Льюис Спенс – Мифы североамериканских индейцев (страница 20)

«Мы подходили к ней с востока, и подъем, растянувшийся на пятьдесят миль, на последовательно чередующиеся склоны и террасы, почти незаметно поднимающиеся друг над другом, привел нас на большую высоту. С самой высокой вершины хребта не было видно ни дерева, ни куста, хотя видимость была превосходной, а в восточном и западном направлениях взгляд достигал горизонта. Были видны только бесконечные пространства, поросшие короткой травой, зеленой под ногами и вблизи, но меняющей цвет на голубой в отдалении, делая пейзаж похожим на безбрежные воды океана.

На вершине хребта мы обнаружили знаменитую каменоломню, или фонтан Красной Трубки, которая на самом деле является природной аномалией. Главная и самая удивительная черта этого места – перпендикулярная стена из мелкозернистого, плотного кварца, высотой двадцать пять – тридцать футов, тянущаяся примерно с севера на юг, лицом к западу. Она образует фронт длиной почти две мили и исчезает в обоих концах, скрываясь под поверхностью прерии, которая в этих местах немного поднимается и, возможно, покрывает ее еще на много миль в северном и южном направлениях. Понижение уровня хребта в этом месте было вызвано потоком, созданным расположенными на вершине несколькими ручьями, протекающим вблизи стены. Он со временем смыл, унес слой земли и, обнажив стену на протяжении двух миль, теперь струится по совершенно плоской поверхности кварцевой скалы, а потом падает вниз в глубокий бассейн. Оттуда он находит свой путь к Миссури, являясь истоком знаменитого и очень мощного притока, который носит имя Большой Сиу».

Параллельно стене у ее основания располагается полоска плоской прерии шириной примерно полмили, во всех частях которой индейцы добывали красный камень для своих трубок. Для этого им приходилось раскапывать грунт и несколько слоистых пластов красного камня до глубины четырех-пяти футов. По многочисленным остаткам древних и современных раскопок становится очевидно, что это место на протяжении многих веков использовалось для добычи красного камня. А судя по наличию развалин древних фортификационных сооружений и большому числу могил, так же как по существующим традициям, это место издавна считалось святым и регулярно посещалось самыми разными племенами.

Насколько можно судить по разнообразным и нередко слегка противоречивым рассказам об индейском обряде курения, создается впечатление, что каждое племя или – если оно занимает обширную территорию – каждая его изолированная часть обладает мощным инструментом, известным как «ритуальный черенок трубки». Это не что иное, как обычная трубка, только причудливо украшенная и почитаемая дикарями священной. Она может использоваться только по самым торжественным случаям или в переговорах по делам настолько важным, что в нашем понимании они требовали бы санкции кабинета министров и королевской подписи.

Большинство семейств североамериканских индейцев поклоняется определенному «набору» богов. Учитывая многочисленность последних, рассказать о них подробно не представляется возможным, поэтому мы ограничимся только их самыми выдающимися фигурами. Как и во всех мифологических системах, понятие определенного божества обычно связывается с просветительством. Мудрое существо обучает человечество искусству жизни, сельского хозяйства и религии. В американской мифологии есть немало таких богов-героев, и не всегда можно с определенностью сказать, относятся они к мифологии или к истории. Конечно, обстоятельства, сопутствующие концепции некоторых из этих существ, доказывают, что они могут быть только мифологическими персонажами, но, вне всякого сомнения, многие из них первоначально были простыми смертными.

Один из мифологических персонажей – Мичабо, Великий Заяц. Это основное божество алгонкинов. В рассказах старых путешественников его называют повелителем ветра, изобретателем рисуночного письма и даже создателем и покровителем мира. Достав со дна океана песчинку, он сделал из нее остров, который запустил в первобытные водные просторы. Остров быстро вырос, он стал таким огромным, что молодой волк, попавший туда и задумавший его пересечь, умер от старости, так и не закончив путешествие. Считается, что Мичабо создал магическое общество, названное Меда. Его изобретения были весьма многочисленными. Наблюдая, как паук плетет свою паутину, он придумал сети для ловли рыбы. Он дал охотнику много полезных вещей и амулетов для использования в охоте. Осенью, прежде чем погрузиться в зимний сон, он набивает свою огромную трубку и курит, ее дым поднимается в облака и наполняет воздух дымкой индейского лета.

Среди индейцев существует некоторая неопределенность относительно места жительства Мичабо. Одни верят, что он живет на острове на озере Верхнем, другие – что он обитает на айсберге в Северном Ледовитом океане, третьи – что его домом является твердь небесная. Самое распространенное представление заключается в том, что Мичабо живет на востоке, там, где встает солнце, на берегу великой реки по имени Океан, окружающей землю.

Тот факт, что для существа, наделенного такими качествами, было выбрано имя и обличье такого робкого животного, как заяц, представляется в высшей степени любопытным, и вряд ли стоит сомневаться, что первоначально слово, от которого образовалось имя Мичабо, не обозначало «заяц». В действительности корень wab, являющийся первым слогом алгонкинского слова «заяц», также означает «белый», и производными от него являются слова «восток», «рассвет», «свет» и «день». Поскольку слова происходят от одного корня, со временем «заяц» и «рассвет» перепутались, и то из них, которое имеет более материальное, понятное значение, стало именем бога. Мичабо был духом света и в роли рассвета носителем ветров. А в качестве властелина света он был также повелителем молний. Тем не менее он находился в постоянной борьбе со своим отцом Западным Ветром, и в этом противостоянии мы можем видеть каждодневный спор между востоком и западом, светом и тьмой, свойственный многим мифологическим системам.

Современные индейские сказки, касающиеся Мичабо, рисуют его весьма ненадежным духом, злобным фигляром, но в них можно видеть, как ухудшается его характер под воздействием стресса, вызванного современными условиями, обрушившимися на индейское общество. Только в рассказах старых путешественников и миссионеров мы видим его изображение в истинных красках, как великого героя, несущего людям культуру, Властелина дня, несущего людям свет и цивилизацию.

Аналогичный миф есть и у ирокезов. Он повествует о двух братьях, Иоскехе и Тавискароне, или Белом и Темном, близнецах, бабушкой которых была Луна. Когда братья подросли, они начали часто ссориться и в конце концов дошли до драки. Иоскеха взял в качестве оружия рога оленя-самца, а Тавискарон для защиты воспользовался шиповником. Последний оказался несерьезным оружием, и тяжело раненный Тавискарон обратился в бегство. Капли крови, падавшие из его ран, становились кусочками кремня. Позднее Иоскеха построил для себя жилище на востоке и стал отцом человечества и главным божеством ирокезов, убивая монстров, периодически вторгавшихся на землю, наполняя леса дичью, обучая индейцев обрабатывать землю и пользоваться огнем, а также делать другие полезные вещи. Этот миф позже восприняли племена могаука и тускарора.

Мы уже упоминали о созидательном мифе зуньи о туземном божестве по имени Авонавилона. Этот бог является одним из лучших примеров конструктивного аспекта в деятельности высших существ в американской мифологии. В какой-то мере он идентичен солнцу, а судя по ранним упоминаниям о нем, а также по манере, в которой о нем говорят как об архитекторе вселенной, мы можем сделать вывод, что он не входил в тесный контакт с человечеством.

На него похожа Ахсоннутли, верховная богиня индейцев навахо Нью-Мексико, считавшаяся творцом небес и земли. Полагают, что она поместила двенадцать человек в каждой из главных точек, чтобы поддерживать небеса. В некоторых мифах Ахсоннутли обладает качествами, свойственными обоим полам, и именуется Бирюзовым Мужчиной-Женщиной.

Атиус Тирава был великим божеством индейцев пауни. Он также был созидательным божеством и указал пути Солнцу, Луне и звездам. Насколько сегодня известно, он считался всемогущим и неосязаемым, но насколько эта концепция приукрашена влиянием миссионеров, сказать невозможно. Однако в других индейских мифологиях, которые, как нам известно, не были отягощены христианским влиянием, мы находим много ссылок на божества, имеющие те же характеристики, поэтому нет причин полагать, что Атиус Тирава не что иное, чем чисто туземный бог.

Эсогету Эмисси – великий, дающий жизнь бог у племен крик и других мускогов. Его имя обозначает «властелин дыхания». Звук имени представляет собой звук выдоха через рот. Он был богом ветра, и, как и у многих других божеств в американской мифологии, его распоряжение этим элементом климата шло рука об руку с властью над дыханием жизни – одной из форм ветра или воздуха. Дикарь считал ветер великим источником дыхания и жизни. И действительно, во многих языках слова «ветер», «душа» и «дыхание» имеют одинаковое происхождение. Мы находим аналогичную концепцию при описании бога ацтеков Тескатлипока, которого считали первичным источником существования. Об этом можно подробнее прочитать в другой книге автора – «Мифы Мексики и Перу».