Люси Монтгомери – Волшебство для Мэриголд (страница 26)
«Все умершие в нашей семье, кроме Старшей бабушки, умерли на этой кровати», – сказала она.
Варвара побледнела и быстро соскользнула с кровати.
«Почему ты мне не сказала, прежде чем я запрыгнула на неё, ты, собачонка!» –закричала она.
«Я не собачонка», – сказала Мэриголд.
«Конечно, нет».
Последовали очередные пылкие объятия и поцелуй. Мэриголд вынырнула из них несколько обескураженной. Лесли не были столь эмоциональны.
Но когда Варвара увидела в кладовке шоколадный торт, она заявила, что должна попробовать
«Нам нельзя, – сказала Мэриголд. – Бабушка сказала, что я не должна притрагиваться к нему».
Варвара топнула ногой.
«Мне все равно, что сказала твоя бабушка. Я
«Мы не будем есть этот торт», – сказала Мэриголд.
Никто не видел, но в этот момент она была словно карманное издание бабушки.
«У нас есть фруктовый пирог и свежая булка, и закуски-на-бегу».
«Я не хочу твоих, как их там, закусок-на-бегу. Раз и навсегда, мы будем есть этот торт?»
«Раз и навсегда,
Варвара сжала кулаки.
«На месте моей бабушки я бы приказала запороть тебя до смерти…».
«На месте
Варвара тотчас затихла – просто окаменела.
«Если ты не позволишь мне попробовать этот шоколадный торт, я пойду, заберусь на то, что ты называешь крышей яблочного амбара, и спрыгну вниз».
«Ты не напугаешь меня этим», – презрительно сказала Мэриголд.
Варвара молча развернулась и зашагала прочь. Мэриголд последовала за ней с некоторой тревогой. Конечно, она просто шутит. Она не сделает
Варвара проворно вскарабкалась по приставной лестнице. В следующую секунду она оказалась на плоской вершине крыши.
«А
«Нет», – решительно ответила Мэриголд.
Варвара спрыгнула. Мэриголд вскрикнула, в ужасе зажмурилась и открыла глаза, ожидая увидеть Варвару мёртвой, упавшей на камни дорожки. Но увидела её вопящей, висящей на сосне возле яблочного амбара. Её платье раздулось и зацепилось за конец поломанной ветки.
Мэриголд в отчаянии бросилась к ней.
«Ты можешь попробовать шоколадный торт – можешь пробовать
«Как мне спуститься?» – простонала Варвара, её настрой и решимость испарились между небом и землей.
«Я принесу стремянку. Думаю, ты сможешь достать до нее», – вздохнула Мэриголд.
Варваре удалось спуститься с помощью стремянки, хотя, спускаясь, она безнадёжно порвала платье.
«Я всегда делаю то, что хочу сделать», – холодно заявила она.
«Посмотри на своё платье», – дрожа, сказала Мэриголд.
«Я поважней своего платья», – надменно ответила Варвара.
Мэриголд не могла справиться с дрожью, пока шла обратно в кладовую. Ведь Варвара могла упасть на камни. Бабушка говорила, что эти девочки из Штатов делают
«Только посмотри, как красиво я накрыла на стол», – сказала Варвара.
Мэриголд взглянула. Бабушкины килларнийские розы художественно свисали из большой зеленой корзины. О, да, художественно. У Варвары имелся талант.
«Бабушка сказала, чтобы я не рвала эти розы», – взвыла Мэриголд.
«Ну, это же не ты, не так ли, ослёнок? Скажи ей, что это сделала
5
Настоящая ссора разразилась только после вполне весёлого ужина. Варвара была очень забавной и интересной и говорила очень жуткие вещи о королеве Виктории на стене столовой.
«Не правда ли она похожа на старую повариху с кружевами на голове?»
Литография на самом деле была ужасна – «приложение» к Монреальской газете, – вставленная в рамку и развешанная в сотнях домов острова. Добрая королева была изображена с широкой голубой лентой на груди, в короне, украшенной бриллиантами, каждый размером с грецкий орех. Из-под короны спускалась кружевная занавесь, а там, где не было этой кружевной занавески, были бриллианты – в ушах, на шее, груди, руках и кистях рук. Здесь мнение Мэриголд совпадало с Варвариным, и однажды она его высказала. Только однажды. Бабушка взглянула на Мэриголд, словно она нарушила Закон об оскорблении
Но Мэриголд не собиралась позволять девчонкам из Америки являться и насмехаться над королевской семьей.
«Не думаю, что у тебя есть право так говорить о
«Глупости, она была маминой теткой, – ответила Варвара. – Мама хорошо её помнит. Она была совсем не красива, но я не уверена, что она именно
Варвара съела почти половину шоколадного торта и отпустила комплимент каждому кусочку. Ладно, самодовольно подметила Мэриголд, разумеется, кухня Елового Облака достаточно хороша для всех, даже для принцессы, которая ею притворяется. Варвара определенно была… мила. Трудно не полюбить её. Мэриголд решила, что, после того как посуда будет вымыта, она проведет Варвару через Волшебную Дверь и Зелёную калитку и представит Сильвии.
Но когда, вымыв посуду, она вышла в сад, то увидела, что Варвара мучает её жабу, её собственную жабу-питомца, что жила под кустом жёлтых роз и знала её. Мэриголд была уверена, что знает. А теперь эта злая девчонка тыкала жабу острой палкой, которая могла сильно поранить её.
«Прекрати это!» – закричала она.
«И не подумаю – это забавно, – ответила Варвара. – Я хочу убить её – затыкать до смерти».
Мэриголд бросилась к ней и вырвала палку. Поломала на три части и встала перед незваной гостьей во всем истинном леслинском негодовании.
«Ты не тронешь мою жабу, – надменно сказала она. – Мне все равно, можешь угрожать, чем хочешь. Можешь прыгать с амбара или в колодец, или прямо в гавань. Но ты не тронешь мою жабу, мисс
Насмешку, которую Мэриголд умудрилась вставить в эту «принцессу», не передать на бумаге. Варвара совсем взбесилась. В своём гневе она стала похожа на зверька. Она оскалила зубы и выпучила глаза, её волосы словно ощетинились.
«Свинья! Вошь! Блоха! – зашипела она. – Корова! Чудовище!»
Сколько яду она пыталась влить в свои эпитеты!
«Бог смеётся над тобой! Плакса! Сопля!»
Мэриголд плакала, но от бешенства. Русская принцесса, настоящая или притворщица, не имела монополию на эмоции.
«Ты похожа на обезьяну!» – закричала Мэриголд.
«Я… вырву…твои … уши…с корнем», – сказала Варвара с явно дьявольским намерением.
Она бросилась на Мэриголд. Схватила её за волосы и дала пощечину. Мэриголд никогда в жизни такого не испытывала. Она, Мэриголд Лесли. Она слепо протянула руку, нашла Варварин нос и с силой дёрнула за него. Варвара издала ужасный вой и вырвалась.
«Ты… ты думаешь, ты можешь делать со мной такое, со мной?»
«Почему нет?» – триумфально спросила Мэриголд.
Варвара огляделась. На садовой скамье лежали бабушкины ножницы. С диким воплем она схватила их. Прежде чем Мэриголд смогла убежать или увернуться, раздался жуткий звук, потом другой, – и обе бледно-золотые косы Мэриголд оказались в прекрасных ручках Варвары.
«О!» – завизжала Мэриголд, хлопая ладонями по остриженной голове.
Варвара вдруг рассмеялась. Её бешенство вдруг прошло. Она бросила ножницы и золотые косы, и обняла Мэриголд.