Людмила Морозова – Затворницы. Миф о великих княгинях (страница 54)

Во время приема на ступеньках перед троном стояли юноши-рынды в белых бархатных кафтанах, украшенных крестообразными золотыми цепями. В руках они держали серебряные секиры. Серебряный трон был отделан золотыми пластинами, жемчугом и драгоценными камнями. Над ним висел балдахин, увенчанный шаром с двуглавым орлом из золота. За креслом висели распятие и икона Богоматери в дорогом окладе. Около трона стояли четыре больших льва из золота и серебра. По бокам от него на подставках располагались два причудливых грифона: один держал в когтистой лапе меч, другой — яблоко-державу.

Вид царя Федора и его царское место наверняка производили на иностранных гостей большое впечатление. Все говорило о богатстве и величии русского государя.

Не менее роскошно во время парадных приемов выглядела и Ирина в наряде из золотой парчи, красиво расшитом вокруг шеи, по переду, подолу и рукавам самоцветами и жемчугами.

На голове блистала золотая корона, надетая поверх покрывала. Иногда царица принимала иностранных послов, если те привозили лично ей подарки.

В целом достаточно успешное и счастливое царствование Федора Ивановича и Ирины Федоровны омрачало только отсутствие детей-наследников. Многократная беременность царицы не приводила к положительному результату. По совету брата Ирина даже попыталась пригласить из Англии опытного врача и повивальную бабку. Но те добрались только до Вологды. Православное духовенство резко осудило предполагаемое вмешательство иноверцев в священное дело появления на свет наследника престола. Возможно, многие из его представителей действовали в интересах последнего сына Ивана Грозного — царевича Дмитрия.

Однако Федор не хотел объявлять брата своим преемником, понимая, что после его воцарения и Ирина, и все Годуновы окажутся в опале. Он даже запретил упоминать его имя в числе своих родственников под предлогом того, что сын шестой жены не может считаться законнорожденным.

В 1591 году само Провидение вмешалось в проблему престолонаследия — царевич Дмитрий погиб, предположительно проткнув себе горло ножом во время припадка эпилепсии. Его родственники, правда, утверждали, что царевич был убит заговорщиками, действовавшими в интересах Бориса Годунова. Однако неизвестно, считался ли в то время брат царицы престолонаследником, ведь Федор и Ирина все еще надеялись иметь собственного ребенка.

Супруги постоянно совершали богомольные поездки по монастырям, делали щедрые вклады в наиболее почитаемые обители. По их инициативе в окрестностях Москвы даже был основан Зачатьевский монастырь. Их горячие молитвы были, видимо, услышаны. 29 мая 1592 года случилось долгожданное — Ирина родила дочь, названную в честь отца Феодосией.

Это важнейшее для царской четы событие произошло в мыльне, где рядом с Ириной находились опытная повивальная бабка и несколько женщин-прислужниц. О радостном событии тут же известили царя и духовника, который немедленно прибыл, сотворил молитву и дал имя новорожденной. После этого в мыльню вошел счастливый Федор. На его глаза наворачивались слезы, но не от печали, а от безмерной радости. Он горячо обнял жену и бережно подержал в руках наследницу, которая заливалась громким плачем.

Затем, по обычаю, царь явился к патриарху Иову и сообщил о том, что Бог даровал ему дочь Феодосию. Вместе они отправились в Успенский собор на молебен. Такие же молебны прошли во всех храмах и монастырях страны.

По приказу Федора нищим и убогим раздали богатую милостыню, а из тюрем выпустили всех осужденных, кроме особо опасных преступников.

В этот же день царь устроил богатый пир — родильный стол для патриарха, духовенства и высшей знати. Для народа на площадь выкатили бочки с медами и пивом, стрельцов поили и кормили на крышах погребов.

На следующий день множество стольников, стряпчих и жильцов отправились по городам и монастырям с известием о рождении Феодосии. Местные власти устроили в честь царевны пиры и богато одарили посыльных, как бы показывая государю, что очень рады появлению на свет наследницы.

14 июня состоялись крестины Феодосии. Видимо, мать и дочь были довольно слабы, поэтому решили осуществить этот важный обряд не в Троице-Сергиевом монастыре, а в кремлевском Чудовом. Крестил царевну сам патриарх Иов. После этого в Грановитой палате для духовенства и бояр устроили пир, на котором присутствовали все ближайшие родственники царицы, кроме брата Бориса. Почему он не был приглашен — неизвестно.

После праздничного обеда Иов благословил Феодосию иконой Владимирской Богоматери и поднес ей подарок — дорогую икону. Затем младенца стали одаривать и все присутствующие. При этом подарки принимал сам царь. Меньшие чины также приносили свои дары, но их принимали уже бояре. Наконец все выпили заздравные чаши и разошлись. После этого начались застолья для простолюдинов. Стрельцам на царский двор выкатили бочки с пивом и медом по сто и двести ведер, для попов и дьяконов кремлевских соборов были накрыты особые столы в служебных помещениях.

Ирина на всех этих шумных празднествах не присутствовала. Она была занята выбором мамки и кормилицы для своей дорогой дочурки. Самой царице не полагалось кормить ее молоком. Наконец среди служительниц нашли крепкую и здоровую молодую мать, у которой было достаточное количество «сладостного» и жирного молока. Кормилицу поселили в покоях царицы. Муж ее получил повышение и освобождение от налогов до конца жизни. Мамкой царевны стала пожилая вдова-боярыня. В помощь ей были приставлены нянька и несколько прислужниц. Всем им следовало всячески заботиться о здоровье и воспитании царской дочери.

До совершеннолетия видеть Феодосию разрешалось только близким родственникам и прислужницам. От всех остальных людей при выходе из дворца ее закрывали покрывалом.

День рождения наследницы царь Федор отметил не только в столице. Щедрые дары были отправлены в Константинополь и Иерусалим.

Для царской семьи, конечно, более желательным было бы появление на свет мальчика, но чтобы закрепить власть за дочерью, супруги решили сразу же позаботиться о подходящем муже. Начались переговоры с австрийским императорским домом. Царь Федор хотел, чтобы один из юных принцев прибыл в Россию, принял православие, обучился русскому языку и обычаям, с тем чтобы потом вместе с Феодосией надеть царскую корону.

Через год, 29 мая 1593-го, очень пышно был отмечен день рождения царевны. Для высшего духовенства и знати в Грановитой палате был устроен пир (Бориса Годунова вновь на него не позвали). После обеда патриарх Иов помолился Богу, произнес в честь виновницы торжества речь и первым выпил чашу за ее здоровье. После этого он передал чашу царю, тот — митрополитам и боярам. Затем все выпили за здоровье Федора и Ирины.

В этот день царская чета раздала представителям духовенства, двора, стрельцам и горожанам множество огромных именинных калачей — до полуметра длиной. Служителям церквей отправили хмельные напитки и всевозможные продукты, в богадельни и тюрьмы — милостыню.

Вместе с царской четой день рождения их дочери отметила вся страна: никто не работал, не торговал, не воевал, все ели и пили за здоровье Феодосии. Однако оно, несмотря на все старания и заботу, оказалось слабым.

25 января 1594 года царевна умерла. Причина ее смерти осталась неизвестной. Может быть, она была хилой от природы, а может быть, стала жертвой инфекционного заболевания. В начале 90-х годов от «морового поветрия» в Пскове и Новгороде скончалось много царских воевод и служилых людей, которых пришлось заменять новыми.

Детская смертность вообще в то время была огромной — из-за отсутствия квалифицированной медицинской помощи и не совсем правильного ухода. До четырех лет маленькие дети практически не бывали на свежем воздухе (боялись сглаза) и очень мало получали витаминов, ведь фруктов почти совсем не было. Поэтому рахит и цинга очень часто встречались даже среди знати. Например, изучение погребения XVI века представителей рода Юрьевых-Захарьиных в Ново-Спасском монастыре показало, что многие рано умершие дети страдали от заболевания ног, вызванного рахитом. Цинга стала причиной ранней кончины царя Федора Алексеевича. Немало было и других смертельных детских болезней, поскольку никаких прививок в то время не делали.

Смерть Феодосии повергла царя и царицу в огромное горе. Все их планы о том, чтобы сделать дочь наследницей престола, рухнули. Вновь судьба царского трона становилась одной из острейших проблем.

Можно предположить, что Федор Иванович решил сделать своей преемницей жену. Ирина была умна, хорошо образованна и окружена многочисленными родственниками — опытными политиками, полководцами и дипломатами. С их помощью она могла успешно править государством до самой смерти. В официальных грамотах трафаретной становится такая фраза: «Се яз, царь и великий князь Федор Иванович всея Руси, со своею царицею и великой княгинею, Ириной». Фраза подчеркивала, что соправителем государя является его супруга.

Федор, скорее всего, не обвинял Ирину в отсутствии детей. Может быть, он считал бесплодие наказанием ему самому за грехи отца, часто обагрявшего руки кровью и родственников, и подданных. Поэтому царю никогда не приходила мысль развестись с женой и поискать иную спутницу жизни. Только Ирину он стал представлять как свою наследницу, хотя у той при отсутствии детей перспектив все равно не было. Даже проведя на престоле долгую жизнь, царице в итоге пришлось бы вновь решать проблему передачи власти.