Людмила Шторк-Шива – Храни вас Бог на всех путях! (страница 4)

Когда Вильгельм поехал за семьей, в дороге он заболел и был снят с поезда, но Бог дал ему сил выздороветь. Добравшись до станции Бердичев, мужчина увидел, что стоит целая очередь голодных – они отбирали продукты у всех приезжающих. Но у него появилась твердая вера, что Бог сохранит его от грабежа. И Бог сохранил не только Вильгельма, но и тех, кто был рядом с ним – попутчиков по купе, с которыми он познакомился в дороге.

Дети уже почти не вставали с постели, сразу после короткой и радостной встречи они вынуждены были лечь – не хватало сил стоять на ногах и даже сидеть долго. Отец привез рис и Анастасия начала отваривать им рис, давая им по порции жидкой кашицы, сваренной на воде.

Медлить было нельзя, так как провизии было совсем немного, да и на новой работе Вильгельма никто не стал бы ожидать долго. Решено было собираться и трогаться в путь.

Когда Анастасия пошла к властям, чтобы получить разрешение на выезд – ей было отказано. Из города выезд был запрещен. И все же, посовещавшись, семья приняла решение идти на вокзал. Вещей у них не так много, поэтому сборы были недолги.

Через два дня, простившись с церковью, они отправилась на вокзал без документов, разрешающих выезд из города, хотя билеты уже были на руках. Подошел поезд, но все двери оказались закрытыми. И лишь одна дверь вагона была открыта, но проводник не опустил ступеньки. Вильгельм запрыгнул на площадку вагона и приготовился принимать детей, которых поставили в ряд, чтобы было удобно подавать. Провожающие братья побросали большую часть вещей семьи в тамбур вагона. Но в это мгновение поезд тронулся. Володя пошатнулся и полетел под поезд. Бедная мать вскрикнула от ужаса.

- Вова!!!

В одно мгновение женщина, стоявшая рядом схватила мальчика за одежду и отбросила от вагона, спасши ему жизнь. Вагон отошел от перрона, набирая скорость. Вместе с Вильгельмом уехали билеты всей семьи и деньги, оставшиеся после раздачи долгов и покупки билетов. Анастасия осталась стоять в недоумении, также как пресвитер и регент местной церкви, которые пришли проводить семью.

- Я ничего не могу понять! – пораженно покачал головой пастор.

- Я тоже не могу ничего сказать, но я верю, что это Бог, что это Его рука, - ответила женщина.

Она была слишком слаба, чтобы самой держать даже младшего сына и его держал на руках провожающий регент церкви. Поезд набирал скорость, и Вильгельм видел как удалялся перрон, на котором стояла растерянная Анастасия, окруженная детьми. Мужчина не мог спрыгнуть с поезда. Он ехал и молился о детях и жене, оставшихся на вокзале.

Анастасия с провожающими пошли к начальнику вокзала и рассказали о сложившейся ситуации. Начальник вокзала ответил, что если Вильгельм не телеграфирует со следующей станции, то он ничего не сможет сделать и им придется остаться. Но если телеграмма будет получена – тогда он сможет помочь и завтра посадит семью на скорый поезд, следующий до Ленинграда. Точное время, в которое придет поезд, никто сказать не мог, так как точного расписания не было.

С этими словами, вселившими слабую надежду в их сердца, семья ушли ночевать к верующей женщине, живущей рядом с вокзалом. Регент церкви остался на вокзале, дежурить и слушать сообщение о приходящих поездах. Под утро пришел регент и сообщил, что поезд скоро будет. Семья с поспешностью собралась и вернулись на вокзал. Начальник вокзала сам вышел к поезду и сказал проводнику, чтобы тот взял женщину с детьми, так как он получил телеграмму со следующей станции о том, что Вильгельм сошел с поезда и предъявил билеты. О документах, разрешающих выезд из города в суете все забыли, и это спасло семью от возврата.

Отдав распоряжения, начальник вокзала, ушел, и вдруг поезд тронулся еще до того, как семья успела сесть в вагон. Детей уже успели посадить, а вещи провожающие бросали не только в тамбур вагона, в котором находилась семья, но и в соседние вагоны. Детей пассажиры сразу разобрали по различным купе, так как они были слабыми и опухшими от голода, а Анастасия со старшим сыном пошли собирать вещи по соседним вагонам, уже не помня, все ли на месте? Они были счастливы, что смогли сесть на поезд.

Прибыв на соседнюю станцию, где их ждал Вильгельм, сошедший со своего поезда, Анастасия увидела мужа, в сопровождении носильщика. Начальник вокзала станции Бердичев, сообщил номер вагона, в который посадил женщину с детьми. Вильгельм присоединился к жене и детям, и через полтора суток они были в Ленинграде.

Только теперь родители и дети поняли промысел Бога – простой поезд, на который у Вильгельма с Анастасией хватило денег, но они не смогли на него сесть, шел до Ленинграда обычно полторы-две недели.

С Ленинграда Анастасия написала братьям о чуде, которое Бог сделал с ними, ведь даже на неделю у них не было с собой пищи, и ослабевшие дети могли умереть в дороге. С обычного поезда на каждой станции выносили из вагонов мертвых от голода, и это стало привычной, но ужасной процедурой для носильщиков и проводников.

«Братья, мало того, что в суете все забыли спросить у нас разрешение на выезд из города, Бог перебросил нас в Ленинград на своих крыльях, слава Ему!» - закончила женщина свое письмо в Бердичев.

Первые дни семья смогла поселиться в общежитии. Но через несколько дней одна из сестер из местной церкви, сказала, что сможет определить их за городом в дом. Настя со слезами благодарности вспомнила обещание Христа «…получил ныне, во время сие, среди гонений, во сто крат более домов, и братьев и сестер, и отцов, и матерей…»2[1]. И, хотя ей некого было оставлять, так как женщина не имела братьев или сестер, Бог видел ее сердце, сжимавшееся в свое время от одиночества, и подарил ей десятки братьев и сестер в Церкви, которые в трудную минуту оказались рядом и помогали ее семье. Посовещавшись, супруги решили, что Анастасия с детьми должны ехать в деревню.

Наступила осень с ее холодными ветрами и моросящими дождями, одежда детей не была рассчитана на холод осенних ветров. Выезжая из Ленинграда, дети были очень легко одеты и замерзли. Когда пошли искать подводу, это оказалось не самым простым делом. Возницы отказывались везти столько людей в дальнюю деревню, а попутных подвод не встречалось. С трудом найдя подводу, запряженную норовистой лошадью, которой управляла женщина, стали рассаживаться. Анастасия не нашла себе места и села на край подводы сразу за задними ногами лошади. Лошадь нервно фыркала, косилась на чужих людей в повозке, нередко дёргала оглобли то в одну, то в другую сторону.

Протащив повозку несколько километров, лошадь отказалась идти и вдруг ударила копытами. Копыта проломили оглоблю, затем лошадь ударила еще раз, едва не убив Анастасию. Копыто лошади пролетело в сантиметре от головы женщины... Дети, испугавшись, закричали и заплакали, затем спрыгнули с повозки. Лошадь, наконец, успокоилась, Вильгельм починил повозку, перевязав оглобли ремнями, которые сумел найти. Но дети плакали и отказывались вновь садиться в повозку. Они боялись ехать на подводе, запряженной нервной лошадью, которая несколько минут назад чуть не убила их мать.. Пришлось искать другую подводу, но никого не находилось. Подошел вечер, все продрогли и хотели есть. Вдруг подъехали две повозки, возницы которых согласились взять большую семью. Наконец, долгий путь подошел к концу, семья приблизилась к пустому домику на краю села, у самой опушки леса.

- Вот мы и на месте, - сообщил Вильгельм, - в этом домике вам разрешили пожить, пока я смогу получить квартиру.

- Слава Богу! – вздохнула уставшая женщина.

- Ура! – закричали дети, - здесь так здорово!

- Как здесь красиво! – окинув взглядом лес и поля, - вздохнула Валя.

Действительно, вид открывался изумительный. Березы, ели, сосны и другие деревья сменяя друг друга, создавали причудливую мозаику. Осень раскрасила лес разноцветными красками, придавая небу особую глубину. Теплое солнышко еще баловало жителей земли, но прохладный ветерок напоминал о приближении зимы.

Домик меньше радовал своих новых жильцов. Он был без мебели, стекла выбиты и на полу столько грязи, что было страшно на него смотреть, и поэтому в доме не хотелось оставаться. Да и голод посылал детей на поиски пищи, пока мать расстилала тонкие одеяла на полу, на соломенных тюфяках, чтобы приготовить постель. Приближался вечер, а в доме не было света, поэтому приходилось позаботиться о ночлеге заранее.

- Дети, в лесу есть грибы, попытайтесь их найти, чтобы мама смогла приготовить нам ужин, - напутствовал отец, стараясь починить хотя бы окна.

Рано утром он должен был уехать в город, чтобы успеть сделать свою работу - вымести двор, до девяти часов утра. В этом дворе мужчина должен был исполнять роль управдома, дворника и производить весь мелкий ремонт. За труд ему обещали предоставить квартиру в этом же дворе, но пока квартирка была занята, и он не мог взять к себе семью. Вильгельму временно предоставили лишь кровать в общежитии, где он мог спать. Мужчина должен был работать за двоих и получать одну маленькую заплату только за право получить в городе прописку, и Вильгельм согласился, не видя другого выхода.

Хлеба, который они привезли с собой, было мало, поэтому все дети пошли на поиски грибов. Но городские жители не могли знать мест, где растут грибы, да и съедобный гриб от поганки отличить не умели. После похода за грибами мать выбросила несъедобные грибы из общего количества собранных.