Людмила Лапина – Перстень с сапфиром. Повести (страница 4)

– Не плачь, смоешь грим, – насмешливо шепнул ей Ричи, но стер ее слезы своими губами. Она вскрикнула, когда партнер опустил ее спиной на походную постель. Ричи почувствовал угрызения совести, хотя всегда мог отделить личное от профессионального и попытался закончить сцену поскорее. Он был достаточно опытен для этого. Сцена должна получиться эффектной, но довольно скромной – льняная юбка все еще оставалась на Саманте, играющей чопорную жительницу восточных штатов, которую судьба свела с лихим ковбоем.

Закончив играть, Ричи быстро поднялся на ноги и прикрылся купальной простыней, чтобы еще больше не смущать партнершу. «Честный человек после этого просто обязан жениться», – невесело подумал он, направляясь к трейлеру, чтобы наконец-то надеть джинсы.

Саманта встала, вся дрожа. Ричи не смутил ее больше, чем это было необходимо. Пока его руки скользили по ее телу, она машинально подчинялась всем его командам, отдаваемым шепотом или нажатием ладони. Мыслями она была далеко отсюда – на побережье родного залива, слушала грохот прибоя и пронзительные крики чаек. Ричи все сделал быстро и профессионально. Имитация любовного слияния выглядела великолепно. Сейчас, глядя, как партнер быстро уходит со съемочной площадки, Саманта искренне помолилась, чтобы он так же ушел из ее жизни, навсегда оставил ее в покое. Но этого так просто не добиться, надо очень постараться. Саманта твердо решила, что приложит все усилия, чтобы оградить свою свободу и жизнь от опасного влечения к Сарандону.

– Я доволен вами, мисс Гловер, – сказал Льюк, вставая со своего кресла. – У вас неплохо получается.

– Мне нужно съездить в Финикс! – выпалила девушка вместо благодарности за похвалу мэтра киноискусства.

– Но съемки только начались, – улыбаясь, сказал Льюк.

– Я не задержусь там долго, – тихо, но властно произнесла Саманта.

– А что вы собираетесь там делать? – поинтересовался режиссер.

– Это вопрос жизни и смерти! – горячо сказала Саманта.

– А все-таки? – настаивал Льюк, хотя глаза его смеялись от удовольствия. Девочка оказалась очень восприимчивой к обучению, которое шло прямо в процессе работы над главной ролью. Ее агент не обманул его. Она далеко пойдет.

– Мне нужно попасть в библиотеку, – ответила Саманта ровным голосом, хотя в ее глазах вспыхнули непокорные синие огоньки.

– Зачем? – продолжал расспрашивать Льюк.

– Хочу получить информацию по интересующему меня вопросу, – спокойно ответила Саманта. – Когда я могу съездить в Финикс?

– Завтра днем, – ответил Льюк и быстро добавил: – Если утром вы хорошо поработаете!

– Я постараюсь, – серьезно произнесла Саманта и побежала к своему трейлеру. Ей предстояла бессонная ночь. Девушка не могла успокоиться, хоть и уверяла себя, что завтра получит ответ на все свои вопросы. Ее била нервная дрожь, смутное предчувствие чего-то ужасного леденило кровь.

Надев джинсы, Ричи почувствовал, что снова принадлежит себе. Ему хотелось скорее оказаться дома и окунуться в прохладу бассейна. Может быть, тогда он выкинет из головы воспоминания о хрупком податливом теле мисс Гловер, ее нежной коже и внезапных слезах в тот момент, когда он подхватил ее на руки. Слезы оказались солеными, он помнит их вкус. Удивляясь своей чувствительности, Ричи прыгнул в седло мотоцикла и помчался домой. Родное ранчо манило его. Солнце зашло, бархатная ночь окутала землю, только на западе светилась последняя полоска заката. Ричи уже видел гостеприимно распахнутые для него ворота родного дома, как вдруг острая боль пронзила его внутренности. Он резко развернул мотоцикл и выжал из него максимальную скорость, чтобы вернуться к Саманте. Внутренний голос кричал и плакал, сообщая, что она в опасности. Однажды Ричи его не послушал, и случилось несчастье – погибла Дайяна. С Самантой он не повторит своей глупости.

Ричи припарковал мотоцикл и, не снимая шлема, побежал к трейлеру мисс Гловер. Нетерпеливо постучав, он уже хотел выломать дверь, когда она распахнулась. На пороге стояла Саманта в джинсах, белом пушистом свитере и смотрела на него широко распахнутыми от удивления невинными глазами.

– Мистер Сарандон? – удивленно произнесла она тоном благовоспитанной девицы-янки.

– После сегодняшнего, крошка, можешь называть меня просто Ричи, – усмехнулся он в ответ, довольный, что видит ее живой и невредимой.

– Я ценю вашу учтивость, – холодно сказала она, – и…

– Куда это вы собрались, леди? – протянул Ричи самым гнусным ковбойским голосом.

– Не ваше дело, любезный сэр, – холодно ответила Саманта.

– Мы почти женаты с сегодняшнего дня, – радостно улыбаясь, сказал Ричи, мысленно кляня себя за то, что несет такую чепуху.

– Вы последний человек на свете, за которого я бы вышла замуж, – сообщила ему девушка и сделала шаг вперед:

– Позвольте пройти!

– Не позволю, моя радость, пока не скажешь, куда идешь, – протянул Ричи, не двигаясь с места.

– Это вас не касается! – отчаянно вскрикнула Саманта.

– Очень даже касается, мы не чужие друг другу с сегодняшнего дня, – молодой человек качался на каблуках ковбойских сапог, засунув большие пальцы за пояс джинсов. Всхлипнув от злости, девушка толкнула его в грудь обеими руками, но он гибко увернулся и устоял на ногах.

– Наглый надменный тип! – вскрикнула она. Ей хотелось визжать и орать от злости на самодовольного болвана, который осмелился приказывать ей.

– Слушай меня, бэби, и очень внимательно, – снова раздался его бархатный хрипловатый голос, завораживающий помимо ее воли. Саманта, тряхнув головой, прислушалась к его словам:

– Ты останешься здесь и никуда не пойдешь!

– Почему? – протестующе вскинулась она.

– Я так говорю! – ответил он и, подняв очки на лоб, прожег девушку яростным золотистым взглядом.

– Да что случилось? – заорала она вне себя от злости.

– Опасно выходить из дома ночью, здесь дикие места, – ответил он.

– О, и только, – тихо вздохнула она. – А я подумала…

– Сиди дома, детка, и береги свои прелести. Они очень аппетитные, – и он обвел ее оценивающим взглядом с головы до ног. Саманта вздрогнула не только от его грубых слов, но и от голодного взгляда. Внезапный страх пронзил ее внутренности, она застыла, не в силах шевельнуться. «А вдруг он маньяк? Насколько он опасен?» – такие мысли пронеслись в ее внезапно закружившейся голове.

– Сиди дома, – повторил Сарандон, мягко подталкивая девушку внутрь фургона.

– А если я не хочу! – упрямо выдохнула Саманта.

– Я займусь с тобой любовью сейчас, прямо на полу, ты разожгла сегодня мой аппетит, – хрипло ответил он, сверкая золотыми глазами.

Саманта взвизгнула, отпрыгнула в фургон, захлопнула дверь и повернула все замки. Ее трясло крупной дрожью, она сознавала, что избежала сейчас большой опасности. «О каком аппетите он говорил?» – думала она, не в силах забыть голодное выражение янтарных глаз Ричи.

Сарандон закрыл глаза и привалился плечом к стене трейлера. Стычка с Самантой позабавила его – в этой восемнадцатилетней девушке с востока обнаружился и характер, и взрывной темперамент. Но, несмотря на это, ему удалось вбить немного осторожности в ее хорошенькую головку. Она хотела прогуляться ночью по зарослям! Ричи открыл глаза и осмотрелся. Зрение у него всегда было отличное, и он увидел, что заросли на берегу Солт-Ривер качнулись, хотя ночью ветра не было. Ричи знал, что ему делать. Со вздохом опустился он на ступеньку у двери Саманты – пусть только еще попробует выйти прогуляться, маленькая дурочка!

Саманта металась по фургону, чуть не плача от злости и отчаяния. Она злилась и на себя, и на Ричарда. Он позволил называть его просто Ричи. Он оскорбил ее, но не сделал последнего шага. Почему он отступил? Он не хочет ее? Саманта расстроилась и чуть не заплакала от того, что она такая бесхарактерная. Она вдруг поняла, что больше всего ее злит то, что Ричи отступил. «Я займусь любовью с тобой прямо на полу!» – опять зазвучал в ее мозгу бархатный обольстительный голос. «Наверное, это будет чудесно!» – обреченно подумала Саманта и дрожащими руками начала поворачивать замки, чтобы открыть дверь и упасть в объятия любимого. Она не сомневалась, что он остался под ее дверью, но вот чего она не ожидала, так это внезапно раздавшегося хриплого страшного рычания. Девушка тоненько вскрикнула, замкнула все запоры и отошла от двери. Она, не раздеваясь, упала на кровать и закуталась в одеяло. Стуча зубами – от холода? от страха? – она сама себя не понимала – Саманта начала ждать, когда же наступит рассвет и прогонит все ночные страхи.

Ричи тихо, гнусно хихикал под дверью. Он знал, что испугал девушку, прикрыв рот ладонью – зарычал. Поделом ей, пусть сидит взаперти, и тогда ее голубые невинные глаза не будут мучить его обещанием тихого счастья, надеждой на мирную жизнь. С завтрашнего дня он проследит за каждым шагом мисс Гловер. Придется ему опять носить свой кольт. В пустынных землях Аризоны это вопрос жизни и смерти, и он не допустит, чтобы что-то плохое стряслось с Самантой. Ему бы не хотелось оплакивать свою третью любовь. Любовь? Ричи задумался о том, сколько девушек любил в своей беспутной жизни, но почему-то они никак не хотели стройной шеренгой пройти перед его мысленным взором. Он мог думать только о том, как прелестна была Саманта, когда злилась на него и толкала руками в грудь. Ее решительный ответ: «Вы последний человек на свете, за которого я бы вышла замуж!» – только позабавил его. Какая женщина долго сопротивлялась его желаниям? Он не мог вспомнить.