Людмила Ляшова – Нюрка по имени Анна (страница 9)

Прижимая к груди пакет с покупкой, Нюрка направилась к выходу, когда ее словно магнитом потянуло к красочно оформленной витрине. Дыхание перехватило: под стеклом, украшенные яркими погремушками и пупсами, лежали и без того прекрасные лимонно-желтые и голубенькие ползунки, словно сияющие изнутри, забавные миниатюрные распашонки и покрытые пеной кружев чепчики. Висящий в прозрачном целлофановом пакете ярко-красный атласный конверт для новорожденного выглядел настоящим произведением искусства.

Нюрка восторженно прикрыла глаза, представляя, как бережно возьмет в руки такой же атласный конверт, в котором будет попискивать ее самый родной человечек на свете.

– Интересно, она что, для себя выбирает? – Пробрался в мечты удивленный женский голос.

– Да ты что, дорогая, кто же на такую полезет! – Ответил насмешливый мужской.

К выходу из магазина Нюрка бежала, стараясь задавить рвущиеся из груди рыдания. В одном можно не сомневаться: даже с округлившимся животом, даже с младенцем на руках она по-прежнему будет оставаться изгоем… Нет ничего уродливее и смешнее, чем карикатура на Мадонну. Может, она поступает опрометчиво и жестоко, собираясь выпустить на этот чудовищный свет еще одного мученика, которому придется терпеть насмешки, если не над собой, то над своей матерью? Может, стоит остановить эту безумную затею? Но тогда зачем вообще жить?!!

Вернувшись в свою квартиру, Нюрка первым делом примерила халат. Глазомер у нее оказался хорошим, и обновка сидела на ней вполне прилично. Разумеется, если вообще какая-либо вещь способна смотреться на ее, мягко говоря, нестандартной фигуре.

Аккуратно повесив халат в шкаф, Нюрка задумалась. Чем бы занять себя, чтобы не изнывать каждую секунду от ожидания, тем паче что оно может оказаться бесплодным? А зачем? Ждать – мука для тех, кто только этим и занимается. Ей же ни разу в жизни не приходилось ждать чего-то хорошего, поэтому вполне можно наслаждаться новым ощущением. Можно даже помечтать, как в детстве. И обязательно придумать счастливый конец этой истории.

Нюрка добросовестно наслаждалась болезненно-сладким томлением все выходные и понедельник заодно.

Глава 10

Во вторник с самого утра пришлось одеться и идти в дом напротив, чтобы исполнить свою трудовую повинность. Баба Галя встретила Нюрку радушно. Ведро, тряпка и прочие «аксессуары» уже поджидали ее у порога.

Как Нюрка и подозревала, в подъездах было гораздо чище, чем в прошлый раз. Очевидно, измученные грязью и вонью, жильцы теперь не спешили мусорить, а у посторонних, должно быть, просто не хватило времени. Нюрка старательно вымыла лестничные пролеты, лифты. И даже оттерла копоть на кнопках управления лифтом. Хотя родные, пластмассовые кнопки были давно сожжены безвестным вандалом и заменены алюминиевыми, какой-то оболтус опять долго, но безрезультатно держал возле них пламя горящей спички.

Спустя часа четыре с обоими подъездами было покончено, и Нюрка, сменив «общественное» ведро на домашнее, мыла полы в квартире бабы Гали. Сама хозяйка хлопотала на кухне, лишь время от времени выглядывая в коридор, чтобы проконтролировать работу и осчастливить Нюрку ценным указанием. Справившись и с этим заданием, Нюрка тщательно вымыла руки (и так не образец изящества, не хватало еще грибок подцепить!).

– Дочка, иди блинцов покушай! – Позвала баба Галя. – До Масленицы, конечно, далеко, но блиночков всегда хочется. Да и в магазин за хлебом не набегаешься. А так, мукички наколотил, на сковородочку и, пожалуйте, с пылу с жару… – Рассуждала старушка, накладывая блины в тарелку перед Нюркой. Сверху щедро полила двумя большими ложками смородинового варенья. – Кушай, не стесняйся, – поощрила гостью и наполнила большую чашку своим «фирменным» травяным чаем.

Баба Галя наконец прекратила суетиться, присела на стул напротив Нюрки, и минут пять они в полной тишине уничтожали ажурные блины. На шестой минуте хозяйка прервала молчание, хотя было заметно, с каким трудом до этого она выдерживала паузу вежливости:

– А ты, дочка, сама живешь?

– Сама, – подтвердила Нюрка.

– А родители живы?

– Не знаю… – Нюрка запила чаем образовавшийся в горле ком. – Я детдомовская.

– Ай-я-яй!.. – Сокрушенно покачала головой старушка. – Сиротка, значится… А замуж не вышла?

Нюрка едва не подавилась от неожиданности. Смахнула с ресницы навернувшуюся слезу и, с трудом отдышавшись, ответила вопросом на вопрос:

– Да что вы, бабушка, кому я такая нужна? – Почему-то с бабой Галей говорить даже на такие темы было достаточно легко.

– Ну здесь, дочка, ты не права. С лика воду не пить, а красотой сыт не будешь, да и не вечная она, красота эта… Девка, смотрю, ты работящая, серьезная, не то что нынешние вертихвостки. Тем лишь бы наряды менять да по танцулькам бегать… У меня вот подруга есть, а у нее сынок – парень тоже серьезный, не из балованных. Не женатый. Хочешь, познакомлю?

– Да что вы?! – Нюрка испуганно взмахнула руками. – Да он на меня и смотреть не захочет!

– А он на тебя смотреть и не сможет, – совершенно спокойно ответила баба Галя. – Сын у подруги с детства слепой. Ей уже недолго на этом свете суетиться… Посуди сама, там он один останется, тут ты одна. Одиночество, дочка, страшная вещь. Вдвоем попроще будет жизнь эту жить… Вы оба молодые, опять же, может, Господь даст, дитя родите. На старость утешение и опору… Не обязательно ведь деточка получится некрасивая или безглазая… Да что ты все головой качаешь?

– Спасибо, но не надо меня ни с кем знакомить… – Нюрка вдруг подумала, что, даже разговоры подобные ведя, она невольно изменяет Игорю, и жутко покраснела от стыда.

Баба Галя оказалась проницательной, словно сказочная ведунья:

– Понятно… Уже в кого влюбиться успела? Поверь, дочка, не доведет это до добра. Настоящая любовь – это забота о муже и уважение к нему до гробовой доски… Ну, чтоб и он, конечно, о тебе заботился и уважал. А страсти всякие – это от лукавого. Так что не отказывайся сразу, а хорошенько сначала обмозгуй.

Следуя этому совету, Нюрка «обмозговывала» всю дорогу домой. А ведь кое в чем права баба Галя, права… По раскладу, как ни крути, получается – слепой парень ей куда больше подходит, чем здоровый, красивый Игорь… К тому же богатый. А Нюрка… Что Нюрка может ему дать, чем удержит рядом? Натешится и бросит, даже не вспомнит потом, что была такая. Может, уж сразу порвать? Послушаться бабу Галю? Только вот получается, что брак с ее слепым ставленником для Нюрки будет больше по расчету, чем надежды хотя бы на мимолетное счастье с Игорем. Да и жестоко это. Нелюбимому мужу жена не в утешение, а в наказание, только жизнь испортит. Да, верно, могло бы стерпеться – слюбиться… Если бы в ее судьбу так стремительно не ворвался Игорь. А теперь Нюрка знает, что такое любовь, и обманывать себя суррогатами не сможет. Игорь, Игорь… что же ты натворил?..

Сердце сжалось в крошечный комочек и заныло. Маленькая искорка разгоралась в груди, пока не заполнила все тело сладкой истомой… Нюрка судорожно вздохнула: «Игорь…»

Глава 11

В среду Нюрка проснулась засветло. В радостном возбуждении она принялась хлопотать по хозяйству. Особенно убирать было нечего, но она довела квартирку до настоящего блеска и, едва дождавшись восьми утра, с большой хозяйственной сумкой вышла на улицу. Игорь ведь обещал приехать через неделю, а значит, вернется сегодня вечером. Из Питера даже самолетом не ближний свет, да и неизвестно, успеет ли он перед вылетом поужинать. Нюрка представила, как он придет к ней, уставший, голодный… Вот тут его и будет ждать сюрприз!

Не обращая внимания на магазины, Нюрка прямиком направилась на городской рынок. Для Игоря она должна купить самое лучшее. Сумка быстро наполнялась: банка домашней, густой, как масло, сметаны, тугая белоснежная головка капусты, золотистые луковицы… Не обошла Нюрка стороной и мясной ряд, благо финансы пока позволяли.

Домой она вернулась с почти неподъемной сумкой, ноющими от тяжести руками, но невероятно довольная. Поставила на плиту на медленный огонь вариться бульон с большим куском свинины. Готовить Нюрка умела, но не любила. Да и какая женщина любит, если не для кого? Не себя же разносолами ублажать? Развела и поставила в теплое опару. Поминутно глядя на часы, принялась ловко шинковать капусту.

Время в этой суете летело незаметно, но… все равно слишком медленно. В окнах дома напротив начал зажигаться свет. Нюрка бросила в бордово-красный наваристый борщ пучок изрубленной зелени и отключила конфорку. Пышный, на славу подошедший пирог с капустной начинкой поставила печься в духовку, все одно к столу его следует подавать остывшим. А вот мясо должно быть с пылу с жару. Так что заготовка для мясного блюда пусть пока в холодильнике постоит. Время для приготовления с лихвой хватит, пока Игорь будет раздеваться, мыть руки, наслаждаться большой тарелкой ароматного борща с куском румяного пирога…

…Нюрка сидела за кухонным столом и смотрела в окно на медленно падающие пушистые хлопья снега. Особенно красиво у светящихся фонарей…

Готовый пирог с золотистой корочкой уже выложен на блюдо и прикрыт белоснежным полотенцем.

Нюрка вздрогнула, когда послышался звук открывающейся входной двери и в общем коридоре раздались тяжелые, неуверенные шаги – вернулся загулявший сосед…