Людмила Бешенцева – Созвездие Океана (страница 3)

Пока готовился стакан с терпким напитком — американо, — я решил попить простой воды. Стакан попался неудобный, и, конечно, он решил полететь в сторону пола, расплескав всё содержимое. Меня же больше удивила реакция Лалисы, которая вылетела за пределы кухни со скоростью стрекочущего кузнечика. На её лице впервые были хоть какие-то эмоции.

Озадачиваюсь не на шутку, вопрос сам срывается с уст:

— Ты чего?

Лиса оглядывает меня вновь нечитаемым взглядом, следом отвечает очень спокойным голосом:

— У меня, как бы, аквафобия. Не мог бы ты всё тут подтереть?

Перевариваю полученную информацию, понимая абсурдность объяснения. Побоялась утонуть в стакане с водой? Серьёзно? Подобное вызывает подозрение, но понимаю, что сейчас не время забивать голову. Беру принесённую телохранительницей тряпку и принимаюсь за работу. Спустя две минуты пол сухой и, видимо, безопасен для девушки, которая возвращается так, словно ничего не произошло. Снова окидываю стройный силуэт взглядом, беру свой кофе и молча удаляюсь. Не люблю есть в такую рань, тем более после случившегося: нужно проанализировать ситуацию.

В родной спальне распахиваю шторы и любуюсь просыпающимся городом. Вдали гаснут огни фонарей, приветствуя тусклый свет утра и взошедшего солнца.

Огромное количество каменных коробок одного формата не вызывают эйфорию, только чувство опустошённости и немного грусти. Я заперт буду в этих стенах примерно несколько дней. Снова меня ищут, хотят поймать. Мне безумно надоела такая вечная гонка. Да и телохранительница сегодня удивила. Она изначально для меня странная особь женского пола. То, что произошло, всколыхнуло моего искателя внутри — слишком подозрительно, и объяснение было, если честно, не ахти. Хотя можно спустить на тормозах и лишний раз не заморачиваться. Возможно, стоит проверить пару теорий на этот счёт для подстраховки. Чужих тараканов изучать намного интересней, чем делиться своими.

После распития чего-то бодрящего не знаю, куда себя деть от скуки, поэтому топаю мыться. После душа, с мокрой головой, снова замечаю странность. Лиса смотрит с прищуром и обходит стороной, усердно делая вид, что всё нормально. Решаю не ранить психику девушки, сушу голову феном, следом отправляюсь пожевать хотя бы хлопьев. После окончания трапезы улавливаю слухом телефонный разговор Лалисы. По её уважительному тону можно догадаться, что собеседник — мой отец. Догадка подтверждается, когда телефон перекочёвывает в мои руки со словами:

— Тебя!

Как только я поднёс трубку к уху, услышал родной голос:

— Чонгук, я дал Лалисе рекомендации, так что слушайся её и делай, как она говорит. Мне пора на совещание, не бойся за меня. Заботься о себе, увидимся через два дня.

— Хорошо, отец, понял, — ответил я и сбросил вызов, зная, что сам он не отключится.

У нас слишком редко получается увидеться, но он ко мне сильно привязан. Для него любовь ко мне — якорь, что моему нутру не по вкусу.

Как только связь сброшена, отключаю телефон и спрашиваю Лису:

— Ну, рассказывай, какие у нас планы?

Она кивает и начинает повествование:

— У министра есть план по представлению тебя обществу. Если твоё лицо будут знать все, то убить или похитить сына будущего президента будет сложнее. Раз прошлая концепция не сработала, то через два дня на твоё день рождения будет устроена вечеринка на теплоходе по реке Ханган. Так что в планах у нас с тобой обучение, точнее запоминание лиц и биографий популярных шишек Сеула. Ты же справишься?

Эх, блин! Нет, конечно, я люблю учиться чему-то новому, однако это известие заставит явно поднапрячься. Хотя ради карьеры отца можно положить всего себя: он давно мечтал улучшить этот мир. Так что нужно стать таким сыном, о котором будут мечтать все министры. Не подавать плохой пример, не прятаться больше, а выйти в свет с чистой совестью. С такими мыслями киваю и иду к столу, однако девушка меня останавливает и зовёт к себе, вытаскивая свой ноутбук и открывая в нём только что присланные документы. Тяжело вздыхаю, уже чувствуя, как в Лисе просыпается великий педагог: у неё на лице всё написано жирным шрифтом.

В таком напряжении провожу весь день, даже не замечая, что наступила ночь. От голода сводит желудок, спасает лишь заказанный телохранительницей чаджанмён. Быстро ужинаем, и я сразу иду спать, видя за окошком огромную круглую луну. Снова полнолуние. Не люблю его до скрипа в зубах, но стелить мокрое полотенце перед кроватью нет сил. Бухаюсь на пружинящий матрас, тут же отрубаясь.

Сновидение слишком яркое и реалистичное. Я в той же комнате, встаю и иду на звук льющейся воды. В ванной горит свет, тусклый. Да и вообще всё видно будто через тонкую пелену шёлка. Дверь оказывается незапертой, дёргаю за ручку и вижу свою телохранительницу в воде. Какой-то блеск из-под воды режет по глазам, приходится их закрыть. В этот же момент в мозг проникает чужое пение — высокое, слов не разобрать. Оно вибрирует, отталкивается от стен, напрочь лишая сознания.

Вскакиваю с кровати в холодном поту, видя, что за окном уже играет рассвет. Ну и сновидение, блин! Приснится же такое, полный бред! Похоже, моя больная фантазия решила отжигать сама по себе. Хотя, может, снова лунатил: есть у меня подобная проблемка. Да нет, быть такого не может, абсурд одним словом.

Остановив свой мысленный поток на этом, встаю и понимаю, что одна нога болит. Задираю штанину и обнаруживаю немаленький синяк в области бедра — будто ударился обо что-то. Чешу затылок. Что же со мной такое творится? Расскажет мне кто-нибудь или нет? Похоже, нет. Так как квартира пуста, лишь на кухонном столе лежит небольшая записка с минимальным количеством текста:

«Ушла по срочным делам. Учись усердно, принесу что-нибудь вкусненького для лучшей работы мозга. Из дома не выходи, нас могут отследить, это нам не на руку».

Устало ворошу гнездо на голове и забиваю на принятие душа, просто делаю себе бутерброд и иду за комп. Осталась ещё целая гора информации, которую нужно записать на жёсткий диск своего мозга. Я обязан стать лучшим сыном для своего отца, несмотря на любые сложности. Мы ведь семья. Да и загадки с личностью моей телохранительницы подождут до лучших времён. Вот именно!

Глава 4:Плеск волн

Среди девушек бытует мнение, что мужчинам обычно не надо готовиться к мероприятиям. Просто надел костюм, расчесался — и готов. Мечты, да и только. Вот только сегодня утром Лалиса вытолкала меня из кровати и прямо в пижаме увезла в салон красоты. Вот там‑то я и ощутил всю ложность подобных убеждений. Меня сначала побрили, подстригли, даже форму бровей подправили. Молчу о тонне косметики и лака, и более пикантных подробностях. Чувствовал себя принцессой в преддверии коронации, весело. Но терпел изо всех сил, понимая всю важность представления моей личности обществу.

Стыдиться моему отцу нечего: школу я закончил с золотой медалью, да и в институте блещу знаниями, благо позволяет память. Правда, приходится пожертвовать нормальным завтраком. Спасает то, что обедаем в каком-то ресторанчике — не очень популярном, но это лучше, чем ничего. Онигири и супчик оказываются не так уж и плохи. Да и что взять с голодного студента. Съел всё до крошки, выслушивая лекцию от телохранительницы.

— На мероприятии ничего не ешь и не пей: могут отравить. Улыбайся как можно больше, со всеми здоровайся и заводи диалог при желании собеседника. О выборах ни слова, только пожелания всем кандидатам удачи. Встретишь репортёра — изображай идиота и переводи тему разговора. Не справишься — зови меня.

Я слушал и периодически окидывал девушку напротив любопытным взглядом. Как же ей удаётся так менять свои образы? На ней сейчас чёрное облегающее платье и волосы, затянутые в высокий конский хвост с кудрявыми прядями. Она выглядит молодой и неопытной секретаршей, но никак не женщиной вамп; даже определиться не могу, как описать точнее. Новая личина скрывает её истинную, ту, что не подвластна диагностике.

После еды сразу выдвигаемся на место назначения; мне нужно изображать хозяина вечеринки, так как отец не сможет сегодня присутствовать. Нервничать начинаю, уже осматривая количество официантов, выпивки и блюд. Мне нельзя подвести ожидания человека, у которого есть только я как тайное оружие.

Первых гостей встречаю ослепительной улыбкой, также и вторых. Когда все собираются на корабле, он отчаливает.

Музыка разбавляет отголоски разговоров и весёлого смеха. Спиной ощущаю любопытные взгляды, смотрю, как алый закат прощается с тёплым днём, даря нам ночь. Веду себя, как и говорила Лалиса, прилично: отвечаю на правильные вопросы и избегаю репортёров. Один из таких прицепился как клещ, таскается следом, выпрашивая о моей матери. Старательно ухожу от темы, а когда мне всё это надоедает, решаю посетить каюту — галстук уже неприятно стягивает горло. Лисы нигде не видно, но я почти уверен, что она просто укрылась где-то в тени и бдит изо всех сил. Хорошо, что ничего не пил, так как от качки желудок неприятно сводит.

Почти добираюсь до своей двери, как вдруг чувствую слабую боль от укола в плечо. Оборачиваюсь и вижу того самого репортёра. Он подхватывает моё почти парализованное тело и тащит обратно на палубу, выдавая всё за опьянение.