Люси Кларк – Мой чужой дом (страница 50)
Открываю обложку: интересно, когда роман брали в последний раз? На титульном листе, рядом с моим именем, красными чернилами размашисто написано одно слово.
Книга выскальзывает у меня из рук и падает на пол, распахнув страницы. На шум оборачивается пожилой мужчина в твидовом жилете.
С бешено колотящимся сердцем я торопливо подбираю роман и снова заглядываю под обложку. Нет, не померещилось: слово по-прежнему там, грозное и обвиняющее.
«Лгунья».
Я быстро пролистываю книгу до конца, пробегая кончиком большого пальца по острым краям страниц: есть ли еще надписи красным? Ничего, чисто.
Надо проверить второй экземпляр. Жилка на шее пульсирует так сильно, будто из-под кожи рвется на волю загнанный в ловушку зверек. На том же месте, на титульном листе, то же убийственное слово: «Лгунья».
Страх пригвождает меня к месту.
Я захлопываю обложку.
Кому-то все известно.
Я чувствую взгляд. За мной наблюдают. По спине бегут мурашки. Мужчина в жилете, стоявший в конце прохода, исчез.
За стеллажом, в соседнем ряду, я замечаю едва уловимое шевеление – смену темного и светлого фона, словно движется тень. Кто же там? Я отступаю в сторону, присматриваюсь, но полки заставлены слишком плотно. Я спешу в конец стеллажа, заглядываю в следующий проход – никого, только тележка для книг.
На коже проступает горячий липкий пот. Нет, это не фантазии! Там точно кто-то был! И этот кто-то за мной наблюдал! Я иду сквозь новый ряд, перехожу в следующий, шагаю быстрее и быстрее…
Кое-где неторопливо рассматривают содержимое полок люди. Женщина средних лет в лосинах и вишневых ботинках. Худощавый молодой человек в мешковатом свитере и светлых старомодных джинсах. Никто не обращает на меня внимания. Однако, готова спорить, минуту назад в соседнем ряду за стеллажом стоял человек и за мной наблюдал!
Первым на ум, как всегда, приходит он – Линден. Библиотечная обстановка. Запах бумаги и мяты. Кажется, будто Линден здесь, рядом. Ощущение настолько яркое, что я почти чувствую на шее его дыхание.
Но это невозможно. Разумеется, нет.
Я рассматриваю сжатые в руках книги. Если вернуть их на полку, то следующий же взявший роман читатель увидит на титульном листе рядом с моим именем слово «Лгунья».
А если попросить Мейв или Лору проверить в системе, кто брал книги последним? Нет, плохая идея. Только привлеку лишнее внимание, все начнут гадать, выдвигать гипотезы…
Лучше просто от них избавиться. Спрятав книги под мышкой, я быстро подхожу к своему столу, запихиваю их в сумку и закрываю ноутбук.
– Эль?
Я резко оборачиваюсь – передо мной стоит Марк.
– Что вы здесь делаете? – спрашиваю я.
Он демонстрирует мне стопку книг.
– Возвращаю в библиотеку мамины романы… если вы не возражаете?
– Извините, – бормочу я.
Мои мысли заняты испорченными книгами. Интересно, Марк видел? Не он ли наблюдал за мной сквозь полки?
– Завтра я уезжаю в Лондон, – говорит он. – Хотелось бы попросить вас проведывать иногда мою семью, но…
– Конечно!
Он задумчиво на меня смотрит.
– Ну, хорошо… Это было бы здорово. – Марк расправляет плечи. – Ладно, увидимся. Если не закроете дом.
– Что, простите?
– Февраль – самый жуткий месяц. Посмотрим, как вы справитесь.
Улыбнувшись, он уходит через зал к ячейкам для возвращенных книг. Минуту я выжидаю, затем складываю вещи, беру ноутбук и, опустив голову, тоже направляюсь к выходу.
В дверях меня оглушает пронзительное пиканье сигнализации. Раздается механический голос: «Пожалуйста, подойдите к сотруднику библиотеки».
Я замираю на месте, меня бросает в жар.
– Эль! Привет! – Ко мне спешит Лора. – Похоже, система безопасности работает, как надо: писатели не уходят от нас, не поздоровавшись!
Шутка доходит не сразу. Я делаю приветливое выражение лица и улыбаюсь.
– Конечно! Извини!
– Я давно вас заметила, но не хотела мешать в разгар работы – вы корпели, не отрываясь. Уже скоро, да?
Я растерянно хлопаю глазами.
– Ну, срок сдачи. Вся библиотека следит за вашей страничкой в «Фейсбуке». Срок ведь на следующей неделе?
– А! Верно. На следующей.
– Желаю удачи! Ждем не дождемся, когда выйдет вторая книга. – Она глубоко вздыхает. – Надо вас уже отпустить. Извините, что так вышло с дверями. Наверное, им что-то не понравилось. Иногда бывает. Правда? – говорит она приближающейся к нам Мейв.
– Эль, рада снова вас видеть! Извините, двери порой излишне чувствительны. Попробуйте еще раз.
Неподалеку крутится мужчина в жилете, делая вид, что рассматривает книги. С невозмутимым выражением лица я подхожу к дверям, хотя под свитером буквально пылаю. Разумеется, сигнализация мгновенно срабатывает.
– Ой, – смущенно бормочет Лора. – Ничего не понимаю. Может, у вас в сумке какие-то книги?
Главное – не забывать улыбаться.
– Да нет никаких книг. Я сегодня только поработать пришла.
– Я вас видел!
Я оборачиваюсь на голос.
Мужчина в жилете тычет пальцем в мою сторону.
– Вы спрятали в сумку две библиотечные книги!
Мои щеки горят от стыда.
– Пожалуйста, займись этим господином, – говорит Мейв Лоре, а потом добавляет, обращаясь уже к моему обвинителю: – Вот эти книги, которые вы держите, – вы хотите их взять?
Мужчина с оскорбленным видом следует за Лорой к контрольному столу.
– Как ни унизительно признавать, – шепчу я Мейв, когда мы остаемся наедине, – но он прав.
Я извлекаю из сумки оба экземпляра собственного романа.
Если Мейв и удивлена, она умело это скрывает.
– Они испорчены. Мне было неловко подойти с ними на стойку, поэтому я решила… хм… просто унести их домой.
– Испорчены?
Пальцы сжимают книги еще крепче. Не хочется показывать Мейв, что там написано. Не хочется, чтобы это вообще кто-то видел.
– Можно? – спрашивает она, протягивая руку.
Выбора нет. Я отдаю книги.
– В начале.
Мейв открывает обложку и видит на титульном листе рядом с именем слово «Лгунья». Я напряженно слежу за выражением ее лица.
Она собирается проверить вторую книгу, но я быстро говорю: