Людмила Макарова – Планета миражей (страница 58)
– С чего бы начать, – задумчиво произнес Юн, нарушив затянувшееся молчание, – пожалуй, с того, что наша встреча все-таки случайна… Единственное, что я знал, когда пришел в то крыло, это то, что там среди арестантов было несколько пилотов.
– Нет! Не с этого, – Рэд открыл глаза и сел. Если он и отключился – не больше, чем на несколько минут – на блеклом небе по-прежнему догорал закат. Какой-то пыльный закат. Солнце садилось в дымку, краски смазались. Здесь все было ненастоящим, горящим вполнакала, начиная с охранных систем и не реконструированных пустошей в центре материков и кончая местным светилом.
– Откуда тебя знает капитан АСП Джой Ив?
– За всю жизнь ты так и не научился слушать и не опережать события, – покачал головой Юн и улыбнулся, – может, именно поэтому я выбрал тогда тебя… Джой мой сын.
Рэд думал, что уже не сможет ничему удивиться. Он присвистнул, встал и сверху вниз уставился на собеседника, который остался сидеть, скрестив ноги. Его лицо казалось высеченным из темного дерева. При желании можно было найти кое-какое сходство. Но только с теперешним Джоем, повзрослевшим, а не с тем мальчишкой, который заявился на «Монику».
– Он тяжело ранен, – нехотя сказал Рэд, – я даже не знаю, жив ли еще.
Юн кивнул.
– Иначе бы ты не пришел.
– Все это время я думал, что тебя расстреляли! При другом раскладе, может, и пришел бы.
– Мало ли кто что думал, – Юн поднял голову, взглянул на собеседника с грустной полуулыбкой и перестал напоминать изваяние. – Я тоже был уверен, что на окраине галактики тебя расстрелял патруль. Пока как-то раз сюда не явился Джой. И не рассказал мне кое-что о капитане, с которым работал. Но какой смысл мне было разыскивать тебя, Рэджи.
– Ты же говорил, что знаешь все имена богов, нес какую-то чушь про светлые пути, темные энергии, живые планеты и спонтанные тоннели! Что ж ты за все это время не узнал как у меня дела?
Рэд потер висок и пошарил по карманам в поисках завалявшегося в одном из них стикера с обезболивающим.
– Да? Я, правда, такое говорил? – Юн рассмеялся. – Не помню. Но очень самонадеянно с моей стороны. Очень. Ты не представляешь, какое количество эзотерических и религиозных источников мы растеряли, когда удирали с Земли-1 во время Первой звездной. Никакая реконструкция планеты не может воссоздать ее тайные знания, хранившиеся в древних манускриптах и наработки нейропрограммирования, которые широко применялись во время войны. Если бы не это обстоятельство Институт Нетрадиционных исследований сейчас бы правил миром. Но он базируется на жалких осколках метафизики. Мы, вернее наши предки, вывезли только технологии.
– Кто ты, Юн? – спросил Рэд. – Мне казалось, ты полубог.
– Как смело ты оперируешь понятиями, которых не понимаешь, – покачал головой Юн, – кто такой полубог? Тот, кто уговорил раненого идти, не замечая собственную боль? И все?
Рэд не ответил. Он отошел на несколько шагов, скользнул взглядом по джипу и окунулся в прошлое в тщетных попытках вспомнить, что заставило его поверить незнакомцу, возникшему на пороге камеры. Световые эффекты? Странные речи? Рэд был тогда близок к помешательству от отчаяния.
– Эй, Рэд! Ты куда?
Мог ли образ того, тюремного Юна, исказиться болезненно взвинченным воображением до образа настоящего волшебника?
Погруженный в свои мысли он еще раз проделал путь от тюремной камеры до края летного поля, заставил себя не заметить истекавшего кровью Юна, сесть в звездолет…
Здесь надо было остановиться. Как в кабинете у следователя сказать: «Стоп» и остановить запись. Целью эксперимента было выяснить, насколько один человек во время побега подвергся влиянию другого. Или не подвергся. Но Рэд не успел остановиться, он вырвался в космос. Обзорный экран заполнил собой корабль с гигантскими перевернутыми цифрами бортовых номеров…. И «Патруль-309» дал залп из бортовых орудий.
Вспышка.
– А-а-а…
Боль взорвалась в левой половине головы так, что его скрутило пополам и вырвало. Проклятый огненно-красный закат впился в глаза световыми когтями. Ослепший Рэд свалился на землю и корчился на траве, тщетно закрывался от него руками. Кто-то схватил его за плечи и прижал.
– П- помоги… м-мне, – прохрипел Рэд.
Закат погас. Осталась только глубокая первозданная давящая на грудь темнота. Провал. Омут без воды. Не выплыть.
– Я тебе уже помог. Сейчас вернешься, Рэджи. Дыши глубже.
Осколок темноты, застрявший в груди, нехотя таял с каждым испуганным ударом сердца. Мышцы все еще судорожно подергивались.
– Т-триста… Девятый…
– Есть вещи, которые лучше не вспоминать. Ты согласен?
– М-м-м… Триста девять! Его бортовой номер… Я же знал, что должен был его видеть… перед тем, как он меня…
Рэд зажмурился, провел трясущейся рукой по лицу и снова открыл глаза, хватая ртом воздух. Перед носом качнулся лист темно-зеленый, с прожилками, почти черный в наползавшей тени леса. Кожа под ключицей зудела от наклеенного пластыря. Рэд точно не сам его клеил.
– Господи… О-ох… Юн, кто ты?!
– Я готов тебе рассказать. Беда в том, что ты не умеешь слушать. Зато, как только что выяснилось, умеешь вгонять себя в глубокий транс. Очень интересно.
Он только беззвучно шевельнул губами.
– Это такое измененное состояние сознания. Похоже, из-за травмы головы ты не можешь его контролировать. Нет, пить еще рано, вставать тоже, – негромко сказал Юн, – снова будет тошнить. А холодно, потому что ты разлегся прямо на земле…
– Рассказывай! – процедил Рэд сквозь зубы. – Кто ты и откуда?
– Я родом с Айтелы, колония Аналога-3. Так себе планета. Периферия. Жить там довольно скучно. В семнадцать лет это трагедия. Три года я потратил на то, чтобы найти способ перебраться на Аналоги. Ты знаешь, как на Аналогах относятся к нелегальным колониальным эмигрантам?
Рэд знал. Эмигрантом он никогда не был. Но примерно также на Аналогах относились к беглым участникам локальных конфликтов в колониальных территориях.
– В общем, чтобы не умереть с голода я согласился участвовать в одном сомнительном эксперименте ИНИса. Пришел по объявлению о наборе добровольцев, а по окончании эксперимента меня зачислили на первый курс без экзаменов. Закрыв глаза на липовые документы. Вот такая счастливая судьба, – он грустно улыбнулся, – если бы я знал, что это закончится «Зоной 77» – сдался бы властям еще в космопорте.
При словах «Зона-77» Рэда передернуло, и Юн тревожно посмотрел на своего обессиленного собеседника. Обошлось.
– Я побывал на L-80 раньше тебя, Рэджи.
– В группе «Биоса»!
– Да. Как ты?
– Нормально. Спасибо. Со мной бывает…С-слишком много всего.
Рэд сел чересчур резко, но головокружение было легким и даже каким-то болезненно-приятным. В левом глазу таяли мерцающие светотени. Юн протянул ему руку, но Рэд отрицательно качнул головой, поднялся и побрел обратно к месту «пикника». На землю опускался вечер, накрывая перелесок сырыми сумерками. Термоодеяло дышало теплом.
– Итак, ты побывал на L-80, - сказал Рэд.
– Да. А затем еще раз. В составе совместной экспедиции Аналога-1 и СКБ.
– «Группа экстрасенсов была снята с работы на поверхности из-за побочных эффектов…» – процитировал Рэд и выжидательно остановился на полуслове.
– Да, Рэд. Я действительно там едва не свихнулся. Нас расформировали. Кого-то убрали по-тихому, кому-то стерли память, кого-то прикормили и заставили молчать. Когда в играх ИНИса участвует Аналог-1 и СКБ, результат превосходит все ожидания. А поскольку я был совершенно невменяем, а знал больше всех и заходил дальше всех, никто не понимал, что со мной делать. И меня отвезли в «Зону 77», в медблок. Так чтоб с глаз долой, но под присмотром, на случай, если я очнусь и скажу что-то ценное.
– И там ты очнулся!
– Да. И первое, что сказал, нам надо убраться оттуда. Срочно свернуть все работы и убираться. Но все же я еще был не вполне… э-э-э нормален, – чуть улыбнулся Юн.
– Я заметил.
– Не заразиться безумием L-80 невозможно.
– Мне это уже говорили, – усмехнулся Рэд, медленно, скупо рассчитав движения, дотянулся до фляги с водой и пояснил, – я только умоюсь. Продолжай, я слушаю.
– Что ж… Я не смог никого ни в чем убедить, а главное – вспомнить, что именно меня так напугало. И ты знаешь, Рэджинальд, хочешь верь, хочешь – нет, но я не ведал, что творю, когда пришел за тобой. Я знаю так много о человеческой психике, уже тогда знал. Я изучил такое количество древних и современных концепций мироздания. Наверное, все, какие остались, если не брать в расчет вторичные теории, которые плодятся на тех же корнях как паразиты. Мне стоит щелкнуть пальцами и бросить по громкой связи несколько слов, и весь местный космопорт сойдет с ума… Но к встрече с тобой я не имею ни малейшего отношения. Ты мой знак свыше, если хочешь. По-другому я все равно тебе это не объясню.
– Как приятно чувствовать себя посланцем свыше, – ухмыльнулся Рэд, лишь отчасти поверив в то, что услышал. По крайней мере, он теперь знал, откуда у Джоя паранормальные способности.
– Ты никогда не пробовал бороться со своими страстями и пороками, Рэджинальд? – задумчиво спросил Юн, – я сказал знак для меня… В общем, я понял, что поскольку я – единственный, кто взаимодействовал с энергоинформационным полем L-80 и выжил, СКБ с помощью моих же коллег рано или поздно выпотрошит мне мозг. И я удрал из тюремного лазарета. Не так эффектно, как с тобой, но более результативно. И обосновался здесь, где очень давно, еще будучи студентом, встретил мать Джоя. Вот и все.