Льюис Спенс – Мифы североамериканских индейцев (страница 14)
После создания правительства Соединенных Штатов некоторые религиозные и светские организации занялись образованием и просвещением аборигенов. До 1870 года вся помощь государства проходила через руки миссионеров, но в 1775 году конгрессом США был создан специальный комитет по делам индейцев, который выделял фонды для поддержки индейских студентов в колледжах Дартмута и Принстона. Для индейцев создавались дневные школы, целью которых было привить аборигенам социальные манеры и этические принципы белых, чтобы сделать возможным совместное сосуществование. Из школы, созданной капитаном Р.Х. Праттом в Карлайле для обучения индейских мальчиков и девочек, вышло много полезных членов общества. Около сотни студентов получило высшее образование в институте Хэмптона. Позднее существовали 253 государственные школы для обучения индейских детей, на которые расходовалось более пяти миллионов долларов в год. Если изучить список культурных индейских мужчин и женщин, посещавших в них занятия, станет ясно, что усилия правительства Соединенных Штатов в этом направлении увенчались блестящим успехом. Многие из получивших начальные знания индейцев продолжили образование и достигли высоких результатов в самых различных областях.
Глава 2
Мифология североамериканских индейцев
Все мифологические системы происходят от одного и того же фундаментального базиса. Боги – порождение необходимости и объекты глубочайшего почитания. Их генеалогия уходит в далекое прошлое. Дикари, не имеющие возможности различить предметы живой и неживой природы, наделяли все окружающие их объекты, по собственному подобию, даром жизни. Деревья, ветра, река (которую они называли «Длинная Особа») – все в их глазах было живым и обладало сознанием. Деревья стонут и шелестят, а значит, говорят или, возможно, являются обиталищами могущественных духов. Ветра свистят, вздыхают, предупреждают, угрожают, в общем, издают звуки, без сомнения свидетельствующие о существовании неких подвижных сил, дружественных или враждебных человеку существ. Вода двигается, жестикулирует, пророчествует, как, например, перуанские Римак и Апуримак – «Оракулы», «Пророки». Даже абстрактные качества наделялись свойствами живых существ. Свет и тьма, жара и холод считались активными и весьма бдительными силами. Небо рассматривалось как Отец всего сущего, от сотрудничества которого с Матерью Землей произошли все живые существа. Такое верование называется анимизмом.
Если неживые предметы и явления природы наделялись воображением дикарей способностью жить и мыслить, представители животного мира занимали более высокую ступень. Индеец, постоянно контактировавший с обитателями леса и прерии, имел очень высокое мнение об их качествах и подсознательных возможностях. Он видел, что они обладают большей ловкостью в охоте, чем он сам, что их охотничий инстинкт выражен значительно сильнее, чем у человека, что они редко страдают от нехватки пищи и очень быстроноги. Короче говоря, индеец считал, что представители животного мира стоят выше его в части тех качеств, к которым он стремился и которыми искренне восхищался. Разные человеческие характеристики персонифицировались и преувеличивались в некоторых соседях человека в лесу и на равнине. Лиса была воплощением ловкости, дикая кошка – хитрости, медведь – упрямства и глупости, сова – тайной мудрости, олень – быстроты. В каждом из этих качеств животные, ими обладавшие, представлялись дикарю более одаренными, чем он сам. Это кажущееся превосходство производило на него столь сильное впечатление, что если он страстно жаждал обладать определенным качеством, то помещал себя под защиту животного или птицы, его олицетворявшего. Если же племя или клан обладали какими-то особыми характеристиками, например лукавством или свирепостью, его соседи обычно именовали это племя по названию зверя или птицы, символизирующей его характер. Члены племени могли узнать о полученном прозвище от пленных во время войны или нарекали себя таким именем сами. По прошествии нескольких поколений члены племени уже считали животное, качествами которого они, как предполагалось, обладали, своим прямым предком, а всех представителей данного вида – своими кровными родственниками. Такое верование называется тотемизм, а его принятие стало средством закладывания основ широко распространенной системы племенных нравов и обычаев, которая регулировала такие важные жизненные моменты, как брак, и многое другое. Вероятно, все европейские и азиатские народы прошли эту стадию, и ее остатки глубоко укоренились в современной социальной системе.
Сменялось несколько поколений, прежде чем чувство родовой преданности тотему или эпониму – предку племени становилось настолько сильным, что превращалось в широко развитую систему поклонения ему как божеству. Подтверждением тому, что тотем со временем становится божеством, служит сходство некоторых древних богов с животными, причем звериными и птичьими чертами наделяли сверхъестественных существ народы, жившие далеко друг от друга. Следует упомянуть о египетских богах с головами ибиса и шакала, ассирийских богах-буйволах, богах-животных Хиндустана и даже о греческой Афине, имевшей, как утверждал Гомер, «глаза совы». Разве не могла эта богиня произойти от тотема-совы? Разве не могло быть так, что сове, сидевшей на ее плече, было позволено остаться в виде своего рода взятки (в самом древнем ее виде) для почитателей птицы, возражавших против ее изображения в виде человеческого существа и желавших, чтобы сохранилось напоминание о ее прежней форме? То, что у предков теперешних британцев существовала тотемная система, не подлежит сомнению. Разве не были представители шотландского клана Чаттан «сыновьями кошки»? Да и в других литературных источниках встречается упоминание о «котоголовых» воинах или о воинах, несущих тотемный герб кота. Божества в обличье свиней и других животных, которым поклонялись британские кельты, также подтверждают эту теорию, как и некоторые сохранившиеся с глубокой древности народные традиции Англии и Шотландии. Геральдические украшения есть не что иное, как семейные символы, дошедшие до нас из тех далеких дней, когда наши предки изображали их на щитах или шлемах как знак племени и, таким образом, животного-прародителя или покровителя.
Как уже было сказано, на тотемизме основывается обширная и довольно запутанная система племенных законов и обычаев. Животное, имя которого носит племя, нельзя было убивать и есть по причине его кровного родства с кланом. Общий предок обусловливал родство между разными членами племени, мужчинами и женщинами. Поэтому женской части племени не разрешалось выходить замуж за мужчин своего племени, которые, в свою очередь, были вынуждены искать жен на стороне. Это часто вело к частичному принятию в свои ряды другого племени или семейства, обитавшего в непосредственной близости, и его тотема. Это давало возможность при необходимости производить обмен женщинами. Так в племени появлялось два рода, у каждого был собственный тотем, но оба считали себя членами племени. И если мужчина из рода «лис» не мог жениться на женщине своей части племени, он подыскивал себе жену из «медведей», и наоборот.
Соблюдению тотемных законов придавалось большое значение, их нарушение считалось серьезным преступлением. К такому положению настолько привыкли, что никто и не думал преступать эти законы. В рамках этой книги нет необходимости перечислять многочисленные традиции, которые могут рассматриваться как порождение тотемной системы, поскольку они по большей части имеют мало общего с мифологией. Достаточно сказать, что они соблюдались с неукоснительностью, в сравнении с которой религиозные и прочие правила могли считаться весьма снисходительными. Поскольку тотемная система оказывала очень мощное влияние на образ жизни и мыслей индейцев, далее я приведу отрывок из «Справочника североамериканских индейцев», принадлежащего перу Дж. Р. Суонтона – большому авторитету в области индейского тотемизма.
«Американский индеец имеет весьма эгоистические взгляды на единство и непрерывность жизни и последовательные неизбежные взаимодействия отдельных тел и существ в природе, в особенности человека с существами и телами его опыта и окружения, которые он наделил различными антропоморфическими качествами и функциями в дополнение к заключенным в них изначально. Он развил определенные важные культы, основанные на этих взглядах, оказавшие большое влияние на социальные, гражданские и религиозные институты. Одна из таких доктрин утверждает, что личности и организации личностей, каждая в отдельности и все вместе, находятся под защитой некоего воображаемого существа или духа. Эти покровители или защитники по образу действий и побуждениям могут быть разделены на две группы или класса. Во-первых, это те, кто защищают только отдельных личностей, а во-вторых, те, кто защищают организации личностей. Но с этими двумя классами покровителей нередко смешивается другой класс воображаемых существ-защитников, обычно называемых фетишами, считающихся могущественными духовными союзниками их обладателей. Каждый из перечисленных классов охраняющих существ имеет собственные традиции, верования и соответствующий культ. Способ и мотивы приобретения этих классов охраняющих существ различны в некоторых фундаментальных и очень важных отношениях. Точный метод получения кланом или группой язычников покровителей или опекунов – проблема до сих пор не решенная. Правда, существует несколько весьма вероятных теорий, выдвинутых продвинутыми учеными, объясняющих, как это делалось. Что касается личного покровителя или фетиша, имеется достаточно полная информация, позволяющая дать удовлетворительное описание и толкование двух этих классов опекающих существ. Из имеющейся информации создается впечатление, что много путаницы касательно использования и приобретения личных или общих покровителей вызвано рассмотрением определенных социальных, политических и религиозных действий как соответствующих в первую очередь влиянию этих охраняющих божеств. В действительности эти черты были факторами социальной организации, на которые позже был наложен культ опекуна или духа-покровителя. Экзогамия, имена и названия классов, а также всевозможные табу существуют и там, где нет тотемов, тотемизма и культов духов-хранителей.