Любовь Штаний – Романтика на вынос. Сборник из 3 рассказов (страница 8)
Когда, собравшись с духом, пошла будить незнакомца, его уже не было. В квартире было светло и тихо. Смятая постель и головокружение напоминали про события этой ночи, а кастрюлька на плите не оставляла места сомнениям в материальности бреда. Но в комнате – никого. Сердце тоскливо сжалось.
Я не понимаю, что именно произошло! Не знаю!! Сев на краешек кровати, уставилась на грязные стаканы с остатками морса и лекарств на подоконнике. Кто это был? Кто всю ночь не отходил от меня, укачивал, стирал горячечный пот и напевал старую колыбельную, отгоняя болезнь? Кто вызвал скорую? Кто варил бульон и уговаривал ласковым «Леся, маленькая, ещё глоточек»? Кто?! И зачем…
Тут запиликал дверной звонок. Я вздрогнула и стиснула кулаки. Звонок запиликал снова. Пришлось вставать. Облизнув внезапно пересохшие губы, я выползла в коридор и прислонилась лбом к дерматиновой обивке двери. Несколько секунд просто стояла так, слушая настойчивые переливы звонка. Кажется, у меня снова поднимается температура…
Страшно открывать, потому что… Там, за дверью, может быть только Он. Больше некому. А если нет? Вдруг Жанка плюнула на лекции и примчалась сюда? Вряд ли. Она же не знает, что я заболела, да и сотовый ещё никто не отменял… А если всё-таки он?..
Наконец, я сняла цепочку и открыла замки. Едва слышно скрипнув, отворилась дверь. На пороге стоял Он…
- Егор, - тихо представился парень, всматриваясь в моё лицо светло-голубыми глазами. – Нам нужно поговорить.
Я прислонилась спиной к косяку, глядя на него. Губы упрямо сжаты. В голосе отчаянная решительность. И я знала этот голос слишком хорошо, чтобы не узнать. На пороге моей квартиры стоял ночной бред в синих джинсах и белой майке. Стоял, глядя просительно и отчаянно.
- Олеся, тебе не стоит стоять на сквозняке, - опустив взгляд, выдавил тихое. – Впусти меня, пожалуйста.
Я молча отошла от двери, пропуская его внутрь, и направилась на кухню. Сзади послышался щелчок дверного замка, но я даже не обернулась. На неверных ногах добрела до стула и села, уперевшись взглядом в собственный паспорт.
- Извини, - тихое. – Я не знал, как помочь по-другому. Пришлось вызывать врача.
Кивнула.
- Не хотел по сумке шарить, но без полиса никак. Прости, я…
- Кофе будешь? – спросила тихо.
Он запнулся и замолчал. Я всё так же смотрела в стол, водя пальцем по белой обложке паспорта. Поднимать взгляд не хотелось совершенно.
Скрипнула дверка шкафчика. Зашуршала вода. Щёлкнул авто розжиг плиты. С тихим стуком на конфорку приземлилась турка. Звякнула в выдвижном ящике ложечка. Через пару минут кухню заполнил упоительный аромат бодрящего напитка.
Я покосилась на спину… Егора. Он стоял у плиты, пристально глядя в турку. Перевела взгляд на стеклянную банку кофе около мойки. Помнится, я её не покупала. В смысле не мойку, а банку. Думала, склероз напал, когда нашла в собственном шкафчике дорогой кофе. Правда, другого не было и, посетовав на провалы в памяти, варила этот. Хороший кофе, вкусный. Почти закончился, кстати. Вон, только на донышке немного осталось.
- Это ты купил? – спросила тихо.
Широкие плечи окаменели.
- Я, - почти беззвучное.
- Ясно, - вздохнула. – А я думала, с ума схожу.
Он не ответил. В тишине дождался пока вздыбится тёмная пенка, убавил газ. Уверенным движением открыл нужный ящик и достал две чашки. Логично. У меня всего два навесных шкафчика и один напольный с мойкой. Если уж кофе подкинул, значит знает, где какая посуда.
Впрочем, не только посуда. Сколько раз в жестяных банках неожиданно для меня прибавлялось крупы? Сколько раз в холодильнике находились продукты? Сыр, колбаса, фрукты... Я думала - сбрендила, а на самом деле…
- Зачем? – выдавила сиплое, когда мужчина поставил передо мной чашку и сахарницу. – Ведь в постель ко мне не ты полез, я сама… пригласила. Ты псих? Как в «основном инстинкте»?
Он вздрогнул и шумно вздохнул. Потом вытащил из-под стола запасной табурет и сел рядом.
- Прости, - виноватое. – И я не псих. Наверное… Ты чёрный пьёшь или с молоком?
- С молоком, но его нет.
- Сейчас, - встав, Егор быстро вышел и вернулся минуты через две с коробкой молока. – Извини, сливки закончились.
- Ты кто вообще? – глядя, как он аккуратно доливает в чашку молока, не выдержала.
- Сосед. Ты пей, пока горячий.
- Хм…
Я не знала, что и думать. В голове всё смешалось, да и снова начинало знобить. Решила не гнать лошадей и отпила кофе. Добавила сахара, перемешала, задумчиво рассматривая лицо мужчины напротив.
- Ты неуловима, как мечта, - с горькой усмешкой сказал тот. – Я тебя с осени караулю и всё никак дома застать не могу. И перед подъездом ждал, и под дверью. Ты вообще дома бываешь?
- Сам знаешь, что бываю, - хмыкнула ехидно. – По ночам.
Он кивнул и… покраснел. Честное слово, покраснел! Даже уши заалели. Почему-то от вида этих красных ушей мне стало смешно. Отупение, захватившее было, схлынуло. Захотелось просто улыбнуться и накрыть его руку, лежащую на столе своей ладонью.
- Олеся… Прости меня! Я хотел, чтобы всё было по-другому. Хотел познакомиться с тобой, как нормальный человек, а всё никак не получалось тебя перехватить. Когда ты… не сдержался. Я так долго мечтал о тебе, что…
Тут покраснела уже я и оборвала его нервным:
- Давай пока без подробностей! Что было - то было, сама виновата. Лучше скажи, как попадал в квартиру.
- Понимаешь… Я купил квартиру в этом доме совсем недавно. Осенью увидел тебя и с первого взгляда влюбился, как дурак. Сколько ни пытался поймать тебя, не смог. Никто из соседей не знал, где ты работаешь и учишься. Вот я и…
- Что? - с удивлением чувствуя, что банальные, ничем не подтверждённые слова теплом разлились в груди, подбодрила.
- Стал чаще бывать дома в надежде застать твой приход. Затеял ремонт.
Он поднял на меня голубые глаза и продолжил уже так, не отрывая взгляда:
- Оказалось, твоя спальня и мой зал когда-то были одной комнатой. Шкаф помнишь?
- Который в нише стоит?
- Это не ниша. Просто стены здесь очень толстые. С моей стороны задняя стенка шкафа была заштукатурена. Я случайно обнаружил, когда штукатурку сбивал, что, если надавить посильнее на верх или низ, вся стенка поворачивается вместе со штукатуркой и получается проход. Думаю, уже никто не скажет, для чего прежние хозяева отгородили полкомнаты и сделали тайный ход.
- А зачем…
- Пришёл? Когда понял, куда попал, тебя дома не было. Я всё закрыл и вернулся к себе, а после… Понимаешь, я так хотел тебя увидеть… Понимал, что нельзя так, но… полночи не спал и не выдержал.
Он ухмыльнулся и пожал плечами.
- Очень мило, - тяжело вздохнув, я отпила ещё глоток из чашки. – Я чуть не свихнулась, а ты… Тьфу! А еду зачем подкидывал?
- А как, если у тебя холодильник пустой? – даже несколько возмущённо проговорил. - Что я, сам жрать буду в три горла, а ты на пачке риса, двух сосисках и одном яйце неделю жить?
- Зато это моё яйцо!
- А я что, спорю? Но мне кусок в горло не лез, если знал, что у тебя в холодильнике пусто!
- На кой чёрт ты вообще туда полез! – закричала и сорвала голос, закашлялась.
- Прости! – вскочив, метнулся к раковине Егор. – Прости, дурак!
Я сдавила виски руками. Ощущение, будто с каждым кашлем мозг так и норовит взорваться.
- Выпей! Пока я покорно глотала сироп от кашля, он присел на корточки и заглянул снизу-вверх.
- Понимаю, что был не прав! Знаю, не стоило заглядывать в холодильник, но так любопытно было, как ты живёшь… Тебя-то увидеть никак не получалось. А потом просто хотел помочь хоть чем-нибудь. Прости…
- Скотина, - прерывисто и хрипло выдавила я.
- Согласен, - вздохнул виновато и взял за руку. – Но попробуй взглянуть на это с другой стороны. Как я мог спокойно жить, зная, что у тебя холодильник почти пустой? Я несколько недель с ума сходил, пытаясь тебя выловить, а потом… Не выдержал.
- Какой-то ты не выдержанный очень, - фыркнула тихо. – Мне лучше лечь. Голова болит.
Вместо ответа Егор встал и сгрёб меня в охапку. Я пыталась протестовать, но без толку. Меня осторожно усадили на единственный в комнате стул. Пока он поправлял сбитые простыни и взбивал подушку, я молча смотрела на уверенные движения и думала…
С первого взгляда он влюбился, видите ли! Какая, право, мелочь! Я вот, умудрилась втюриться и вовсе не видя… Злилась ли я? Конечно. Ещё как! Но… где-то была благодарна за заботу.
Он не просто заворожил меня, будучи невидимкой. Но пытался помочь. Вчера и вовсе всю ночь просидел около постели, отпаивая и успокаивая. Вызвал врача и даже потом не ушёл. Остался, хотя не мог не понимать, чем это закончится поутру. Если бы дело было только в «переспать», разве вернулся бы сюда?
Я ведь его нарочно не будила. Увидев при свете дня, догадалась, что мой невидимка – реальный человек. Понимала, что шансов не оборвать странные отношения, которые едва начались, почти нет. Боялась потерять… Егора. Повела себя, как страус, засунув голову в песок – сбежала в ванную и позволила ему уйти без скандала. Но он пришёл сам. Пришёл, как человек, через дверь, чтобы расставить точки над «и». Это… поступок.
- Егор, - я подняла на него глаза, когда он подошёл и протянул руку. – У меня к тебе есть одна просьба.
Он напрягся, но кивнул.