Любовь Перуница – Супружеская бизность (страница 50)

— В прямом. Сегодня вечер для вас.

— Катюша…

— Даже не начинайте. Я успела отдохнуть за выходные, набралась сил. Теперь ваша очередь.

Она подталкивает Артёма к выходу с платформы.

— А мы немного потусим у меня до завтрашнего утра. Как раз прикупила новую классную настольную игру.

Алиса подпрыгивает, хлопая в ладоши.

— Правда? Мамочка ну пожалуйста, ну можно?

Ошарашенно смотрю на детей. Полина, пожав плечами, смотрит на меня.

— Это папина идея.

Я не знаю, что сказать.

— Очень надеюсь, что дом останется целым.

— Спасибо за доверие, — фырчу я.

— Всегда пожалуйста.

Она уже ведёт детей к выходу.

Артём машет мне.

— Мам, не спеши!

— Почему?

— Потому что папа нервничает.

Полина толкает его локтем.

— Заткнись.

Я смотрю им вслед и вдруг чувствую, как внутри становится тепло и волнительно одновременно.

Когда я открываю дверь дома, стараюсь прислушиваться к каждому шороху. Из гостиной доносится тихая музыка.

Я ставлю сумку и рюкзак у стены и снимаю куртку.

— Андрей?

— На кухне.

Я иду туда крадучись на цыпочках.

На столе горят две свечи, а сервировка намекает на праздничный ужин. И это так неожиданно, что я на секунду просто замираю, впитывая в себя атмосферу романтики. Но это не все сюрпризы. В воздухе ощущается мой любимый аромат домашнего аромадиффузора вперемешку с изумительным запахом выпечки, на столешнице стоит ваза с огромным букетом красных роз.

Андрей стоит у плиты.

— Привет, родная

— Привет. У нас какой-то повод? Я забыла про какую-то годовщину? — Спрашиваю, не веря своим глазам.

Мы смотрим друг на друга, несколько секунд.

— Я пытался приготовить что-то сложнее яичницы — улыбается он неловко.

— Смелый человек.

— Не уверен, что получилось.

Я подхожу ближе.

На столе салат, сливочная паста с креветками, бутылка вина. Моего любимого.

— Ты всё это сам сделал?

— Да… Ну почти. Вино и цветы купил.

Я смеюсь.

— Честный ответ.

Он наливает вино в приготовленный бокал и подаёт мне.

— За возвращение.

Мы чокаемся.

Делаю большой неинтеллигентный глоток терпкой жидкости, отчего в груди сразу разливается тепло, а желудок предательски требует выложить на стол абсолютно всё и немедленно приступить к трапезе.

— Кажется, кто-то готов к трапезе, что, не будем терять времени.

Первые минуты за ужином мы говорим о простых вещах — о моих родителях, о том, как Егор вёл себя в поезде, о том, что Полина неожиданно сама сделала уроки.

Но постепенно, с уменьшением количества вина в бутылке, разговор становится чувственнее, а темы глубже и откровеннее. И теплее. На самом деле в доме становится нестерпимо жарко, что волей неволей я уже скинула свой кардиган и мне пьяно-пьяно.

Будто между нами медленно тает лёд.

— Спасибо, что отправил меня к родителям, подышать воздухом и развеяться, — говорю я тихо. — Я и представить не могла, что настолько по ним соскучилась, и по деревне.

Он пожимает плечами.

— Ты выглядела так, будто вот-вот взорвёшься.

— Очень романтично из твоих уст звучит этот комплимент.

— Зато честно.

Мы улыбаемся. Вот таким я его и полюбила. Прямым, честным, открытым, но при этом мягким и романтичным.

Потом он вдруг говорит:

— Я очень скучал.

Я поднимаю глаза.

— Всего два дня меня не было.

— Да? А, казалось, вечность. Так или иначе — мне хватило.

Он протягивает руку через стол, и я почему-то не думаю, просто беру её, ощущая жар от тёплой знакомой ладони.

Мы сидим так несколько секунд. Потом он тихо говорит:

— Пойдём.

— Куда?

— Сюда.

Он тянет меня к себе. Прижимает мою голову к своей груди, и мы просто движемся в такт красивого мелодичного джаза. Движения настолько аккуратные и нежные, будто мы оба боимся спугнуть сей хрупкий момент. Я чувствую его дыхание у виска.