Людмила Ляшова – Нюрка по имени Анна (страница 10)
Перевела взгляд на циферблат часов. Полночь… Ждать больше нечего. Слезы сами покатились из уголков глаз…
«Ну, что ты? – пыталась успокоить себя Нюрка. – Он же обещал вернуться через неделю. Игорь улетел в четверг, значит, ждать его надо лишь завтра! – Но доводы, хотя и казались здравыми, помогали мало. – Он не придет НИКОГДА! Я не нужна ему. Я ему никогда не была нужна… Посмотри на себя, уродина! На что вообще можно надеяться? Скажи лучше ему спасибо за то, что не побрезговал лечь с такой в постель! И хватит ныть! Представь, если он все же придет завтра и увидит твою жуткую физиономию, вдобавок опухшую от слез…»
От последней мысли рыдания только вырвались наружу.
Глава 12
Утром следующего дня Нюрка чувствовала себя совершенно изможденной ночной истерикой. В надежде прийти немного в себя погрузилась в теплую ванну. Омывая водой опухшее лицо, она почти физически ощущала, как разглаживается кожа и сходит отечность. Зажав нос двумя пальцами, полностью погрузила голову под воду. Теперь, когда не надо было беречь свои роскошные косы, она могла позволить себе подобное ныряние.
Нюрка надела новый халат и опять заняла свой пост у кухонного окна. Она никогда не думала, что ожидание может быть столь болезненным. Тут же одернула себя: ей больно не от этого, а потому что она не знает, ждет она или просто сходит с ума?
Второй день подряд слабая надежда начинала сменяться апатией, от которой до отчаяния рукой подать. Солнце по-зимнему рано скрылось за горизонтом, а стрелки часов застыли на четырех после полудня, когда звонок ожил и истерично залился трелью. От неожиданности Нюрка едва не свалилась со стула. Спотыкаясь о собственные тапочки и путаясь в полах халата, бросилась открывать первую дверь. Дрожа всем телом, бегом пересекла общий коридор и поспешно распахнула вторую…
Улыбка моментально исчезла с ее губ. Тело охватил болезненный столбняк: на лестничной площадке толпилась компания Семена в полном сборе и с самим Семеном во главе. Нюрка с трудом справилась с оторопью и попыталась захлопнуть дверь. Не тут-то было! Семен успел подставить ногу, а в следующий момент с силой открыл дверь на полную ширину.
– Нюрка, ты что так не гостеприимно? – Посетовал досадливо, обдав ее совсем свежими водочными парами. – Мы ж по-товарищески, мы не ссориться, а мириться пришли. Должок за нами числится, вот отдать спешили… А ты гостей встречаешь – дверью по морде. Нехорошо… Неужели так и будешь на пороге держать? Пошли, пошли, – подзадорил всех, и компания ринулась в квартиру, почти насильно увлекая за собой Нюрку…
На кухне Семен торжественно продемонстрировал купюру и, положив на стол, азартно прихлопнул ее ладонью:
– Вот пятерочка, как с куста. Мы долгов не забываем… А это что? – Приподнял полотенце. – О-о-о! Ты прямо как чувствовала, что в гости нагрянем. С чем это он? – Ковырнул пирог пальцем, обнажая начинку. – С капустой! Молодчина, с капустой – мой любимый. Ну, закусь есть, Витек, не жиль бутылку! Сейчас мировую пить будем.
– Не надо… Пожалуйста, не надо!.. – Попыталась протестовать Нюрка, но на ее слова никто не обратил ни малейшего внимания.
Если бы Нюрку попросили описать словами ее ужас, она бы едва ли справилась: в ее квартире, ее крепости, было тесно как раз от тех, от кого она в первую очередь здесь и пряталась.
Один из компании достал из-за пазухи непочатую бутылку водки. Семен вовсю шерстил по буфету, расставляя на столе разнокалиберную посуду – от рюмки до чайной чашки. Емкости тут же наполнились водкой. Семен разломал пирог на куски и поднял стакан:
– Ну, вперед! Как говорится, лучше хороший мир, чем плохая война. – Залпом выпил, понюхал пирог и откусил с добрую половину куска. Смачно двигая челюстями, окинул взглядом забившуюся в угол Нюрку и налитую для нее нетронутую рюмку: – А ты чего это не пьешь?
Затравленно пряча глаза, Нюрка отрицательно покачала головой.
– Ты что, нас не уважаешь? Выпить с нами брезгуешь? – Семен начал злиться.
– Не надо… Я совсем не пью… – Попыталась оправдываться Нюрка.
– Не можешь – научим, не хочешь – заставим… У нас так на заводе говорят, не слышала? Ну, пей! Ребята, придержите Квазимоду!
После короткой возни Нюрка оказалась в надежных захватах. Ей зажали нос, а когда задерживать дыхание больше не было сил и Нюрка открыла рот, чтобы хватануть глоток воздуха, выплеснули туда содержимое рюмки. Нюрка задохнулась. Ее отпустили, и она, согнувшись в три погибели, пыталась прокашляться и хоть немного прийти в чувство.
– Так-то лучше, а то «мама, мама». – Семен хохотнул с одобрением. – Мы ж не звери какие. Мы люди с понятием. Вот на днях Петрович вызвал нас и сказал, как мужик мужикам: «Нехорошо! Нехорошо ущербных обижать». А мы что? Мы сразу осознали. Раскаялись, можно сказать. А ты с нами выпить брезгуешь! Нехорошо… Еще, что ли, по одной?
Бутылки водки на пятерых, не считая глотка влитого в Нюрку, хватило ненадолго. Кто-то из компании нанес визит холодильнику и сразу обнаружил полную бутылку коньяка.
– О! – Обрадовался Семен. – А ты не дура. Вот это молодец, вот это по-нашему!
Нюрка молчала, она мечтала лишь об одном – чтобы непрошеные гости поскорее закончили куражиться и убрались восвояси!
Коньяк заканчивался еще быстрее первой бутылки, а компания лишь начала входить во вкус и желала продолжения банкета. Когда оставалось меньше четверти бутылки, Семен принялся шарить по своим карманам. Извлек несколько мелких купюр.
– Блин! Не хватит и на один пузырь… – Его взгляд остановился на лежащей на столе купюре. – Слушай, Нюрка, ты у нас не жмот, мы тебе в следующий раз должок вернем. Понимаешь, душа поет и жаждет пьянки. Слав, держи лавэ. Давай дуй в магазин. Одна нога там, другая – здесь.
– Ты чё, крайнего нашел? – Возмутился Станислав.
– Слава, не выделывайся! Витек прошлый пузырь брал, грошики я скидывал. Так что «черепашкой» тебе быть. Ну сам посуди, не даму же снаряжать!
Недовольно ворча, Станислав удалился.
Дождавшись, когда за ним захлопнется дверь, Семен потянулся за остатками коньяка:
– По пять капель.
– Славка обидится, – заметил Виктор.
– На обиженных воду возят, – отмахнулся Семен. – Принесет пойло – штрафную накатит.
Коньяк с точностью, обусловленной изнуряющими тренировками, был разлит в четыре емкости. Последние капли Семен выжал в Нюркину рюмку.
– Ну?.. – Подвинул к ней.
Нюрка продолжала сидеть, заторможенно глядя в одну точку.
– Слышь, Квазимода, ты нас не зли. Пей сама или счас опять вольем! – Заплетающимся языком пообещал Виктор.
Нюрка с отчаянием схватила рюмку и опрокинула в рот дозу, достаточную лишь для того, чтобы смочить язык.
– Братва! – Заржал один из компаньонов. – Вы поглядите только, какие у Квазиморды квазилапы! – Он схватил Нюркину руку и распластал по столешнице.
– Спрячь! – Возмутился Виктор. – Как представлю, что она этими клешнями тесто месила, блевать хочется.
– Значит, выпей, – с ухмылкой предложил Семен. – Коньяк она уж точно не на когтях настаивала.
Виктор вскочил на ноги и, натыкаясь на каждый угол, рванул в туалет. Послышались звуки, характерные для освобождающегося желудка.
– Слабовата молодежь, – заржал Семен. – Ты, Нюрка, себе цены не знаешь. Тебя же за деньги показывать надо. А чё? Это мысль! Бери меня в менеджеры. Прикинь только афишу: «Квазиморда дрессированная. Ночной кошмар средь бела дня. Слабонервных просим удалиться». Гы-гы…
Прерывая его посреди мысли, залился дверной звонок.
– О! Славик вернулся! – оживился Семен, потирая руки. – Открывай, хозяйка, ворота!
Нюрку долго упрашивать не пришлось. Она протиснулась мимо сидящих, почти подбежала к шкафу, встроенному в стену коридорчика, и попыталась достать пальто и сапоги. От неловкого движения с полки с грохотом посыпалась обувь. На шум выглянул Семен и сразу конфисковал одежду.
– Ты, Квазиморда, никак в бега ударилась? – Он многозначительно помахал пальцем перед ее лицом. – Ты меня не зли – хуже будет!
Нюрка поплелась в общий коридор. Она ведь действительно собиралась убежать из еще вчера уютной квартирки куда подальше. А теперь… Что теперь? На улице не такой уж мороз. До соседнего дома минут пять, если бегом. Даже босиком не смертельно… Баба Галя добрая, она поймет и приютит на ночь.
Нюрка положила руку на замок, вдохнула полную грудь воздуха и закрыла глаза – впервые в жизни она решилась на столь дерзкое неповиновение. Резко распахнула двери и, как в омут, ринулась навстречу свободе. Расчет был практически верен: нетвердо стоящий на ногах Станислав, да еще учитывая фактор неожиданности, не смог бы ее удержать. Но…
Нюрка словно натолкнулась на каменный монолит. Сильные руки, несмотря на отчаянное сопротивление, водворили Нюрку обратно в коридор.
– Анна, что с тобой? Что произошло? – Участливо спросил знакомый голос.
Нюрка открыла глаза и с ужасом уставилась на Игоря. Волосы зашевелились на затылке. Ее уже не пугало возвращение к пьяной компании, лишь бы… Лишь бы Игорь ничего не узнал! Что он подумает? Он же ей никогда не простит… Ну, почему Семен всегда отбирает у нее самое дорогое?! Поняв, что Игорь собирается пройти в квартиру, уперлась ладонями в его грудь и зашептала с отчаянием:
– Нет… Не надо… Не ходи туда!..
– Ты что, выгоняешь меня?
– Пожалуйста… Только не сегодня!
– Анна, что с тобой? – Игорь обеспокоенно заглянул ей в лицо.