Любовь Котова – Дикая. Вернуть темного (страница 9)

Все было изложено сухим научным языком, и это впечатляло гораздо сильнее самых страшных слухов, ходивших в сталкерской среде. Чем дальше я листала папку, тем больше хотелось зашвырнуть ее в ближайшую аномалию – чтобы даже следа не осталось – и забыть прочитанное. Но тут взгляд выхватил в тексте фразу «обратимость изменений», и я, забыв о своих намерениях, впилась глазами в страницу. Пожалуй, подойди ко мне сейчас кто – я бы его не заметила даже в шаге от себя.

Однако подходить было некому, а отчеты именно с этого момента стали какими-то обрывочными и непоследовательными. Ясно было только одно – эксперимент по превращению мутанта обратно в человека проводился, и даже были положительные сдвиги, но чем все закончилось, так и осталось для меня тайной.

Выбрасывать папку перехотелось. Я аккуратно сложила ее обратно в рюкзак, решив, что о ней тоже обязательно поговорю с доктором. Опять же, некоторые сталкеры болтали, что доктор раньше принадлежал к некой организации, напрямую связанной с Зоной и всем, что в ней происходит. Но даже если это не так – кроме него, мне надеяться не на кого.

Солнце клонилось к горизонту, темнело в лесу быстро, и я решила заночевать прямо на поляне. Тем более что березовый ствол был достаточно толстым – укутавшись потеплее, несколько часов на нем можно покемарить с относительным комфортом.

Разбудил меня треск. Словно кто-то, неосторожно шагнув, сломал сухую ветку. В ночном лесу звук вышел особенно громким. Я быстро и бесшумно села, пристально вгляделась во тьму, ожидая увидеть как минимум пару хищных глаз, но не увидела ничего, кроме смутных контуров деревьев в лунном свете. Автомат лежал на земле, и я не стала за ним наклоняться, выхватив из кобуры пистолет. Однако нападать никто не торопился, и звук больше не повторялся. Я молчала, не решаясь голосом выдать свое местоположение, ведь был еще шанс, что тот, кто ходит рядом, меня не заметил. Убежать не получится, ночью я быстрее о корягу ногу сломаю, а пистолет хищника не отпугнет, а только раззадорит.

Просидела долго, но так ничего и не дождалась. Точнее, дождалась, что небо светлеть начало. Вот уже и пресловутые коряги в предрассветных сумерках виднеются, и просветы между деревьями четче стали. Пора выдвигаться, тем более что зуб на зуб у меня не попадал уже не от страха, а от холода. Сверившись с КПК и определившись с направлением, осторожно двинулась в путь. Осторожно – потому что шла теперь в ту сторону, откуда ночью слышала треск. Вряд ли меня до сих пор кто-то там караулит, но вдруг…

Судя по сырому воздуху и пружинящей под ногами земле, Болота были уже рядом. Я крутила головой по сторонам, но под ноги смотреть не забывала и только поэтому заметила в мягком мхе след. Один-единственный след от босой человеческой ноги. Я замерла на месте. Следопыт из меня невеликий, однако похоже было, что человек (человек ли?) простоял на одном месте достаточно долго, глядя в мою сторону.

– Что тебе надо от меня, а? – тихо спросила я. – Кто ты вообще такой?

Больше следов я не нашла. Ни отпечатков на земле, ни сломанных веток, ни мусора – ничего. Долбанула со злости по стволу дерева так, что оно аж завибрировало, а боль прострелила руку до самого плеча. Дождавшись, когда боль утихнет, достала убранный было в кобуру пистолет и снова поразилась, какое успокаивающее действие производит на меня это неказистое оружие. И то хлеб.

Где-то далеко впереди раздался взрыв и тут же – еще один. На Болотах воюют, что ли? Но больше не было ни взрывов, ни стрельбы. На войну, даже локальную, не похоже, если только противники не пошли врукопашную. Я нервно хихикнула, представив «законника», сражающегося с какой-нибудь многощупальцевой болотной тварью «на кулачках». Хорошо, что мне, судя по раскинувшемуся вокруг бурелому, до Болот еще ползти и ползти.

Правда, через полдня мне уже так не казалось. Именно столько я потратила на то, чтобы выбраться наконец на относительно открытое место, оказавшееся полянкой вокруг небольшого озера с удивительно прозрачной водой. Жаль только, радиоактивной. Счетчик начал предупреждающе трещать еще на подходе, и я, снова углубившись в лес, озеро обошла.

Но чем дальше, тем больше таких озер попадалось на пути, а еще через два часа передо мной без всякого предупреждения открылась водная гладь, обширность которой не мог скрыть даже нависающий над ней туман.

Я вздохнула. Дошла! Вот они – знаменитые Болота, и теперь для меня начинается самое сложное. Найти доктора, ни во что не вляпавшись.

В туман соваться не хотелось, и я аккуратно пошла по краю открывшегося мне простора – так, чтобы и в лес совсем не уходить, и не проваливаться поминутно в топкую землю. Как выяснилось совсем скоро – правильно сделала. В тумане взметнулось что-то огромное, ухнуло так, что у меня в ушах зазвенело, и с громким плеском рухнуло обратно, а пролетавшая над этим местом ворона испарилась, словно ее и не было. Я покосилась на воду, чернеющую в нескольких метрах от меня. Нет, не сунусь я туда ни за какие коврижки!

Взрыв раздался, кажется, с самого центра Болот. Звук увяз в густом тумане, но источник явно находился где-то неподалеку. Я сочла за лучшее присесть и некоторое время не отсвечивать, но снова, как и в первый раз, продолжения не последовало. Кто ж тут балуется? Или это какая-нибудь местная аномалия срабатывает? В любом случае неудивительно, что мне на пути пока не встретился никто из местной фауны – попрятались наверняка от греха подальше.

Дом доктора нашелся неожиданно легко. По крайней мере, глядя с берега на тонущую в тумане избушку, хотелось думать, что больше здесь жить некому.

Вел к домику аккуратный деревянный мостик, и я, поколебавшись, все же на него шагнула, правой рукой перехватив поудобнее пистолет, а левой вытащив нож. Автомат по-прежнему болтался за спиной. Доски под ногами тихонько поскрипывали и пружинили, но разваливаться, кажется, не собирались, и я пошла вперед быстрее, отчаянно надеясь, что, во-первых, все местные твари действительно попрятались, а во-вторых, доктор находится дома.

На воде туман оказался гораздо прозрачнее, чем выглядел с берега, и человека возле избушки я заметила почти сразу. Но не сразу осознала, что он делает. Картина была настолько невероятной, что я споткнулась, едва не выронив пистолет. Впрочем, этого мгновения хватило, чтобы вспомнить, кто такой доктор и чем он занимается. А он всего лишь делал то же, что и всегда, – лечил. Аккуратно и неторопливо накладывал повязку на голову громадного и довольно упитанного спрута, которому ради такого дела пришлось согнуться едва ли не пополам.

Самым странным было то, что спрут уже заметил меня, но не кинулся навстречу, растопырив щупальца, а всего лишь переступил с ноги на ногу, не отводя глаз. Что, конечно, тут же было замечено доктором. Он обернулся.

– Проходи, сталкер, – произнес буднично. – Оружие только убери. Никто тебя здесь не тронет.

Ох, мамочки, да мне даже ночью так страшно не было! Под немигающим взглядом спрута я убрала пистолет и нож, помимо воли ожидая, что вот сейчас-то он на меня и бросится, отшвырнув доктора. И что тогда? До берега добежать точно не успею. В воду нырять?

Между тем ноги продолжали шагать вперед. Опомнилась я, только стоя на берегу в окружении грядок с вовсю растущей на них зеленью.

– Картошка? – удивилась я, помимо воли отвлекшись от мутанта.

– Она, родимая, – улыбнулся доктор. Он за это время успел закончить перевязку и теперь поливал руки водой из кувшина. Спрут, как только доктор его отпустил, удалился в сарай, тихонько ворча. Я еще раз покосилась ему вслед.

– Обалдеть, – более подходящего определения в голову мне так и не пришло. Доктор снова улыбнулся. Ага, тебе-то это не впервой, едва ли не с обидой подумала я. Мне же спрута так близко видеть доводилось один раз, и это был не тот опыт, который хочется повторить.

– Пошли в дом, темнеет уже. Голодная, наверное? Поедим, да и расскажешь, что тебя сюда привело.

Я наконец оторвалась от созерцания сарая.

– Простите, доктор. Много слышала про то, что вы местную фауну лечите, но вот увидеть – это удовольствие совсем другого рода.

Словно в подтверждение, из дома выглянул зомби. Классический такой – деревянная походка и внешний вид далеко не первой свежести. Мне стоило огромных усилий не выхватить нож, когда он кинулся навстречу.

– Бабахи! Сталкер, дай бабахи!

– Изя! – прикрикнул доктор. – А ну марш в дом! Хватит с тебя бабах!

Зомби понурился, как не получивший игрушку ребенок, но послушно развернулся и так же деревянно ушел обратно в дом.

– Чего-чего он хотел? – оторопело переспросила я. Доктор досадливо махнул рукой:

– Гранаты. У всех встречных-поперечных их выпрашивает, а потом по всему болоту раскидывает. Местные звери уже знают – если Изя из дома вышел, то спасайся кто может!

– Так он и сегодня гулял? – осенило меня.

– Гулял. Где он на этот раз свои «бабахи» достал, ума не приложу!

Меня чуть не пробрал истерический смех. Вот почему Болота сегодня такие тихие! Изя гулял…

В доме меня ждало новое потрясение. Да такое, на фоне которого померкли разбегающиеся от Изи монстры. Пахло картошкой! Самой настоящей вареной картошкой, а еще – свежим хлебом! Я недоверчиво застыла на пороге, гадая, уж не аномалия ли это, но доктор прошел к столу, открыл стоящую там кастрюльку, и запах тут же стал еще сильнее.