Людмила Лазебная – Душа альбатроса 3 и 4 части (страница 17)
Именно от прадеда Евгения Боратынского по материнской линии Наталья унаследовала дар литературного творчества, а от прапрабабки-фрейлины – чувство художественного вкуса и любовь к прекрасному. Это была очень утончённая девушка, под стать Борису Бобровскому. Не зная их, можно было предположить об их родстве, настолько гармонично они выглядели рядом. Борис из когда-то смешливого и худосочного мальчишки превратился в высокого и стройного красавца. Свойственная всему семейству Бобровских некая «поджарость» телосложения и худощавость лица выигрышно выделяли его в годы учёбы среди товарищей-гардемарин и теперь среди морских офицеров. Внимательный и пристальный взгляд тёмно-карих, почти чёрных глаз порой приводил собеседника в замешательство и необъяснимое волнение.
– У нашего Бореньки взгляд демона или, на худой конец, волка-одиночки», – как-то раз пошутил весельчак Николай Бутурлин. – Будь я девицею, я бы сгорел под его взглядом! – и это не было шуткой.
Друзья хорошо знали Бориса и были уверены, что нет на свете надёжнее товарища. Для многих сослуживцев был он негласным лидером, больше жизни ценившим верность, офицерскую честь, доблесть и любовь к Отечеству. Таилась в нём некая глубинная духовная сила, сравнимая с кипящей магмой мощного вулкана. И беда тому, на кого эта «магма» могла быть извергнута. Офицеры и моряки ценили его высокую культуру общения, благородство, знание морского дела и спокойную доброжелательность. Чувствовался в молодом Бобровском крепкий стержень – порода воина-защитника!
Именно эта черта особенно приглянулась Наталье. В тот самый вечер, когда они впервые танцевали, он не сводил с неё глаз. Ей было лестно внимание этого, чуть угрюмого молодого офицера. В момент, когда он, нежно взяв её руку, наклонился в поцелуе, она почувствовала лёгкий аромат его волос, и ей захотелось прижаться губами к его коротко стриженой макушке и замереть, не замечая никого вокруг…
Борис, лёжа на казённой койке, представлял образ Натали и чувствовал нарастающий прилив сил и желание быть с ней рядом, чувствовать её дыхание, касаться таких нежных рук. Он воображал в мечтах, как будто незаметно для всех трогает шлейф её платья, ласково пропуская шёлковую ткань сквозь пальцы… Мысли о любимой девушке так сильно волновали Бориса, не оставляли его ни на секунду, что, перевернувшись на живот и подмяв руками подушку, он вдруг застонал. Впервые в жизни он не в силах был остановить эти сладкие, навязчивые желания, всё естество его требовало любви, трепета объятий, нежности и страсти.
…Изучение истории местности отнимало у Бориса Бобровского достаточно много времени, поскольку дотошность и основательность во всём были одной из основных черт его характера.
«По китайским меркам возраст сто лет для города – это неприлично мало», – думал он, анализируя информацию из старых книг. – Каких-то четыре-пять лет назад города с таким названием вообще не существовало. Был Ляодунский полуостров с военно-морской базой Люйшунь да мелкие рыбацкие деревушки, а сейчас вон, как разросся. Как это китайцы так быстро плодятся? У нас в Бобровке, да что там, в Бобровке, по всей Орловщине за такой срок навряд ли бы столько народу народилось», – рассуждал Борис. Почему-то из всего прочитанного материала он обратил внимание именно на плодовитость местного населения.
Изучение истории и географии местности Борису были необходимы и важны не только для службы, но и для саморазвития. В этот раз, продолжая читать «Пособие для комсостава по истории Порт-Артура», он узнал для себя много нового. О происхождении названия Порт-Артур он знал ещё со времен обучения в Морском кадетском корпусе. О том, что во время Второй опиумной войны Англии и Франции с Китаем в 1856-60-х годах эти две европейские страны уже имели захватнические интересы. Они беспрепятственно завозили огромными партиями и продавали дешёвый опиум китайскому населению, стремясь изнутри уничтожить великую китайскую цивилизацию, «сломать китайский хребет» и затем, разделив древние земли этой великой страны меж собой на зоны влияния, сделать из них свои колонии. Так, небольшая китайская крепость Люйшунь была захвачена англичанами. После ряда войн этот город-крепость, став уже российским Порт-Артуром, быстро преображался и хорошел. В рамках договора аренды Российское государство, преследуя свою цель – создание надёжной защиты со стороны Японии и моря – строило полукруглую линию обороны в двадцать пять километров на всех сопках, включающую множество фортов, батарей, траншей, окопов, заграждений с электрическим током, подкопов и минных полей. Прибыв в должности первого младшего штурманского офицера на крейсере «Диана» в начале девятьсот третьего года в Эскадру Тихого океана17, дислоцирующуюся в Порт-Артуре под командованием вице-адмирала Оскара Викторовича Старка18, Борис чувствовал неимоверное счастье и гордость за Отечество, наблюдая масштабы преображения Восточной окраины огромного государства. Давняя его мечта – служить на современном бронепалубном крейсере Российского императорского флота – сбылась. Изучив досконально техническую документацию об этом типе кораблей по приказу своего командира, он осознавал важность и мощь первых серийных стальных океанских бронепалубных крейсеров 1-го ранга, спроектированных и впервые построенных в России на Балтике.
Из-за необходимости наращивать морские силы береговой обороны Российская империя стремилась не зависеть от Великобритании. По указанию начальника Главного Морского Штаба и управляющего Морским Ведомством (министерством), членом Государственного Совета адмирала Николая Чихачёва был объявлен конкурс на лучший проект отечественного бронепалубного стального крейсера-«истребителя торговых караванов противника». За основу был взят проект новейшего английского крейсера «Тэлбот», потребовавший значительной доработки российских корабелов…
Вспоминая своё детство и интересные морские рассказы орловского крестьянина Семёна Пушкарёва о кораблях, построенных для России в Англии, Борис с гордостью и большим уважением думал о русских инженерах, конструкторах и мастерах. Они сумели воплотить в реальность свои замыслы и создать на родной земле, на русских стапелях, такие впечатляющие махины, которыми он, вчерашний мальчишка-мечтатель, уже
сегодня способен управлять со знанием дела – бесстрашно и чётко. Счастье и восхищение переполняли его любящее родину сердце. В русском военном флоте эти корабли относились к категории «средний крейсер фрегатского ранга».
Борис знал теперь много нюансов по теории морского дела и мог ответить на самые сложные вопросы и моряков, и командования. Что касалось крейсера, на котором он проходил службу, то в отличие от устоявшейся традиции наименования проектов по названию первого корабля серии, крейсера типа «Диана» были названы по имени второго корабля. Обозначение
Головным кораблём в серии официально являлся крейсер «Паллада», на оконечностях его дымовых труб были нанесены самые узкие отличительные чёрные окантовки или, как их часто называли – «марки», а на дымовых трубах крейсера «Аврора» – наиболее широкие.
Названные в честь древнеримских богинь, крейсера унаследовали имена от парусных фрегатов, входивших в состав Российского военного Императорского флота в девятнадцатом веке. На флоте корабли этого типа прозвали «Богинями отечественного производства», что добавляло гордости командам, служившим на них.
В июне тысяча восемьсот девяносто пятого года в Морском министерстве Российской империи было принято решение строить крейсер не на Балтийском заводе, а в эллинге Галерного островка. Через полгода здесь же решили закладывать уже два крейсера. В начале июня тысяча восемьсот девяносто шестого последовало предписание – заложить в новом Адмиралтействе третий крейсер.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.