Люсинда Берри – Я не сойду с ума (страница 44)
- И вы говорите, она перестала есть. В каком она настроении?
- Настроении? - я потер лоб. - Вечно всем недовольна.
Она сложила руки поверх блокнота.
- Судя по всему, вашей семье нужна помощь, и лучшим решением для всех сейчас будет поместить Джейни на время в учреждение.
Я выпрямился.
- Учреждение какого рода?
- Есть специальные заведения, где обеспечивают уход молодым людям с психотравмами, таким, как Джейни. Это лечебно-профилактические учреждения, призванные обеспечить стабильную обстановку чтобы детям проще было учиться. Там также следят, чтобы дети не причинили вреда себе или другим. Некоторые учреждения лучше других, - она похлопала меня по руке. - Я прослежу чтобы Джейни попала в лучшее.
- И она там останется? Будет там жить? - меня охватило всепоглощающее желание защищать. Отправить ее туда - значило подвести.
Доктор Чэндлер кивнула.
- Долго?
- По-разному - пожала она плечами. - Кто-то выписывается через несколько недель или месяцев, кто-то остается годами. Мы не можем сейчас сказать, сколько времени потребуется Джейни. Первым делом необходимо оформить запрос в службу психического здоровья. Я этим постоянно занимаюсь, легко могу заполнить документы и для вас. Затем, исходя из моих результатов, мы подыщем ей лучшее лечебное заведение. Я знаю, что вы всегда выступали против лекарств, но сейчас настало время рассмотреть их использование как средство стабилизировать ее самоконтроль, и в учреждении такого рода сделать это будет удобнее всего. Там всегда присутствует доктор, который сможет проследить за действием препаратов и скорректировать лечение при необходимости.
- Ощущение, словно мы сдаемся, - меня переполняли эмоции.
- Я понимаю, что вам так кажется, но вы не сдаетесь. Вы даете ей то, что ей необходимо именно сейчас. Так будет не всегда, но ей нужна помощь. Больше помощи, чем вы сейчас способны обеспечить, - она сжала мне руку -А Ханне нужна возможность отдохнуть и поправиться. Очень нужна. Это даст ей шанс восстановиться, - она склонила голову набок и улыбнулась. - Вот увидите, вы тоже будете рады передышке.
Я отвернулся, чтобы она не заметила слез у меня на щеках.
- Она подумает что мы ее бросили.
Глаза доктора Чэндлер наполнились сочувствием.
- Вы сможете ее навещать. Сначала все будет довольно строго, и ей мало что будут разрешать, но потом, после периода адаптации, вы даже сможете ходить с ней гулять. Иногда разрешают забирать ребенка домой с ночевкой. Некоторые дети расцветают в таких учреждениях. Она может оказаться одной из них.
Обычно я не стал бы принимать такого важного решения, не посоветовавшись с Ханной, но я и так знал, что она скажет. Спрашивать не было смысла.
Я глубоко вдохнул, мысленно извинился перед Джейни, которая играла в комнате ожидания с ассистентом доктора Чэндлер.
- Хорошо. С чего надо начать?
Когда мы вернулись домой, Ханна была взбудоражена. Выглядела она жутко. У нее начали выпадать клочья волос, не знаю, это действие послеродовых гормонов или стресса. В любом случае от этого она еще больше казалась больной. Она ходила взад-вперед по дому. Когда мы с Джейни вошли, она умчалась в спальню и закрыла дверь. Я усадил Джейни перед телевизором и пошел с ней поговорить. Я постучал перед тем, как войти.
- Кто это? - спросила она, в голосе читались нотки паранойи.
Я дернул дверную ручку. Заперто.
- Это я.
Она приоткрыла дверь, через щелку удостоверилась, что Джейни не прячется у меня за спиной, словно бы я мог обманом пытаться провести ее в комнату. Убедившись, что я один, она открыла дверь пошире, чтобы я смог войти. Как только я оказался внутри, она снова захлопнула дверь.
- Смотри, что я сегодня нашла. Смотри, что я нашла у нее в комнате, пока вас не было, - сбивчиво говорила она сдавленным голосом.
На нашей кровати лежали фотоальбомы и отдельные фотографии. Она схватила меня за руку и подтащила ближе. Взяла один из альбомов и бросила мне.
- Посмотри! Посмотри на это! Смотри, что она наделала!
Это был наш свадебный альбом, мы с любовью оформили его, вернувшись из свадебного путешествия. На первой странице была профессиональная фотография с помолвки, ее мы использовали на приглашениях. На ней мы, обнявшись, стояли перед кафе, куда когда-то ходили на первое свидание. Я в ужасе смотрел на вырезанное лицо Ханны. Я перелистнул дальше. То же самое. Я улыбался со всех страниц, лицо Ханны уничтожено. Где-то Джейни рисовала жирный крест черным карандашом, где-то вырезала.
Ханна сгребла фотографии с постели.
- Вот еще. Везде так. Представляешь, сколько времени она этим занималась? - Она картинно одну за одной кидала фотографии на кровать. -Посмотри еще сюда. - она дрожащей рукой указала на отдельную стопку фотографий.
Я взглянул на серию фотографий, которые я распечатал только пару недель назад: снимки Коула в больнице и в первый день дома. Его лицо было искромсано так же, как лицо Ханны. Если у меня и были сомнения относительно отправки Джейни в учреждение, они испарились.
- Все будет хорошо, - сказал я как можно более успокаивающим голосом. - Она переедет на некоторое время.
46
Ханна Бауэр
Кристофер уставился мне в глаза.
- Где Джейни?
Я потерла глаза. Должно быть, я уснула. Коул ворочался рядом. Сколько же времени?
- Где она? - он потряс меня за плечо.
У меня колотилось сердце. Он еще не должен был прийти. Я не успела убраться.
- У себя в комнате.
У закрытой двери ее комнаты он остановился и заметил, что сигнализация включена.
- Она внутри? Мы же договорились, что если я ставлю замок, мы используем его только ночью.
Я не рискнула рассказать, что пользуюсь им уже несколько недель. Только так я чувствовала себя в безопасности. Я молча ждала, пока он откроет дверь.
- Господи! - воскликнул он.
Должно быть, Джейни опять измазала все какашками. Я подошла ближе и встала в дверном проеме. На этот раз стены. Она рисовала на них пальцем. Кристофер смотрел, пытаясь все осознать, Джейни, обнаженная, стояла в центре комнаты в окружении еще целых и сломанных игрушек, остатков еды и пустых пачек от сока.
Кристофер обернулся ко мне, осознавая происходящее.
- Ты оставляешь ее здесь на весь день?
Я кивнула.
- Что? Я не... я не понимаю...
- Я успеваю все прибрать до твоего возвращения. - Я была удивлена, что он раньше не чувствовал запах. В комнате воняло, как бы я ни отмывала.
- И сколько это продолжается? - у него сжимались кулаки.
- С того дня, как она убила Синичку.
Он подошел ко мне, лицо исказила злость.
- Как ты могла? Как ты могла так с ней поступить? После всего, что она пережила?
- Как я могла? - я показала на Джейни. - Она - воплощение зла. Так говорила ее бабушка. Помнишь? Она сказала, мы не представляем, насколько она ужасна. Никогда не задумывался, почему ее матери пришлось запирать ее, как животное? Она такая и есть!
Я заметила, как розовой вспышкой промелькнула его рука, он ударил меня по лицу. Кожа горела, зубы проткнули мягкую, влажную губу. Голова откинулась назад. Я пошатнулась от его силы, ошеломленно подняла руку и прижала к месту удара.
Джейни истошно завопила.
Глаза Кристофера наполнились ужасом. Он снова пошел ко мне. Я отпрянула.
- Нет, - я подняла руку. - Не надо.
Дело № 5243
Допрос Пайпер Гольдштейн
Люк положил фотографию на стол.
- Что за муж на такое способен?
Кто мог им рассказать? Я теперь понимала, каким они видят Кристофера, я так же смотрю на тех мужчин, которые бьют женщин.
- Он ударил ее только один раз.
- Дайте угадаю - он никогда раньше не бил женщину? - он не мог скрыть отвращения.