Людмила Ладожская – В плену любви (страница 44)
************************************
– О-о-о! А вот и немчура с обеда катит, – с издевкой произнес Антон.
– Ну, да! Идут, голубчики! Так что, идем на прием к его величеству?
– Других вариантов нет, Серега.
Ребята не спеша дошли до полицейского участка и прямиком направились в кабинет Латышева.
– Григорий Федорович, вызывали? – спросили ребята, открыв двери.
– Вызывал, еще как вызывал. А теперь объясните мне, голубчики. Вы за что паек немецкий жрете? За то, что бабам под юбки на речке заглядываете?
– Виноваты, Григорий Федорович! Немного виноваты! Готовы понести любое наказание.
– Любое, значит? Так вот, мне нужны все сведения о недовольных немецкой властью, в частности молодежи, то есть ваших ровесников. За эти сведения вас ждет хорошее денежное вознаграждение и повышение по службе.
– А у нас есть недовольные, Григорий Федорович?
– Недовольные есть всегда, Чернов. Поэтому ваша красивая жизнь в ваших руках. Завтра не опаздывать на разнарядку. Свободны.
– Мы постараемся, Григорий Федорович. Чуть что, сразу к вам.
– Да идите уже.
Ребята вышли и направились опять к швейке, где их уже поджидал Валера.
– Устал вас ждать, господа полицаи, – шуткой приветствовал их мальчишка.
– А ты уже соскучился, шутник? – так же шуткой ответил Антон.
– Ну, что Петрова ваша, доделала документ?
– Быстрый ты, Валерик! Вечером пойдем к ней, потом к Насте, а там уже определимся, как поступать завтра. В любом случае, завтра ты нас караулишь возле участка. В восемь разнарядка, а там встречаемся и решаем на месте. А сейчас тебе лучше ждать нас возле Галкиного дома. А еще лучше, знаешь что?
– Что, Антон?
– Сможешь из дома еды взять немного и молока достать? Я к Насте не мог зайти. А у нее с едой туговато.
– Ясно. Еды достану. Молока не обещаю, – с некоторой обидой сказал мальчик.
– Валер, ты не обижайся. Не надо, чтобы отец твой тебя видел с нами. Как, кстати, он не заметил пропажи аусвайсов? – спросил Сергей.
– Заметить-то заметил, но не понял, то ли сам по пьянке потерял, то ли украли. Кричал, конечно, сильно, но потом успокоился. Он их продать сегодня хотел, оказывается. А мы все испортили! Ладно, пойду. Буду у Насти. Какая комната?
– 23-я, – крикнул Антон. – Извинись, что я не смог прийти.
Ребята, как положено, отстояли свою смену и, дождавшись сменщиков, направились к Петровой. Девушка уже была дома и с нетерпением их ждала. Увидев, как ребята входят в подъезд, Галка побежала открывать двери.
– Заходите, ребята. Я вас уже заждалась. Ну вы даете! Откуда аусвайс? Я несколько раз была в паспортном отделе, но не рискнула.
– А мы вот такие, Галечка! В нашей организации прибавление. Сегодня у Насти познакомим, если пойдешь, – сказал Сергей, в надежде на Галкино согласие.
– Ребята, я бы с радостью, но у Таси не была несколько дней. Мне к ней надо сходить.
– Кстати, Галя, этот фриц, что у Зорькиной живет, большая шишка? – спросил Антон.
– А к чему это ты, Антоха? – подозрительно спросила Галка.
– Я подумал, что его в плен можно взять. А что? Домик на окраине. Это будет не сложно.
– Ты что, рехнулся, Антон? Я и так все, что узнаю, вам передаю. Его заберете, меня уволят или, чего доброго, к какому-нибудь извергу приставят, что тогда мы узнаем? – закипела Галина.
– А этот, значит, не изверг?
– Не изверг. Он и Таську спас, и родителей моих, ясно?
– Все одно немец поганый!
– Ребята, давайте все решения принимать совместно, в том числе со старшими товарищами. Вот держите документ. Все сделала. Отправила я Настю в распоряжение старосты «Зари» на сельхозработы, в связи с нехваткой рабочей силы. Должны пропустить. Я уже такие видела. Все, ребята, удачи! Жду вас завтра вечером. Даже если задержитесь, все равно жду.
– Пока, Галка. Завтра зайдем, – попрощались ребята и направились к Насте.
Полицаи поднялись на второй этаж общежития. Уже в коридоре они услышали радостное агуканье маленького Петруши и невольно заулыбались. Войдя в комнату, они увидели, что малыш с удовольствием пьет из стакана белую жидкость, сидя на руках у Валеры. Настя готовила еду. При виде этой картины у ребят на душе стало тепло.
– Привет, Настя! Вы, я вижу, подружились! – поздоровался Антон с улыбающейся девушкой.
– Здравствуйте, ребята! А как вы думаете? Петрушка как молоко попробовал, так и остался на коленях у Валеры. Ну и я хоть что поесть приготовлю. А то он все на руках да руках. Зубки лезут, вот он и капризничает постоянно.
– Валера, ты настоящий партизан! Где молоко умудрился достать? – весело спросил Антон своего нового друга.
– А то! Выменял на базаре. Кое-что у бати позаимствовал! – гордо ответил Валера, убедившись, что его считают полноправным членом их маленького отряда.
– Валер, ты пока с батей-то погодь шутить. Пусть время пройдет. А то, чего доброго, заподозрит! А мы ведь теперь без тебя никуда! Ты у нас главное связующее звено!
– Не боись, я все продумал! – гордо сказал мальчишка.
– Настя, вот держи! Твой документ. Завтра утром после разнарядки встречаемся и действуем по плану. Переходим мост. А там кто-то из нас проведет тебя к партизанам. А Валерка уже Петруху пронесет.
– Страшно мне, ребята, получится ли? – с тревогой спросила Настя, помешивая кашу с тушенкой.
– Все получится, Настя. Когда мы вместе, все получится. А теперь мы пойдем.
– Ребята, так может, и поужинаем вместе? – спросила девушка.
– Надо идти уже, – сказал Сергей.
– А я останусь ужинать! Очень уж есть хочется! – сказал Антон, потирая руки и присаживаясь за стол.
– Не проспи только завтра, ужинальщик! Валера, ты тоже ужинать, или как? – спросил Сергей.
– Да, я тоже. Не хочу домой идти. Да и Насте дам отдохнуть, с малым понянчусь. Все время мечтал о брате, но папка с мамкой не дали, – хохоча, сказал Валера, играя с малышом.
– Тогда всем спокойной ночи. До завтра!
************************************
Отдав аусвайс ребятам, Галя пошла проведать подругу. Она не видела ее уже несколько дней. Та легкая обида, которую Галка воздержала на Тасю, уже прошла, и девушка сломя голову неслась к своей закадычной подруге. На ее лице играла улыбка, красивые волосы слегка растрепались, что делало ее очень милой и привлекательной. Она бежала и думала, сколько же надо Тасе всего сказать. «Это же моя самая лучшая подруга, как я могла обидеться на нее за то, что она попросту влюбилась. Пусть в немца, но в хорошего человека. Тем более жизнь, она может быть очень короткой. Сегодня мы есть, завтра убили», – думала про себя Галка. Девушка, не глядя, отворила калитку и оказалась в знакомых объятиях Эриха. Молодой человек смотрел на нее глазами, которые кричали на всю планету: «Я тебя люблю!»
– Ich liebe dich, Галя! – произнес немец и поцеловал девушку.
Тело девушки не сопротивлялось. Несколько секунд они простояли в поцелуе, пока сзади не услышали покашливание Нортемберга.
– Эрих, я хотел попросить вас наносить воды в баню. Очень жарко. Холодный душ сейчас очень кстати. А вы, фройлен, пришли к Тасе? Она дома, проходите.
– Спасибо, господин майор, – смущенно сказала девушка, вытирая пылающие от поцелуя губы.
Девушка быстро вбежала по ступенькам крыльца и скрылась за дверью. Эрих пошел в баньку, взял ведра и направился за водой. Нортемберг сидел на крыльце, подставив лицо вечернему солнышку, и краем глаза наблюдал за солдатом. Эрих был очень смущен. Об этом говорил весь его вид. Ситуация была весьма щекотливой.
– Эрих, подойдите ко мне, – сказал Нортемберг.
– Слушаю вас, господин майор.
– Эрих, постарайтесь не афишировать свои отношения с фройлен, насколько бы близкими они ни были. Я не деревянный. Я вижу, что она вам нравится. Прислушайтесь к моему совету. Дождемся победы, а там будет видно.
– Хорошо, господин Нортемберг. Можно идти?
– Да, солдат, – сказал Райнер и пошел в дом за полотенцем.