Люси Скоур – Защити свою любовь (страница 66)

– Поцелуй меня так, как будто ничто больше не имеет значения, – прошептала Мак. Ее зеленые глаза смотрели серьезно, умоляюще. И Линк дал ей то, чего она хотела.

Глава 40

Поцелуй из нежного и сладкого превратился в нечто непристойное, требовательное, и Мак упивалась этим. Линк прижимался губами к ее губам, покусывая их до тех пор, пока она не уступила, издав слабый стон. Он прижал ее бедрами к стене. Она ощущала животом его горячий и твердый восставший член, а его руки мгновенно принялись ласкать ее повсюду.

Они оттягивали ей волосы, зарывались меж бедер, а потом скользили под толстовку, пробиваясь сквозь преграды, чтобы добраться до наэлектризованной кожи.

Его язык овладел ее ртом, словно это была далекая горная вершина. Нечто, что нужно было победно, триумфально завоевать. Мак хотелось, чтобы Линк потребовал от нее всего остального, чтобы взял ее всю целиком так, чтобы ей больше нечего было отдать.

Прервав поцелуй, Линк сорвал с нее толстовку, потом стащил майку через голову. Зарывшись лицом меж ее грудей, он издал мучительный стон. Линк толкался о нее бедрами, отчего она ощутила нарастающую пульсацию где-то глубоко внутри.

Линк нуждался в этом. Нуждался в Мак. А ей хотелось, чтобы он так страстно нуждался в ней.

Она слегка оттолкнула его только для того, что стянуть с него рубашку через голову, и вонзила зубы в татуировку на груди.

– Ты потрясающе красив, – сказала ему Мак, теребя языком его сосок.

– Твою мать, – выдохнул Линк. – Скажи, что ты хочешь меня, скажи это, Маккензи.

Учащенное биение сердца отдавалось у нее в ушах. Страстное, животное желание разрывало ее.

– Трахни меня у этой стенки.

Линк грязно выругался, словно давая волю чувствам. Одним резким движением он спустил с нее шорты и трусики. Ей удалось освободить одну ногу, прежде чем он приподнял ее, чтобы она обхватила его ногами за бедра. Сапог мешал Мак сохранять равновесие, но руки Линка крепко сжимали ее, а спина упиралась в кирпич.

– Да благословит Бог спортивные шорты, – прошептала она, просовывая руку между ними и высвобождая его пенис.

Из его горла вырвался глухой стон, когда она взяла в руку его член. Прижимая Мак к стене, Линк сдернул с нее бюстгальтер, спустив его под грудь, и жадно устремился губами к ее соску.

В Мак как будто ударила молния. Все ее существо ожило и воспламенилось. Мак не чувствовала ничего, кроме растленного биения в груди и твердого, как мрамор, члена, сжатого в ее руке на расстоянии всего дюйма от того места, к которому она страстно желала его приблизить.

– У нас нет презерватива, – задыхаясь, проговорила Мак.

Линк изощренно выругался, уткнувшись ей в грудь, а потом оттянул зубами ее затвердевший сосок.

Мак чуть не задохнулась.

– Мне хорошо, если тебе хорошо.

Он, громко причмокнув, выпустил ее сосок.

– Да?

Как много всего она видела в его голубых глазах. Как много самой простой, безыскусной похоти. Позволить Линку войти в себя, довериться ему, это что-то да значит. И для нее тоже.

– Да.

– Я никогда не…

– Я тоже, – призналась Мак. – Но я хочу тебя вот так, чтобы нас ничто не разделяло.

Он больше ничего не сказал. Стиснув зубы так, что выступили жилы на шее, он легко входил в нее дюйм за дюймом. Его голубые глаза сверлили ее, словно он хотел проникнуть в ее душу, раскрыть все ее тайны.

– Маккензи, – медленно произнес он ее имя, погружаясь в нее.

Мак не могла говорить. Не могла дышать, когда он овладевал ею, растягивая ее и отвоевывая пространство. Наслаждение, окутанное легкой болью, было таким глубоким, что она не знала, выживет ли. Потом он вошел в нее до конца и остановился, давая ей привыкнуть.

Удовлетворенность. Такая прекрасная удовлетворенность. Он вошел глубоко и без защиты, и Мак упивалась тем, что он обладает ею. Не было ничего, кроме ощущений. Грубо царапающий спину кирпич. Горячие, жесткие мышцы перед ней. И изумительный член, самым интимным образом соединяющий их обоих.

Теперь она не ощущала грусти и пустоты. Она излучала свет.

Наклонив голову и сомкнув губы на другой ее груди, Линк облизывал и целовал ее взасос до тех пор, пока Мак не начала корчиться, отчаянно требуя, чтобы он двигался, возбуждая ее еще сильнее. Она вскрикнула, когда он слегка толкнулся бедрами.

– Я мечтал об этом, детка, – прошептал он, продолжая мастерски ласкать языком ее грудь виток за витком.

– О чем?

– О том, чтобы войти в тебя оголенным. Почувствовать, как ты кончаешь на мой член, ощутить эти мощные, жадные судороги. Ощутить горячую влагу, когда я доведу тебя до оргазма. О том, чтобы наполнить тебя до конца, войдя в тебя. Чтобы ты стала моей.

Он был безобразно примитивен, и такой же была их потребность друг в друге. Биологическая. Любовь и страсть сплелись в несокрушимый узел.

Держа ее за бедра, Линк медленно вывел член, а потом опять толкнулся в нее. Жестко. Мак впилась ногтями ему в плечи.

– Еще.

– Тебе нравится, как я трахаю тебя, Дрими?

Она ощутила его горячее дыхание у себя на лице и на волосах, когда он снова почти до конца извлек из нее свой пенис. Она ненавидела себя за то, каким становится ее тело, когда его нет внутри. Пустым. Но потом Линк снова направил в нее свой член, и опять все встало на свое место. Может быть, в этом и заключался тайный пульс жизни. Пустота существует для того, чтобы ценить полноту.

– Господи, да, – застонала Мак.

Его пальцы по-хозяйски сжали изгибы ее бедер. Теперь Линк быстрее проталкивался в нее. Мак, дергая ягодицами, сжимала его бедрами. Пот струился по их телам. Она кусала его за подбородок. За шею. За голое плечо.

Теперь Линк тяжело бился о нее. В диком ритме, за которым Мак не успевала. Она могла лишь принимать его. У нее закружилась голова от желания и страсти, и она вцепилась в него.

Линк рычал и, стеная, нес какую-то милую непристойную чушь, прижимаясь к ней. Повторяя на все лады, как сильно он любит ее тело. Как приятно ему быть внутри нее. Как здорово они подходят друг другу. Мак была на волосок от оргазма, но ей хотелось перейти за край вместе с ним. Хотелось кончить одновременно с ним.

У нее дрогнули мышцы, бедра сомкнулись вокруг него, стенки влагалища обволакивали его член, когда он снова и снова врезался в нее. С каждым мощным толчком ее груди подпрыгивали меж их телами.

– Я чувствую, что ты приближаешься к оргазму, Маккензи, – прошептал Линк ей на ухо. Он кряхтел каждый раз, когда его пенис полностью входил в нее. – Я чувствую, как ты сжимаешь мой член. Я сейчас сделаю так, чтобы ты кончила, и я почувствую себя героем, когда ты сделаешь это.

– Я хочу, чтобы ты кончил вместе со мной. В меня.

Его глаза с тяжелыми веками широко раскрылись. От сомнения, от удивления? Она не могла сказать с уверенностью.

– Я не достоин тебя, – прохрипел Линк.

– Нет, достоин. А теперь возьми то, что принадлежит тебе. – На этот раз она поцеловала его. Ее зубы поймали его нижнюю губу. Их тела вышли из-под контроля, устремившись к чему-то очень мощному, примитивному, тому, что было закодировано в их ДНК. Он крепче прижал ее к себе, а она царапала его спину, выгибаясь до тех пор, пока головка его члена не ударилась о какую-то волшебную точку.

– Молодец, детка, – сказал он. – Это то, чего я хочу.

Ее мышцы, сжимавшие его пенис, начали пульсировать, когда он снова углубился в нее. Мак чувствовала, как его член становился у нее внутри невозможно твердым и мощным в погоне за собственным оргазмом.

– Ты вынуждаешь меня кончить, Маккензи.

Она задохнулась, когда пульсация ускорилась, когда она, очертя голову, бросилась в бездну наслаждения. Ее тело напряглось и расслабилось, от первой волны у нее согнулись пальцы на ногах, а стенки влагалища сомкнулись вокруг его члена.

Линк издал гортанный, мучительный хрип, врезаясь в нее, прижимая ее к стене и не отпуская. Мак почувствовала это – горячую струю глубоко внутри, когда ее мышцы снова сжались. Он пришел в движение, приспосабливаясь к ее и своим волнам, и каждый раз стенки ее влагалища содрогались, когда он полностью погружался в нее.

Они пристально смотрели в глаза друг другу, не желая упустить ни секунды необузданной страсти. Кончая, Линк был чертовски красивым. Сильным. Мощным. Уязвимым. Здесь. Сейчас.

В это самое мгновение не было прошлого, которое нужно было преодолевать. Никаких призраков, за которыми нужно было гоняться. В этот момент были только их в унисон бьющиеся сердца и наслаждение, которое они дарили и получали.

Мак задыхалась. Тихие стоны вырывались из ее горла после пережитого шквала оргазма. Пот каплями падал ей на грудь и скатывался по спине. И пока Линк все еще оставался внутри нее, пока их сердца победно бились в едином ритме, он осыпал ее лицо нежными поцелуями. И нашептывал ей на ухо слова восхищения и благодарности, а их тела все еще составляли одно целое.

Глава 41

Телефон Мак под стопкой документов на ее столе зазвонил в пятый раз. Настойчиво. Она была в клинике. Это было поводом не отвечать. Конечно, прием закончился примерно час назад, но у нее не было никакого желания завершать день на пессимистической ноте.

Она выждала целую минуту, прежде чем нажать кнопку и прослушать голосовое сообщение.

«Маккензи, это твоя мать. Это очень важно. Позвони мне». Голос был певучим, с типичным техасским акцентом, несмотря на то, что ее мать, собственно говоря, родилась и выросла к штате Делавэр, а теперь жила в Иллинойсе.