Любовь Лесова – Тайна мертвой руки (страница 2)
– Собака обшарила-обнюхала весь склон – больше ничего шокирующего не нашлось.
– Вот эта особа, Нюра Агапова, пришла ко мне и привела сюда. Ее окна как раз напротив беседки.
– Любовь Андреевна! – нахмурился Кутузов, – Анну в просторечье в деревнях называют Нюрой.
– Не знала… «Век живи, век учись…», – процитировала сыщица народную мудрость. Кутузов хмыкнул.
– Нам нужны ваши документы, паспорт, – обратился теперь к новоявленной соседке Любови Кутузов.
– Дык, в доме паспорт!
– Пройдем в дом, а потом проедите с нами, все ваши показания запишем.
– Причем тут я? Так и знала, что прицепитесь. Ничего не знаю! Зачем вы ментам позвонили?! – накинулась Анна-Нюра на Любовь Андреевну.
– Спасибо, Любовь Андреевна, за информацию, звоните, заходите! – благодарили полицейские.
– Я с вами! – попыталась напроситься на дальнейшее участие в следствии наша сыщица, но пока не получилось. Вскоре Анна-Нюра вышла в сопровождении оперативника из своего дома, видимо, взяв документы, и все уселись в служебную машину, захватив, перво-наперво, чью-то руку.
Дома Любовь взглянула со стороны на наивный портрет девушки-весны. Удастся ли переключиться на творческое настроение? Позволят ли обстоятельства погрузиться в мир добра и сказки? Про произошедшее убийство старалась не думать. Да и соображений особых не было, просто тревожно все как-то стало. Вечером разболелась голова, привычный набор анальгетиков не помогал. Прибегла еще к одному, самостоятельно изобретенному средству: в душе подставила затылок под сильную струю горячей воды. Стало жарко-жарко… Ой, что это я над собой экспериментирую?! Нужно просто выйти из-под струй и вообще завершить процедуру. А то вдруг возьмет и упадет тут, отключится, никто и знать не будет… Она с недавних пор, пытаясь предвидеть непредвиденное, стала брать с собой в ванную мобильник. На этот раз благополучно вышла в коридор, холодный воздух жег лицо и ноги, а остальное тело было надежно укутано в халат и полотенца. Дышалось легко, обнаружила, что головная боль совсем прошла… Интересно, а без таблеток бы выздоровела или это весь комплекс мер наконец принес эффект? Врач спрашивала в себе …врача. Боясь сотрясти свою драгоценную голову, осторожно прилегла на подушки… «Даже телевизор включать не буду, в планшет или книги тоже лучше не заглядывать, дам отдых глазам», – продумывала стратегию расслабления Любовь. Хотя ее деятельная натура искала себе занятие. «Может какой детективчик перед сном послушаю!». Это показалось заманчивым: в телефон совсем за смешную плату она недавно закачала несколько интригующих детективных историй и теперь вслушиваться в перипетии героев, их опасные приключения, находясь в теплой постели в уютном доме среди комфорта и благополучия, казалось очень заманчивым. Не успела она открыть страничку известного книжного сервиса, как мобильник под рукой требовательно и громко зазвонил, хотя она вроде бы снижала уровень звука. От неожиданности она приняла вызов.
– Алло!
– Здравствуйте, Любовь Андреевна! Вас беспокоит майор Исаев из следственного управления Иткутска.
– Слушаю Вас внимательно! – Сразу же напряглась Любовь, вмиг позабыв про недавние недомогания и личные планы на вечер.
Майор Исаев расспрашивал ее о всех подробностях, связанных с обнаружением чьей-то руки. Любовь, что знала, все рассказывала, включая визит соседки с известием, хотела еще добавить, что, скорее всего, уже готовы результаты анализа биоматериалов руки, посоветовала позвонить в лабораторию судмедэкспертизы, но майор, поблагодарив, отключился.
Почему именно ей позвонили? Почему в одиннадцать вечера? Она теперь лежала без сна, переживая, что разоткровенничалась в разговоре с неизвестным ей Исаевым. Надо бы обсудить звонок с Кутузовым, но звонить ему в столь позднее время не решилась. «Завтра сама поеду, сообщу, что к расследованию подключился следственный отдел Иткутска. Утро вечера мудренее», – решила сыщица. Спать после такой активности получилось только со снотворным.
Глава 2
Утром не успела Любовь завершить свой обычный завтрак, состоящий из овсянки и кофе с бутербродом, как зачирикал птичкой звонок мобильного устройства. Кутузов, ничего не объясняя, просил ее подъехать в следственный отдел и быстро завершил разговор. Заинтригованная сыщица быстренько оделась в свой обычный полуспортивный, полу-милитари лук. А что? Кто запретит ей быть модной возрастной особой?! Олдушкой, кажется, называют возрастную модницу. И она туда же! Камуфляжного цвета парка и брючки вполне сочетались на сыщице с массивными черными ботинками на шнуровке. Залихватски сдвинуть утепленную кепку на одну сторону не позволит погода: она обнаружила, заглянув в окно, гнущиеся под напором ветра деревья, быстро бегущие облака и главное, пробрасывающий апрельский снег, что в условиях Сибири не оксюморон какой, а суровая реальность. Митенки из-за низких температур пока тоже не спасут от холода, поэтому и кожаные перчатки, и теплый шарф более актуальны. Оглядев себя в зеркало гардеробной, осталась относительно довольна свои внешним видом. Слово «относительно» в пятьдесят пять теперь приходилось постоянно добавлять. Да, она относительно здорова: немного болит голова, немного суставы, немного гнилушка-зуб, но в целом, если голова соображает, а ноги идут, то надо, отбросив все недомогания, идти и помогать людям. «Если у тебя ничего не болит в немолодом возрасте, значит ты уже умер!» – кто-то невесело пошутил. Любовь решила не вызывать такси, а быстренько дойти до прокуратуры, благо – недалеко. Через полчаса она сидела в кабинете Кутузова, где уже присутствовали старший следователь Сомов и судмедэксперт Овтушкин – сын прежнего патологоанатома (читай «Жена моя…»).
– Доброе воскресное утро всем, хотя я очень сомневаюсь, что оно доброе! – насупившись, возвестил Петр Глебович Кутузов. Матерый сотрудник сыска походил на своего знаменитого тезку-военачальника: та же комплекция и седая шевелюра, только глаза оба зрячие и даже без очков. – Мертвая рука непонятно чья. Теперь еще гражданку Агапову не можем найти, а должна была явиться по повестке сегодня в девять, оперативники подъехали к ее дому: калитка, входная дверь дома – настежь, внутри все перевернуто (что-то искали), а хозяйки нет. Соседей опросили, никто ничего не видел-не слышал. Типичная история: если что и знают, кому охота привлекать внимание следствия к себе.
– А где же сознательность? – всплеснула руками Любовь, – вдруг Нюре именно сейчас нужна помощь?!
– А может уже и не нужна, – мрачно заметил сынок Овтушкина Михаил.
– Мы вчера основательно допросили Анну Агапову, вашу Нюру, – кивнул Любовь Андреевне Сергей Иванович Сомов. – Она племянница стариков Петровых. Ее собственную однушку в городе приставы продали за долги. Часть этих денег и пошла на первоначальный взнос для покупки дома. Она с ними договорилась по-родственному выкупить его в рассрочку.
– Что это она из города, от налаженного быта отправилась в село, где у нее теперь печное отопление и «удобства» во дворе?
– Видимо, не было выбора. Из того, что она вчера на допросе рассказывала, понятно, что с работы дворником ее уволили за пьянство на рабочем месте.
– Боже мой! Мне она не показалась маргинальной личностью. Бедной, необразованной – да, но не алкоголичкой. Как вообще она докатилась до такого состояния?
– Она, Любовь Андреевна, была осуждена за убийство сожителя. Молодой парень погиб от ножевого ранения, нанесенного Нюрой в пылу гнева во время пьяной ссоры, – объяснил Сомов.
– Почему она вообще ко мне пришла? Я тут причем? – Любовь разводила руками.
– Ваша Нюра в селе всего с месяц, работу еще не нашла, а газеты и мероприятия местные, оказывается, начала посещать, в библиотеку записалась. Ваши книжечки читает… Там ей и ваш телефон дали, точнее он на выставке с вашими книгами висит.
– То алкоголичка, то книжки, – недоверчиво хмыкнула сыщица-писательница.
– Еще в местах не столь отдаленных почитывала детективы, а тут узнала, что вы, местная писательница, рядышком живете. Короче, вы ее кумир и авторитет, поэтому и прибежала в вам.
Любовь была обескуражена столь сомнительной славой и комплиментом.
– Надеюсь мои книги на нее влияют положительно, способствуют исправлению…
– И мы надеемся, но непрофессионально совать нос кому-либо в криминальные дела наказуемо. Вы и сами в этом не раз убеждались (Читай трилогию «Вервольф»).
– Она, как раз, никуда «нос не совала»: что-то подозрительное увидела и пришла по-соседски посоветоваться…
– Люди не хотят быть свидетелями. Частая реакция – просто пройти мимо: ничего не заметил и все. Она, видимо, не понимала, что вы сразу же вызовете нас…
– Да, докладывайте! – схватился за телефон Кутузов. – Хорошо, выезжаем! – и он шариковой ручкой показал на каждого из присутствующих. – Отправляемся на опознание трупа. Сотрудники обнаружили, похоже, нашу Агапову в кустах на берегу реки.
Действительно, когда перевернули лежащее ничком тело, Любовь сразу же узнала вчерашнюю посетительницу.
– Ее, по ходу, ударом в висок убили, – авторитетно заявил Михаил Овтушкин, который в отличие от вечно напуганного папы был безапелляционно и вызывающе решителен (Читай «Жена моя…).
Любовь поморщилась: Вы хотели сказать «похоже»?