – К Саиду я ни за что не вернусь!

- Верю. Я и сам тебя ему не отдам теперь. Буду с ним драться, если он вдруг передумает и захочет тебя забрать, - отрывисто, с уверенностью произнес Иван и протянул ладонь вверх.

- Правда, Ваня? – заморгала, не веря его словам.

- Мамой клянусь. Ну, идем? Ты вся дрожишь. Заболеть хочешь?

Рада устало вздохнула и смиренно вложила в его ладонь свою, доверив не только руку, но и судьбу.

Иван подхватил босоногую девушку на руки и понес.

Когда они вернулись к его домику, Саида уже не было, и Иван расслабился. Выяснять отношения или драться с кавказцем он хотел меньше всего. Одной стычки им уже хватило – в поселке неделю судачили о причине потасовки между ними.

Самад нетерпеливо ждал их в салоне авто. Окинул недобрым взглядом дочь, которую Егоза удерживал за запястье и рявкнул:

- Рада, быстро садись в машину.

Рада тоскливо посмотрела на Ивана, ожидая поддержки.

Егоза перевел дыхание и нехотя выпустив руку девушки, легонько подтолкнул к автомобилю.

- Иди Рада и слушайся отца. Завтра я приеду к вам, и мы обо всем поговорим. Спокойно. На ясную голову.

- Ваня, я хочу остаться у тебя, - взмолилась.

- Нет, Рада, - мотнул головой Иван, отметая предложение девушки. – Ты пока не можешь быть со мной и жить у меня. Ты – чужая невеста. И даже уже жена. Я хочу поступить по совести. Поэтому ступай. Не делай хуже все нам.

Напоследок придержав Раду, чмокнув девушку в висок и усадил в салон.

Рада покорно забралась внутрь и уставилась в профиль отца затравленным взглядом.

- Самад, вы же не накажите Раду за то, что она натворила? – Иван наклонился к открытому окну и требовательно посмотрел в глаза Валиеву.

- Ох, Иван, - устало вздохнул Самад и провел ладонью по лицу. – Хотел бы наказать, как отец может наказать непутевую дочь, только толку не будет. Она сама себя уже наказала.

- Спасибо. Не буду вас задерживать. И так был тяжелый день. Завтра я к вам приеду. Надо поговорить.

- Хорошо, Иван. Спокойно ночи, - и выжав педаль газа, тронул машину с места.

Иван провожал габаритные огни, пока они полностью не скрылись во мраке ночи.

С завтрашнего дня его жизнь, сделав кульбит, резко поменяется.

Глава 17. Торг

Егоза и Валиев устроились в рабочем кабинете пайщика, настроившись на серьёзный и деловой разговор. Иван заговорил первым.

- Самад, я прошу у Вас руки вашей дочери.

- Хм, которая чужая жена. Сейчас, - кисло улыбнулся Валиев, глядя на Ивана из-под нахмуренных бровей. – Ты уверен, Ваня?

- Моё решение не спонтанное. Ваша дочь мне понравилась с первой минуты знакомства, - устало вздохнул Егоза. - И то, что Рада сейчас по документам чужая жена не причина для отказа. Саид готов разорвать союз. Я по его глазам это понял.

- Скорее всего. Во всяком случае Рада на это надеется. Любишь мою дочь?

Иван промолчал, немигающим взглядом глядя на Валиева.

Говорить что любит – слишком смело. К таким чувствам нужно больше времени.

- Она ведь не девочка уже, - попытался отговорить Самад, тушуясь от обсуждения интимной стороны жизни дочери.

- Мне все равно. Я не консерватор. Девственность девушки не влияет на ее человеческую суть.

- Ясно. Не боишься, что Рада окажется с ребеночком Саида в животе?

Иван тяжело вздохнул и посмотрел в окно. Как он упустил эту важную деталь из событий? Чужой ребенок, тем более зачатый в браке, от дагестанца усложнит дело. Но он готов рискнуть. Не отступится.

- Если Рада согласится пойти за меня, я женюсь на вашей дочери, Самад. Ребенка ее приму, как своего.

- Благородный ты парень, Иван. Но я о тебе другого мнения и не был. Тогда с меня причитается компенсация. Ты спасаешь репутацию не только моей взбалмошной дочери, но и мою. Я отдам тебе пай земли и сеялку в счет ее приданного.

Иван вскинул брови, не ожидавший подобного предложения. Выходило так что они торгуются за девушку.

- Предложение Ваше весьма заманчиво, Самад, но я вынужден отказаться. Это я вам за дочь должен калым. Но пока дать ничего не могу.

- Почему?

- Я же не проходимец, Самад, - нахмурился Иван. – И женюсь на вашей дочери по чистому сердцу. Мне нравится Рада как девушка и как будущая хозяйка, я думаю, не разочарует. Возраст у меня тоже подходящий для брака. Пора уже завести семью, детей.

- В наших семьях положено приданное невесте. А когда ее воруют, то и калым не платят. Так что будем считать, что ты мою дочь своровал, - снисходительно улыбнулся Валиев. - Репутация моей семьи пострадала. Да и Раду, кто теперь возьмет в жены. Порченная. Хоть и замужем была и все видели простыню… но слухи сильнее. А через год, если не сможете найти понимание - разведёшься.

- Нет! – оборвал его речь Иван. – Нет, если я и женюсь на Раде, то хочу прожить долго. Мои родители тридцать пять лет в браке и для меня идеальный пример. Я хочу женится раз и навсегда. К тому же Рада не заслужила чтобы ею торговали, словно скотом на рыночной площади.

- Согласен. Я циничен. Просто перестраховываюсь, чтобы ты не передумал.

- И мне не нужна бесплатная земля. Я пока не настолько нищий, чтобы пользоваться вашими подачками! – лицо Ивана посуровело.

- Я понял тебя, Ваня. И рад, что у моей дочери будет такой достойный муж, - вздохнул с облегчением.

- Спасибо. У вас будут серьёзные проблемы из-за расторжения союза с дагестанцем?

- Надеюсь, что нет. Саид довольно быстро согласился на мои условия и на сумму компенсации. Пусть я прижму свои расходы, но зато не буду кому-то должен. Надо было с самого начала предложить его семье деньги. Тот старейшина, которому я давал обещание, впал в маразм. А родители Саида не особо настаивали на родстве наших семей. Аскеровы еще вчера дали понять, что такая невестка в их семье - позор.

- Хорошо. Я не хочу войны между вашими семьями и чтобы это отразилось на самой Раде. Жаль, что не могу забрать к себе вашу дочь уже сейчас…

- Да. Надо решить все формальности и выдержать положенный срок…ну ты знаешь, о чем я…

- Понимаю.

- Значит по рукам. Скрепим договор? - Валиев протянул ладонь и Иван с легкостью ее пожал. - Сам скажешь моей дочери, или я?

- Если это возможно, я хочу с ней увидеться, - замялся Иван. - Рада у себя в комнате?

- Да. С утра не выходила. От завтрака отказалась.

- Тогда я пойду к ней? – не решался Иван, переминаясь с ноги на ногу.

- Иди. Я же дал согласие, - вернулся в кресло Валиев и отвернулся к окну.

***

Иван постучал в открытую дверь, обозначая свое присутствие.

Рада вскочила с постели, где праздно лежала весь день и смотрела в потолок.

- Ваня…

- Я говорил с твоим отцом, - без предисловия сказал Иван, пристально разглядывая лицо своей невесты, попутно отмечая тёмные круги под глазами и припухлость на щеке.

- Правда? И что он сказал, - затаилась в ожидании.