Людмила Толмачева – Невеста на час. Роман (страница 8)

– Хороша! Счастья тебе, Васек!

В общей суете эту реплику расслышали только Василий со Светланой. Она вспыхнула, вскочила, чтобы немедленно убежать из этого дома, но парень удержал ее – железной хваткой за левое запястье.

– Светик! – горячо зашептал он на ухо «невесте». – Потерпи, а! Прошу тебя! Не порть праздник. Смотри, как люди веселятся! Не каждый день такое. Вкалывают все по-черному, чтобы на жизнь заработать, крутятся как бобики…

– О чем это вы шепчетесь, голубки? – крикнул с другого конца стола Александр. – Э! Господа! У меня родился тост! Прошу внимания!

Все притихли и, подняв наполненные рюмки, устремили взгляды на друга Василия, чье побледневшее лицо наполовину скрывали темные очки.

– Ребята! – в этот раз более демократично обратился к гостям Александр. – Предлагаю выпить за нашего Васька, а правильней, Василия Николаевича Макерова, лейтенанта внутренних войск, заместителя командира разведроты, орденоносца, моего лучшего друга! И не просто так выпить, а за его личную жизнь, чтобы, понимаешь, все у них как в кино было – любили друг дружку крепко и умерли в один день!

– Ну ты сказал! – возмутился бритоголовый. – Без всякого перехода: любили крепко и – бац! – умерли!

– А-а! Ты прав, Дэн! Ошибочка вышла, извиняюсь. Значит так, Васек, любите, плодитесь-размножайтесь, до старости живите, а потом уж, как говорится, и богу душу как пирожок на полку.

Все зашумели с одобрением, потянулись с рюмками к виновнику торжества, а заодно и к его «подруге». Пунцовая от стыда, Светлана чокалась с гостями, бросая короткие, но говорящие взгляды на Василия. А тот, разомлевший от счастья, только улыбался.

– Горько! – крикнул какой-то нетерпеливый гость, опережая события.

– Го-орько! – подхватили все.

Сжавшись в комок и потупив взгляд, Светлана замерла с рюмкой в руке, не зная, как вести себя в нелепейшей ситуации, но к ужасу почувствовала, что Василий встает на ноги и легонько подталкивает ее, мол, поднимайся тоже. Ни жива ни мертва, она встала рядом с «женихом», по-прежнему не поднимая глаз, а в следующую секунду оказалась в его объятиях. Он поцеловал ее в плотно сомкнутые губы, и этот поцелуй не был фальшивым, напротив, он оказался настоящим, чувственным, чем окончательно смутил бедную женщину.

Про себя она решила, что как только начнутся танцы, ей надо бежать. От выпитого вина кружило голову, и потому, наверное, она не задумывалась, каким образом будет добираться с далекой окраины в центр города.

* * *

Вечеринка была в самом разгаре. К ним подсела Вера Тихоновна и, ласково поглядывая на сына, начала расспрашивать Светлану о родителях. Кивая головой, она слушала ответы, но не очень внимательно, как показалось Светлане. Взор ее голубых глаз, с грустинкой на самом дне, был устремлен на любимое чадо. С жадностью ловила эта моложавая, симпатичная женщина каждое движение сына, каждое его слово, смотрела и не могла насмотреться.

«Как она любит его! – изумлялась про себя Светлана. – А ведь он давно не мальчик. Может, боится за него? Или в прошлом что-то… Господи, ну что за глупая! А ранение? Ведь он инвалид. И с девушкой любимой не получилось…».

В ней всколыхнулось щемящее чувство к парню, немало хлебнувшему за свою недлинную жизнь. В порыве нежности она опустила ладонь на его широкую, сильную руку, и тихонько сжала.

– Добрый вечер! – раздалось с порога.

В комнату вошла настоящая красавица – высокая, гибкая, смуглая, с большими глазами и прелестной улыбкой маленького, пухлого, созданного для жарких поцелуев рта. Мужчины тотчас встрепенулись, каждый наперебой приглашал новую гостью занять место рядом с ним, но та медлила, видимо, ждала слова именинника.

Светлана почувствовала, как напряглась рука Василия, и поспешила убрать свою ладонь. А красотка все стояла и ждала с натянутой улыбкой.

– Садись, Марина, – сдержанно пригласил Василий.

По его охрипшему голосу Светлана поняла, насколько тот взволнован. В груди будто холодком повеяло – вот, оказывается, какую диву любил Васек! А почему, собственно, любил? Он и сейчас ее любит. По голосу можно понять, по тому, как он старательно не смотрит на нее.

Эх, Марина, Марина! И чего еще ей надо? Такой парень ее боготворил! Вот если бы ее саму так любили. Но Филипп никогда не проявлял сильных страстей. Ограничиваясь вполне ординарным сексуальным наслаждением, с одним и тем же набором ласк, он редко говорил о чувствах и почти никогда о любви. Даже ни разу не приревновал, хотя в их кругу находилось немало поклонников ее внешности. Был уверен в непогрешимости жены? Нет, скорее, просто не любил.

Она поймала на себе пристальный взгляд Марины. Но та быстро отвела его, переключив внимание на Михаила Никитича.

– Миша, – томно пропела красавица, – мне тут водку налили, а я не пью ее. Не могли бы вы поухаживать за мной?

– С удовольствием! – обрадовался тот. – Может, мартини?

– Нет, лучше красного вина.

Подняв наполненную рюмку и будто бы любуясь игрой света в темном пурпуре вина, Марина о чем-то сосредоточенно думала, а потом внезапно посмотрела прямо в глаза Василию.

– Василек! Я пью за прекрасный летний день, подаривший нам тебя! Вера Тихоновна! Наверное, в тот день, когда появился Вася, тоже была теплая и солнечная погода, да?

– Не помню, – сухо ответила та. – Я рожала ночью, полдвенадцатого, а днем схватками маялась, не до красот было.

– Зато я все помню, – смеялся Василий. – Хорошая была погода. Плюс двадцать, без осадков.

– Ох, и помучил ты меня, – улыбнулась Вера Тихоновна. – По ночам не спал, орал так, что куры в стайке с насеста падали.

– А собаки в будках не дохли? – подхватил шутку Денис, которого друзья звали Дэном.

– Нет, про собак не помню, – серьезно сказал Василий, – а вот у одного пацана по соседству волосы повылазили от страха, да так и не отросли до сих пор.

Над этой незамысловатой шуткой все дружно рассмеялись. Светлана подметила, как Марина, поджав губы, отвернулась, видимо, ей не по вкусу пришлось то, как ее, такой поэтичный тост свели к курам и дохлым собакам.

А Санек уже «врубил» танцевальную музыку – все вышли из-за стола и направились в соседнюю комнату.

«Теперь можно и удрать», – мелькнуло в Светланиной голове. Стараясь не обращать на себя внимания, она вышла из дома, но на крыльце столкнулась с Денисом и Александром, устроившим перекур на свежем воздухе.

– Света, в этом наряде вы просто супер! – с ходу выдал комплимент Александр.

– А в других? – игриво спросила она. – Так себе?

– Ну-у, я бы не сказал… Но ту серую блузку больше не надевайте. Договорились?

– Это вы про рынок вспомнили? – рассмеялась Светлана.

– Ага. Слышь, Дэн, вот скажи, скоко будет двести сорок пять на двадцать пять? Сможешь помножить в уме, без калькулятора?

– Не-а, не смогу, а что?

– А она сможет.

– Не гони, Санек, никто не сможет.

– Шесть тысяч сто двадцать пять, – со смехом сказала Светлана.

– Видал?

– А как это вы? Не-е. Это развод, ребята. Поржать надо мной решили? Не верю.

– Да все проще пареной репы, – начала объяснять Светлана. – Саша взял неудачный пример, вернее, для меня как раз удачный. Легче легкого на двадцать пять умножать. Сначала делишь число на четыре, а потом приписываешь к нему два нуля. Вот и все!

Она заразительно хохотала, наблюдая, как меняется выражение их задумчивых физиономий, отразивших сложную умственную работу.

– А вас Васек искал, – придумала она повод, чтобы избавиться от ненужных свидетелей.

– Искал, значит надо. Пошли, Дэн, потом докурим!

Оставшись одна, Светлана ринулась к калитке. Выскочила на улицу и встала как вкопанная, поворачивая голову то вправо, то влево. Куда идти? Она совершенно не помнила маршрута, которым ее доставили в эту тихую, пустынную улицу.

– Что, заблудилась? – услышала она насмешливый голос и резко оглянулась.

В открытом окне, на подоконнике сидел Василий и курил, переплетя мускулистые руки на груди.

– Скажи, а в какой стороне центр? – как ни в чем ни бывало спросила она.

– Я без очков плохо слышу. Подожди, я поближе подойду.

Перекинув ноги наружу, он осторожно спрыгнул на здоровую ногу, держась руками за подоконник, а потом, прихрамывая, пошел к ней.

Обреченно вздохнув, она ждала его приближения.

– Неужели ты думаешь, что такую девчонку я одну отпущу, на ночь глядя? Да еще в наших джунглях? – сказал он, подойдя к ней вплотную.

– Вася, давай расставим все точки над «i». Во-первых, я свою миссию, кажется, выполнила. Во-вторых, не называй меня девчонкой, ладно? Я намного старше тебя, у меня взрослая дочь.

– А в-третьих? У тебя взрослый муж?

– А хотя бы и так.

– Понятно. Нет, насчет «намного старше» не совсем. Зачем ты искусственно старишь себя? Для чего?

– Бог ты мой! Да не старю я! Хочешь, завтра приду на твой рынок и покажу свидетельство о рождении? Чтобы ты отстал от меня, раз и навсегда!