Любовь Огненная – Академия Полуночников. Рожденная в полночь (страница 25)

– Подрабатываешь по ночам? – с ехидной усмешкой спросила Ребэка. – Кошельки Драгонов, с тех пор как их свергли, должно быть, сильно прохудились.

Их хохот словно молоток бил по моим натянутым нервам. До невозможности хотелось вернуться в столовую, взять тарелку с супом и перевернуть ее на голову избалованной девице.

Но я сдержалась. Сдержалась потому, что завтра после уроков собиралась навестить мадам Пелисей. Если она расскажет мне, кто мой отец, я смогу связаться с ним через шкатулку, попросить у него деньги и содействия в том, чтобы выбраться отсюда.

А вот если нет… Если у меня даже допуск в библиотеку не получится достать…

Тогда я с удовольствием надену тарелку с чем-нибудь пожирнее Ребэке прямо на голову.

Эта мысль несказанно грела мне душу.

Глава 13: Неподдающаяся

Преподаватель по землеведению встретил меня на пороге небольшой комнатки. Вообще, для того, чтобы попасть сюда, мне пришлось идти в библиотеку. Это помещение располагалось на уровне второго яруса и как бы стояло на книжных шкафах.

Впрочем, шкафы с многочисленными талмудами находились и внутри нее, а еще небольшой круглый стол и четыре стула.

В центре дальней стены между шкафами красовалась серая дверь.

– Думал, что вы уже не придете, Саламан.

– Простите, я немного опоздала, – повинилась я, ставя рюкзак на стул. – Мне нужно достать тетрадь?

Профессор Рикмуд тепло улыбнулся:

– Не думаю, что сегодня она вам понадобится. Сегодня у нас с вами вводное занятие. Я хотел показать вам сердце астрономического клуба и рассказать небольшую историю. Вы готовы?

Кивнув, я накинула лямку рюкзака обратно на плечо и неспешно последовала за мужчиной. Немного смущало, что на дополнительное занятие я пришла одна, но, раз уж пообещала, собиралась сходить хотя бы сегодня.

Придумать какую-нибудь весомую причину, почему не смогу прийти, я успею и в другой день.

За дверью действительно оказалось сердце астрономического клуба. Стен не было вообще. От пола сразу начинался куполообразный потолок. Правда, потолком эту часть помещения можно было назвать лишь с натяжкой.

Весь купол представлял из себя чернильное небо с миллионами, миллиардами звезд. Они здесь находились гораздо ниже, чем на улице.

– Ничего себе, – восхитилась я, поражаясь увиденному.

– Знал, что вам понравится, – заявил преподаватель с ноткой самодовольства. – Коврик можно взять у двери. Здесь принято сидеть или лежать, но я рекомендую вам второй вариант, чтобы сильно не напрягать шею.

Пожалуй, это было самое странное занятие в моей жизни. Оно меньше всего походило на урок, потому что я просто лежала на коврике прямо на полу и рассматривала необъятное множество звезд, пока преподаватель рассказывал историю возникновения астрономии как магической науки.

– Раньше любые весомые события специально обученные астрономы предсказывали именно по звездам. Существовали закрытые академии, куда попадали вампиры, имеющие дар предвидения. Все хотели учиться там. Предсказывать будущее было почетно и престижно. Но затем ведьмы Лесного клана сотворили Самописец, и необходимость в магически одаренных астрономах отпала. Хотя я до сих пор не понимаю почему. Самописец лишь в исключительных случаях прописывает события из далекого будущего. Обычно это происходит тогда, когда уже ничего не изменить.

– Например? – спросила я, сев на коврике.

– Например? – на мгновение задумался профессор Рикмуд, потерев большим и указательным пальцами свой подбородок. – Например, Самописец предсказал восхождение на трон нынешнего короля. Для всех существ Темной стороны эта новость стала облегчением. Тогда были смутные времена. Охотники только-только отделились от полуночного мира и еще не покинули эти земли. Они устраивали нападения на других Полуночников, вынося и приводя чаще всего абсурдные приговоры в исполнение прямо на месте.

Я не смогла скрыть удивление:

– И никто не мог их остановить?

– Тогда общество было разрозненно, Саламан. Между вампирами не хватало единения. Каждый род был сам за себя. Ведьмы и ведьмаки делились на отдельные кланы. А у оборотней имелись общины, которые мало взаимодействовали между собой из-за различий во вторых ипостасях. Охотники же всегда жили и действовали сплоченно, подчиняясь единому предводителю.

– Но от бегства их это не спасло. А как сейчас? – полюбопытствовала я.

– С приходом нового короля все изменилось. Мы отлично усвоили этот жестокий урок. Но и единое правление не признали, помня ошибки прошлого. Теперь всеми Полуночниками правит король, но при нем также существует совет с представителями от каждого объединения.

– Кроме людей, – заметила я, припомнив лекцию по истории.

– Кроме людей, – согласился профессор. – Для них пока достойного представителя не нашли. Точнее, еще не начинали искать.

– А если еще точнее, то и не собираются искать, – усмехнулась я абсолютно невесело.

Профессор Рикмуд промолчал, но по выражению его лица я поняла, что оказалась права. Стало на порядок грустнее.

– Хорошо, Самописец не идеален, – заключила я. – А астрономия идеальна?

– Смотря в чьих руках, – снова лег преподаватель на свой коврик, и я тоже легла. – И Самописец, и астрономия – это лишь инструменты, с которыми управляется Полуночник. В королевском дворце у Самописца постоянно находятся ведьмы и ведьмаки, обладающие даром ясновидения. Это не то же самое, что предвидение. Ясновидящие видят и прошлое, и настоящее, и будущее, но часто толкуют увиденное как им кажется, а не как оно обстоит на самом деле. Взять, например, запись, которая появилась почти двадцать лет назад. В ней говорится, что вскоре родится тот, кто сможет объединить под своим крылом всех Полуночников. Сколько бы ведьмы не бились, а рассмотреть лицо того парня в видении не смогли. Другое дело астрономия. Это пусть и магическая, но все же точная наука. Мы наблюдаем за звездами, за их поведением, за их влиянием на то, что происходит в мире. Каждое событие там – наверху, – указал мужчина на небо, – всегда оставляет свой след на Земле. Знаешь, какое предсказание я сделал почти двадцать лет назад в тот же день, когда появилась та запись в Самописце?

– Какое? – вновь привстала я, захваченная любопытством.

Опершись на локоть, чтобы придвинуться ближе, профессор, будто стесняясь, тихо произнес:

– Звезды поведали мне, что в этом столетии на Темной стороне будет править дракон.

– Дракон? – не поверила я. – А у вас здесь и драконы есть?

– Пока нет, – лег мужчина обратно. – Точнее, уже нет. Выродились еще пять столетий назад. Но звезды говорят, что они вернутся, что ОН вернется. Семь веков назад правление первого дракона началось в день, когда комета Голта-Фишера пролетела очень низко к Земле и была видна из любого уголка. Почти двадцать лет назад она вновь появилась в нашей досягаемости. Когда она повторит свой полет прямо над нами – лишь вопрос времени. Точнее, года или двух. Показать ее вам?

Я согласилась незамедлительно. Мне еще ни разу не удавалось увидеть настоящую комету своими глазами.

А посмотреть было на что. Усевшись, профессор Рикмуд прямо руками разграничил звездное небо, перенаправив его. Я будто сидела в очках виртуальной реальности, пока он все приближал и приближал нужный участок, через который сейчас летела комета.

– Красивая, правда? – спросил преподаватель, пока я с восхищением наблюдала за летящим…

– А что это за материя?

– Это огромное ледяное тело. По размерам оно в несколько раз превосходит самую большую гору на Светлой стороне.

– Похожа на светящегося сокола, – приметила я, отслеживая мерцание длинного хвоста.

– Так и есть. Такую форму ей придают газообразные «рога». Они становятся видны, когда происходит такое явление, как криовулканизм, при котором из ядра извергаются вода и газы. Что примечательно, почти семь столетий ее никто не видел из-за спящего состояния, но она все это время двигалась.

Понаблюдав за летящей кометой еще немного, я поняла, что кое-что для меня все-таки осталось неясным.

– Вы сказали, что астрономами становятся вампиры с даром предвидения. Как ваш дар помогает вам?

– Дар предвидения – это дар предчувствия, Саламан. Именно предчувствие двадцать лет назад направило меня прийти сюда и отыскать среди множества звезд самую редкую комету. Именно предчувствие заставило меня найти сведения о ней не в книгах по астрономии, а в писаниях очевидцев того времени. Так я понял, что мы снова входим в столетие дракона, и убежден в этом до сих пор. Думаю, скоро мы узнаем, кто из нас – ведьмы или я – в итоге окажется прав. Достаточно на сегодня?

Уходить из астрономического зала не хотелось совершенно. Я бы, наверное, часами могла сидеть вот так и смотреть на бескрайние темно-синие просторы. Космос затягивал, звезды манили. До дрожи хотелось окунуться в это безграничное озеро, в котором просто не существовало дна.

Попрощавшись с профессором, я вышла в комнатку с книжками, а затем спустилась по лестнице в основной читальный зал библиотеки. Находилась под большим впечатлением от увиденного и услышанного. Настолько, что почти забыла про Нирэла, который до сих пор сидел за одним из столов, уткнувшись в книгу.

За то время, пока я была на занятии, он даже позы не изменил. И что еще удивительнее, рядом с ним не вилась его вездесущая невеста.