Людмила Ляшова – Нюрка по имени Анна (страница 7)

– Расслабься, – шепнул он. – Не надо спешить…

Нюрка с неохотой подчинилась, но уже через несколько минут ее дыхание окончательно сбилось с ритма, комок пламени в груди запульсировал сильнее и начал разрастаться. Словно почувствовав момент, Игорь продолжил движения, на этот раз не вызывая никакой боли.

Пламя продолжало расти, охватывая все тело почти болезненной истомой, пока наконец не взорвалось миллионами искр. Нюрка вскрикнула. Почти одновременно с ней Игорь издал короткий вздох и замер, лишь сильнее вжавшись в нее.

Вот и все… Она своего добилась. Только бы судьба не обманула и все не оказалось бессмысленным. Но нет, это было бы настоящей насмешкой. Теперь надо лишь ждать.

– Почему ты улыбаешься?

Нюрка посмотрела на Игоря. Подперев голову рукой, он внимательно за ней наблюдал.

– Не знаю… – Ответила она так же шепотом.

– Жаль. А я думал, ты рада, что мы вместе… – Он наклонился, чтобы еще раз ее поцеловать.

Глава 8

Проснулась Нюрка поздно – зимнее солнце уже вовсю заливало светом ее квартирку. Она сладко потянулась. Взгляд наткнулся на пылающий алым букет роз, вызывая на губах улыбку. Еще ни разу Нюрке не приходилось просыпаться в таком радужном настроении. Прислушалась. Привычная к одиночеству, безошибочно определила, что в квартире, кроме нее, никого нет. К лучшему. Тягостные объяснения отменяются.

Нюрка соскользнула с кровати, но едва ее ноги коснулись пола, со сдавленным стоном уселась обратно: ноги, бедра, живот – да все тело распирало от непривычной тянущей боли. Посмотрела вниз и охнула, прикрыв рот рукой: до самых колен ее ноги покрывали засохшие подтеки крови. Еще одно кровавое пятно красовалось на простыне. Нюрка положила руку себе на живот и прислушалась, пытаясь понять, принялось ли в ней семя и стоит ли ожидать всходов. Занятие было заведомо тщетным. Набросив халат, Нюрка сдернула с кровати простыню и решительно покосолапила в ванную.

С блаженством погрузилась в теплую воду. Что ж, она опять осталась одна… Остается тешить надежду, что не совсем одна… Нюрка вдруг отчетливо представила, как Игорь проснулся утром и обнаружил себя лежащим рядом неизвестно с кем. Как поспешно, воровато, бесшумно собирался, опасаясь, что она со слезливыми причитаниями откроет глаза, и горько усмехнулась. А чего, собственно, она ожидала при своей внешности? Как любит говорить Семен: «Некрасивых женщин не бывает, бывает мало водки». Вчера коньяка было предостаточно, но утром неизбежно, как и похмелье, наступает раскаяние… По крайней мере, в следующий раз Игорь трижды подумает, с кем пить, даже с благотворительными целями, чтобы опять не оказаться в постели с подобной уродиной.

Выбравшись из ванны, Нюрка насухо вытерлась полотенцем, надела халат и уж собралась привести в порядок косу, когда вспомнила о ее полном исчезновении. Но больше не было ни слез, ни сожаления: может, коса – это всего лишь копеечная плата за вход в новую жизнь? Ведь не валялась бы Нюрка носом в сугробе, Игорь не оказался бы в ее квартире. Не было бы этой ночи и надежды обрести счастье в маленьком пищащем комочке, который подрастет и однажды назовет ее нежным словом «МАМА».

Замочив простыню в тазу, Нюрка почувствовала настоящий приступ голода и направилась на кухню. Пока грелся чайник, открыла дверцу холодильника и в изумлении замерла: полки буквально ломились от ярких упаковок и свертков. Оказалось, что вчера на стол попала лишь незначительная часть принесенных Игорем деликатесов. Нюрка поколебалась, не зная, как относиться к подобной щедрости. Хотя, в конце концов, Игорь совсем не похож на мужчину, способного выгрести из холодильника недоеденные угощения. Наверняка для него это не потеря, зато Нюрка теперь на несколько дней избавлена от неприятной необходимости выходить в магазин. С чувством все растущей благодарности Нюрка соорудила себе пару бутербродов, налила большую чашку чаю и уселась за кухонный стол завтракать.

Нежный вкус ветчины и острый сыра вернули в памяти события прошлой ночи. Игорь… он необыкновенный, нежный, добрый… Если бы все могло быть по-другому… Но ни Игорь, ни она не виноваты, что они слишком разные. Нюрка вспомнила прикосновения его рук и почувствовала, как ее сердце снова превращается в пылающий уголек… Уж не угораздило ли ее влюбиться?! Нюрка не на шутку испугалась, но тут же решила, что в любом случае это ее проблемы и плохо от этого никому постороннему не будет. Она станет теперь жить будущей любовью к своему ребенку и памятью прошлой ночи.

Стряхнув с себя оцепенение, Нюрка взяла веник, кухонное полотенце и пошагала в зал – пора заняться уборкой. Настроение было настолько прекрасным, что она даже бубнила себе под нос мотивчик, в котором сам Валдис Пельш не узнал бы оригинала.

Нюрка составила стопкой забытые вчера пустые тарелки, потянулась к бокалам и вдруг застыла, выронив веник. На столе, прижатые ножкой одного из бокалов, лежали… доллары! Нюрка нерешительно ковырнула их пальцем, раздвигая веером: пять сотенных купюр… Ошалело опустилась на стул. Как он мог? Как он мог оставить ей деньги?! Нюрка всхлипнула и тут же себя одернула. Собственно говоря, что «как он мог»? Да при такой внешности Нюрку ни то что с пьяных глаз, под полным наркозом нельзя вообразить валютной проституткой! Следовательно, Игорь лишь еще раз проявил такт и благородство: поняв, что произошло, не стал плеваться и оскорблять в сущности ни в чем не повинную калеку, а просто откупился за якобы нанесенный моральный и физический ущерб… Подобное объяснение не заглушило полностью обиды и не принесло решения, что делать с деньгами. За что их брать, если Нюрке самой было… Она инстинктивно положила ладонь на свой живот…

Что делать? Не быть дурой! Ей эти деньги не нужны, но если все же судьба милостива и у нее будет ребенок? Разве она не имеет морального права потратить на него деньги отца? Пусть даже Игорь никогда не узнает, что его угораздило отцом сделаться.

Нюрка спрятала деньги в вазочку в самом дальнем углу серванта и продолжила уборку. Как ни старалась продлить «удовольствие», к семи вечера квартира сияла, постиранная простыня сушилась на веревке в ванной, а Нюрка маялась бездельем.

Взяла с полки купленный больше года назад женский роман. Дочитать его дальше тридцатой страницы Нюрке не удавалось, несмотря на шесть попыток. Она доходила до откровенной сцены чужой любви и каждый раз со слезами зависти откладывала книгу. Теперь, когда в ее жизни была такая же безумная ночь, можно было попытаться узнать, о чем автор расписывал на целых пятьсот страниц, если уже на тридцатой между главными героями царят полное взаимопонимание и любовь?

Хлопнула входная дверь. По коридору протопала шумная компания и исчезла, судя по звуку, в квартире слева, где проживал веселый, в меру бесшабашный и не злой (по отношению к Нюрке) холостяк. Взвыл магнитофон. Почти картонные стены малосемейных квартир практически не глушили шумов. Без тени раздражения, Нюрка пришла к выводу, что гулянка у них закончится не раньше полуночи, и снова углубилась в чтение.

Послюнив палец, она приготовилась перевернуть тридцатую, «проклятую» страницу и подпрыгнула от неожиданности: кто-то нажал кнопку ее дверного звонка. Нюрка досадливо поморщилась – опять соседские гости перепутали кнопки. Может, одумаются? Звонок продолжал надрываться, а в квартире слева такой гам, что, даже если бы звонили к ним, там могли и не услышать. Со вздохом отложив книгу, Нюрка вышла в коридор.

Не хотелось видеть ни брезгливые, ни жалостливые взгляды, поэтому Нюрка привычно уставилась в пуговицу на своем халате, открыла дверь и отступила на шаг, пропуская чужих назойливых посетителей. Против ожидания шумная гурьба не ринулась мимо. Человек просто переступил порог и остановился рядом. Пересилив себя, Нюрка пробормотала:

– Вам туда… – И указала на дверь напротив входной.

– Хм… Вот это я понимаю гостеприимство, – произнес знакомый голос.

Не веря своим ушам, Нюрка вскинула голову и с изумлением уставилась на улыбающегося Игоря:

– Ты?!

– Прости, если разочаровал, но это действительно я.

Объяснить с позиции логики данный визит не получалось. Если только…

– Твои деньги там, в серванте… Я сейчас принесу, – заторопилась Нюрка.

Игорь нахмурился, заставляя ее испуганно сжаться:

– Анна, давай договоримся, если ты еще раз при мне упомянешь о каких-либо деньгах, я рассержусь.

– Но тогда… тогда зачем ты пришел? – Пролепетала она.

– А тебе не приходило в голову, что я просто хотел тебя увидеть? – Спросил шепотом Игорь и, приподняв ее лицо за подбородок, коснулся Нюркиных губ осторожным поцелуем.

Надо же было случиться, что именно в этот момент распахнулись двери соседской квартиры и в коридор высыпала целая толпа желающих покурить на свежем воздухе. Сцена получилась из репертуара «К нам едет ревизор». Сосед с трудом вернул отпавшую челюсть на место. Под его ошарашенным взглядом мордочка Нюрки запылала краской смущения. Игорь же невозмутимо поздоровался с окаменевшей компанией и, приобняв Нюрку за плечи, предложил:

– Давай зайдем в квартиру. Мы здесь весь коридор перегородили.

Нюрка прошла в комнату следом за Игорем и настороженно, словно затравленный зверек, следила, как он по-хозяйски снимает пальто и вешает на спинку стула.