Люси Даймонд – Обещание (страница 24)

Вернувшись домой после встречи с родителями, Дэн поймал себя на том, что смотрит на собственный сад, особенно на все еще маячивший там мертвый платан. Всякий раз, когда он, как сейчас, входил на кухню, его взгляд устремлялся к нему через окно, больные ветви дребезжали, как кости на ветру, безжизненные и безлистные. Насмешка. Его следовало срубить и убрать еще в феврале, с Патриком, как и планировалось, но… Ну, события и все такое. События.

Он стоял почти здесь же, когда Зои позвонила утром после их с Патриком последней ночи в пабе. Он уж было решил не отвечать, когда увидел, как ее имя высветилось на экране телефона, закатил глаза при мысли о том, как это глупо со стороны брата — заставить жену позвонить и извиниться. «Патрик чувствует себя очень плохо из-за того, что произошло…» Но это все равно ничего бы не изменило. На этот раз Патрик зашел слишком далеко. Но оказалось, что она звонит совсем по другому поводу.

«Извини за беспокойство, Дэн, но не мог бы ты попросить моего мужа перезвонить мне, пожалуйста? — попросила она. — Не сейчас, конечно, если он орудует электроинструментом или взбирается на дерево, но в какой-нибудь подходящий момент. Он не отвечает на звонки».

Дэн фыркнул, догадываясь, что Патрик, должно быть, застрял по дороге в пробке. Ха. Он бы поплатился, если бы брат как ни в чем не бывало постучал сейчас в дверь. На самом деле ему повезло бы, если бы он сбежал без ран от бензопилы, учитывая то настроение, в котором до сих пор пребывал Дэн. «Его здесь нет», — коротко ответил он.

«О, — сказала Зои. — А когда он ушел? Знаешь, я думала, это займет у вас больше времени. Тогда ясно. Может, поэтому он и не отвечает. Твой сад теперь выглядит получше?»

Дэн понял, что они говорят о разных вещах, и нахмурился. «Нет… Я имею в виду, что его здесь вообще не было. Прошлой ночью он не остался».

На мгновение воцарилось озадаченное молчание, затем они оба заговорили одновременно. «Значит, он не…» — начал Дэн.

«Здесь его тоже не было, — одновременно сказала Зои. Замялась, нервно рассмеялась и спросила: — Так где же он провел ночь? Или мне не следует об этом спрашивать?»

«Он… Ну, я думал, он пошел к тебе», — сказал Дэн. Это, по общему признанию, придало происходящему новый импульс. Куда делся Патрик?

«Он не вернулся. Я сегодня не на работе, я надеялась… — Зои замолчала. — Так что же произошло? Почему планы изменились?»

Дэн стиснул зубы. Если Патрик исчез в сильном раздражении, чтобы заставить Дэна почувствовать вину, то он не собирается до этого опускаться. Он отказывался чувствовать себя виноватым в чем бы то ни было, когда единственным виноватым был Патрик. «Мы немного повздорили, — сказал он. — Я видел, как он пошел вдоль Темзы, так что я подумал, что он направляется домой».

«Из Хаммерсмита? Почему он не взял такси?»

Ее вопрос был резонен. Но Патрик, вероятно, просто захотел побыть в одиночестве, подумал Дэн, вместо того чтобы тащиться с братом обратно на главную дорогу. Он мог бы даже забраться в ближайшую «Голубку», чтобы выпить утешительного виски, прежде чем идти дальше. «Я не знаю — все немного накалилось», — признался он. Он напомнил себе, что не собирался расстраиваться из-за этого. Не будет расстраиваться.

«Ну, и из-за чего? Что такое ужасное случилось, что он не вернулся к тебе?»

Дэн на мгновение заколебался, его взгляд привлек скворец в саду, который по-бандитски скакал, склонив голову набок.

«Дэн?» — подтолкнула Зои, и ему пришлось быстро соображать. Он ни за что не мог сказать ей правду. Ни за что.

«Ничего особенного, — сказал он наконец. — Слишком много выпили. Ты пробовала позвонить ему на рабочий телефон? Может, в другом у него сел аккумулятор».

«Да, он где-то в доме — я слышу, как он звонит. Черт возьми. Где же он тогда? Дай мне знать, если он появится, хорошо? И я тебе сообщу, если что».

Поначалу Дэн не слишком беспокоился, предполагая, что брат, должно быть, провел ночь у приятеля и сейчас отсыпается после выпивки. Без сомнения, он скоро появится у Зои с охапкой нарциссов и массой извинений и очарует ее улыбкой. У него это хорошо получалось. «Дэн, ты сказал, что у вас вышла небольшая ссора», — рискнула снова намекнуть Зои, но он отмахнулся. «Неважно», — ответил он. Но на самом деле для Дэна это было важно.

Прошел день, наступил вечер, а от Патрика по-прежнему не было никаких вестей. Позвонила Лиз, с которой Зои связалась, желая узнать, из-за чего был спор. «Надеюсь, ты не расстроил его, — упрекнула она. — Ты же знаешь, каким он бывает чувствительным». В этом весь Патрик, подумал Дэн, закатывая глаза. Единственный человек, который мог изваляться в дерьме и вынырнуть, благоухая. Действительно, чувствительный. Прошлой ночью Патрик был чувствительным, как кирпич, летящий в окно, если судить по тому, как он разговаривал с Дэном. Тем не менее Дэн начал ощущать подкрадывающийся страх. Что-то было не так. Потому что Патрик был не из тех, кто вот так срывается и исчезает на долгие часы. Да, временами он мог быть ненадежным, но он был всегда привязан к телефону; это было совершенно не в его характере — игнорировать звонки и сообщения, дистанцироваться.

К тому времени, когда Дэн снова поговорил с Зои и изложил свои опасения, она уже опередила его, связавшись с местными больницами, друзьями, семьей, а несколькими минутами ранее — с полицией. «Я не понимаю, что такое случилось, что он не остался у тебя, — волновалась она. — Ты что-то от меня скрываешь? Или покрываешь его? Мне сейчас очень нужно знать, понимаешь? Забудь о братской верности или о каком бы то ни было кодексе, который у тебя есть, — Дэн, мне нужно знать, что с ним все в порядке».

От этих вопросов его передернуло. Он придумал несколько фраз в ответ — настолько коротких, что их можно было произнести на одном дыхании, — но произнеся их, он понял, что Зои не совсем поверила ему. Однако у них были более важные дела, на которых нужно было сосредоточиться: шли часы, а от Патрика так и не было вестей. Оглядываясь назад, Дэн с трудом мог вспомнить, как они тащились сквозь это время, заполняли последовавшие странные дни ожидания, когда страх усиливался с каждым тиканьем часов. Было такое чувство, как будто они все сходят с ума. Он продолжал думать о том, что люди просто так не исчезают, — только не взрослые мужчины с семьей, бизнесом и всеми атрибутами прекрасной жизни. Четыре дня спустя полиция снова вышла на связь. Тело мужчины было найдено выброшенным на берег в Воксхолле, и, когда Зои попросили приехать и опознать его, она подтвердила, что это — ее муж. Ее покойный муж, Патрик Кристофер Шеппард, который ушел и не вернулся. Полиция захотела поговорить с Дэном, как с последним человеком, который видел его живым в ту ночь. Был ли Дэн виноват? Это было именно так. Чувство вины обрушилось на него, как удар коленом между ног, за которым последовали двойные удары горя и потрясения. Патрик просто ушел из его жизни, и они никогда больше не смогут увидеться, не говоря уже о том, чтобы помириться и все исправить. Он все вспоминал свой последний взгляд на брата.

Ему снилось, что они вместе идут по тропинке вдоль реки, что он — Дэн — передумал и зовет Патрика обратно. «Не будь идиотом, ты можешь остаться, — хрипло и неохотно говорил он в этих снах. — Это не значит, что я прощаю тебя. Не прощаю, ты, кусок дерьма. Но ты можешь остаться, ясно?»

Именно так должны поступать братья, ведь так? Держаться вместе, несмотря на хорошее и плохое, быть не разлей вода. Но вышло иначе. В реальной жизни Патрик уходил, а Дэн не смог найти слов — или милосердия, — чтобы остановить его.

Это был настоящий кошмар наяву. Поначалу никто из них не мог воспринять эту новость. Дэн поймал себя на том, что одержимо размышляет над тем, как его брат оказался в реке, какая ужасная цепь событий привела к этому жуткому, кошмарному исходу. Патрик всегда был сильным пловцом, был уверен в себе и в бассейне, и в море. Он был энергичен и здоров — его смерть оставалась загадкой. Не знать, как он умер, что произошло в эти последние мгновения его жизни, было мучительно. Испугался ли он, когда пришел конец? Был ли он вообще в сознании? Дэн продолжал представлять себе, как лицо брата погружается под воду, как река поглощает его. Однажды он видел, как в Гринвиче на берег Темзы выбросило мертвую собаку, и он так и не смог забыть раздутый, искаженный труп, уродливую голову с пустыми глазницами, выеденными рыбами. Он продолжал представлять себе безжизненное тело Патрика, грязное и промокшее, выброшенное приливом на илистый берег реки, и хуже этого не было ничего.

Вскрытие показало травму головы, но им объяснили, что это могло случиться из-за того, что Патрик упал и ударился головой перед тем, как свалился в реку, или, в равной степени, из-за нападения, ограбления, которое заставило его пошатнуться и потерять равновесие. И вообще, где именно он упал в реку? Дэн довольно регулярно ходил пешком и ездил на велосипеде по тропинке вдоль Темзы и обнаружил, что снова и снова пытается пройти по возможному пути брата. На больших участках тропинки были ограждения или кусты, отделявшие пешеходов от воды, но были и участки, где человек мог запросто свалиться в воду и утонуть. Или, если уж на то пошло, броситься туда намеренно. Но он бы этого не сделал, не так ли? Только не Патрик. Он любил жизнь, по крайней мере, Дэн всегда так считал. Ему определенно было ради чего жить.