Людмила Лаврова – Мама, держи меня за капюшон! (страница 4)

Глаза Арины моментально наполнились слезами.

– Хочешь, возьмем его к нам? Только его нужно кормить и ухаживать за ним, он совсем крошечный еще.

Арина тогда только молча кивнула и, бережно прижав к себе котика, несла его всю дорогу до дома, почти не дыша.

Через какое-то время Лидия Сергеевна стала замечать, что внучка разговаривает с Тихоном, так они назвали кота. Это стало отправной точкой к тому, чтобы девочка заговорила и со всем окружающим миром снова. Кот не отходил от нее ни на шаг и, благодаря тому, что оказался довольно прожорливым, дал повод Лидии Сергеевне шутливо поругивать его, попутно пеняя внучке на отсутствие аппетита. Это сработало. Арина стала лучше есть и скоро стала почти похожа на ту девочку, которую Лидия Сергеевна увидела, когда приехала за ней.

Дочь Лидии Сергеевны, Вера, вышла замуж по большой любви, когда ей было уже хорошо за тридцать. Верочка не была красавицей, но обладала каким-то удивительным даром обаяния. Было в ней что-то такое, что притягивало людей. Лидия Сергеевна видела в ней бесконечную доброту, которой хватало на всех и каждого. Вера работала в регистратуре местной поликлиники и для любого, даже самого нервного пациента находила и доброе слово, и возможность помочь. Иногда это стоило ей слез, потому что другие регистраторы не понимали подобного отношения к пациентам и ругали Веру на чем свет стоит, когда вынуждены были выслушивать от главврача, как надо работать.

– Ты со своим «блаженством» всех достала уже. Не переломится этот дед или та бабка, если посидят полчасика в коридоре. Они за тем сюда и ходят, в поликлинику, потому что заняться больше нечем!

Именно такой «дед» и изменил всю жизнь Веры. Леониду Андреевичу стало плохо в очереди ко врачу. Диабет и сердце – совершенно взрывное сочетание. И только четкие действия Веры помогли в тот день избежать трагедии. А через пару дней в регистратуру явился его сын, чтобы отблагодарить спасительницу своего отца. Михаил потом говорил, что когда услышал, как Вера говорит с людьми, понял в тот день, что имел в виду Пушкин, когда писал: «будто реченька журчит». Спустя полгода он увез Веру за две тысячи километров от родного дома, туда, где устроился несколько лет назад и откуда приезжал только для того, чтобы забрать отца к себе.

– Ведь мы могли не встретиться! Как подумаю! – целовал он Веру.

Лидия Сергеевна выплакала все глаза на их свадьбе, но ни словом не обмолвилась о том, что останется совершенно одна, не считая своей приемной матери, когда уедет единственная дочь. Переехать с ней она не могла, так как ухаживала за своей пожилой теткой, которая вырастила ее.

Почти два года они не виделись, пока Вера не родила Аришу. Тогда Лидия Сергеевна бросила все, наняла сиделку на две недели из тех скудных сбережений, которые делала с пенсии и подработок, и улетела к дочери. Внучку она разглядывала как самое великое на свете чудо.

– Такая же глазастая, как и ты, Верочка! – смеялась Лидия Сергеевна, глядя с каким любопытством крохотная Арина пытается разглядывать погремушки.

В самолете, по дороге домой, Лидия Сергеевна горько плакала, больше всего жалея, что нет возможности быть рядом с этой глазастой девчонкой, с любимой дочерью. Но перевозить на такое расстояние лежачую тетю было подобно приговору. На такое она никогда бы не решилась.

Тетушки не стало за полгода до того, как ушли Вера с мужем. Уснувший за рулем фуры водитель и скользкая дорога стали причиной трагедии, в результате которой маленькая Арина осталась круглой сиротой.

Лидия Сергеевна потом с ужасом вспоминала, как искала внучку, которую родители оставили у друзей, пока ездили смотреть дом в пригороде, который планировали купить взамен квартиры. Ведь она ничего не знала ни о друзьях дочери и зятя, ни об их круге общения, так как виделись они лишь изредка, не чаще двух раз в год. Арину она нашла только на вторые сутки, после того как прилетела. Плакать или горевать она себе тогда запретила, понимая, что если сорвется, то уже не сможет остановиться. И, лишь решив все вопросы с проводами детей и опекой над внучкой, Лидия Сергеевна позволила себе, наконец, заплакать, глядя на последнюю фотографию счастливых своих детей, которую забрала из квартиры Веры и Миши.

– Я тебе обещаю, Верочка, мы справимся! – вытирала она слезы. – Арина ни в чем не будет нуждаться.

Обещание сдержать оказалось не так просто. Помогли старые друзья, которые нашли для Лидии Сергеевны постоянную работу на предприятии, где директор не побоялся взять пожилую женщину, рассудив, что бухгалтер с таким опытом стоит того, чтобы рискнуть. А узнав историю Лидии Сергеевны, вызвал ее к себе и предупредил, что, если понадобится что-то для девочки или нужно будет взять больничный, чтобы она не стеснялась. Нужно ли говорить, что лучшего работника этому директору с тех пор было еще поискать.

Ариша к школе выправилась, стала более общительной и веселой. Грустинка в глазах появлялась только тогда, когда она целовала фотографию мамы и отца, которую бабушка поставила на стол в ее комнате.

– Мамуль, папуль, у нас все хорошо! Я за бабушкой присматриваю, а она – за мной.

С классом и классным руководителем в начальной школе им очень повезло. Светлана Михайловна взяла девочку «под крылышко» и как могла помогала Лидии Сергеевне. Ариша была умненькой девочкой, но, как и любой ребенок в этом возрасте, очень неусидчивой. Светлана Михайловна быстро заметила, что лучшей мотивацией для Арины было, когда ее хвалили, и перестала скупиться на похвалу за любую мелочь. Дело пошло, и Арина скоро стала отличницей, а бабушке не приходилось краснеть за нее на родительских собраниях.

Все изменилось, когда Арина перешла в среднюю школу. Классным руководителем им назначили молодую, очень амбициозную учительницу, Викторию Александровну. Лидия Сергеевна не могла понять, чем та руководствовалась, но через какое-то время Арина очутилась на последних партах, куда новая классная пересадила всех тех, кого сочла «неблагонадежными». Учеба у Арины резко пошла вниз, и Лидии Сергеевне пришлось вмешаться в ситуацию, чтобы выправить перекос. Они сидели над уроками вечерами, Арина не расставалась с учебниками. Выкроив из небольшого их бюджета средства, Лидия Сергеевна купила внучке недорогой ноутбук, чтобы та могла заниматься, используя интернет. Все это дало результат, и Арина постепенно вернула себе заслуженные оценки, но не смогла вернуть расположение классной. Та все еще считала девочку, растущую под опекой бабушки, «проблемной».

На шестом году обучения в классе неожиданно сменился родительский комитет. До этого им руководила Наталья, мама Ромы, соседа по парте Арины, с которой у Лидии Сергеевны сложились самые теплые отношения. Та не раз выручала ее, когда надо было забрать Арину из школы или присмотреть за ней на экскурсии. Но Наташа ждала второго ребенка и решила передать свои обязанности кому-то из родителей. Так совпало, что в класс пришел новый ученик, которого родители перевели из гимназии другого района города, и именно его мама, Анжелика, вызвалась возглавить родительский комитет.

– Мне не привыкать, я много лет была бессменным председателем там, где сын учился раньше, и знаю, что делать.

Она быстро нашла общий язык с Викторией Александровной и с таким рьяным усердием взялась за дело, что спустя какое-то время родители в классе зароптали. Слишком много оказалось инициатив, бесконечных конкурсов и прочих мероприятий, на которые нужно было не только время, которое приходилось отрывать от учебы, но и немалые суммы, которые теперь приходилось сдавать в фонд класса.

Лидия Сергеевна только в прошлом месяце столкнулась с непониманием и осуждением в свой адрес, когда не дала согласия на очередную экскурсию. Дело было не в деньгах, а в том, что у Арины в этот день был экзамен в музыкальной школе. Но, несмотря на то, что причину она озвучила, Анжелика расценила все по-своему.

– Если у вас не хватает средств на воспитание ребенка, я не совсем понимаю, как вам ее доверили? Получается, что вы лишаете ее возможности полноценно развиваться.

Наташа, которая стала невольным свидетелем разговора, резко оборвала ее:

– Мне кажется, что Лидия Сергеевна ясно указала причину отказа. А свои умозаключения стоит держать при себе!

Лидия Сергеевна тогда успокаивающе тронула ее за руку:

– Не стоит, Наташенька, не нервничай. Анжелика, я не спрашивала вашего мнения по поводу того, как и на какие средства воспитывать мне моего ребенка. Я просто ставлю вас в известность – Арина на эту экскурсию не едет. И впредь потрудитесь не срывать меня с работы по столь ничтожному поводу!

Она резко развернулась и пошла к выходу из школы, куда приехала, когда ее вызвали с работы, позвонив и сказав, что она должна срочно приехать в школу. Мгновенно выдумав себе всяких ужасов, Лидия Сергеевна вызвала такси и всю дорогу пытаясь дозвониться до классной, которая была недоступна, или до внучки, которая была в этот момент на уроке. И когда, наконец, она услышала удивленный голосок Арины:

– Бабуль! У меня столько пропущенных вызовов от тебя! Я не могла ответить, у нас же урок.

Лидия Сергеевна выдохнула и уже спокойно спросила:

– С тобой все хорошо?

– Да! А почему ты спрашиваешь?