Любовь Кошкина – Сборник рассказов: ОтДушина (страница 1)
Любовь Кошкина
Сборник рассказов: ОтДушина
"Пылевая статистика"
Марья Петровна сидела у окна. Скучала. Скучала так, что даже вязать не хотелось. Телевизор бубнил что-то про урожай, кот Васька храпел на антресолях, а мысли уплывали куда-то вдаль, к горизонту, замытому июльской дымкой.
"Ну вот, опять…" – подумала Марья Петровна, глядя, как пылинки танцуют в луче солнца, пробившемся сквозь неидеально протертое стекло. Скука была густой, как кисель, и липкой, как варенье на пальце.
Вдруг ее взгляд упал на подоконник. Там, в углу, где всегда скапливалось больше всего "живности", примостилась внушительная колония пыли. Не просто серый налет, а целые структуры! Башенки, каньоны, какие-то неведомые пылевые мегаполисы.
"Интересно," – мелькнула абсурдная мысль, – "а сколько их тут? Сколько этих пылинок?"
Скука мгновенно трансформировалась в научный азарт. Марья Петровна схватила лупу, оставшуюся от покойного мужа-филателиста, и прильнула к подоконнику.
"Раз… два… три…" – шептала она, водя лупой над пыльным царством. – "Сорок семь… сорок восемь… Ой, эта большая, считать за одну или за три мелкие? Ладно, за одну. Сорок девять…"
Кот Васька проснулся, зевнул и уставился на хозяйку, словно наблюдая за редким видом безумия.
"Сто двадцать… сто двадцать один… Господи, вот еще одна стая прилетела с занавески! Сто двадцать два, двадцать три…"
Дверь на кухне скрипнула. На пороге возникла соседка Алевтина Михайловна с чашкой – вернуть сахар, занятый вчера.
"Марьюшка? Ты чего это там…?" – Алевтина Михайловна замерла, увидев картину: соседка, сгорбившись у окна, яростно что-то считает через лупу.
Марья Петровна вздрогнула, оторвалась от исследования.
– А? Ой, Алевтина! Я… пыль считаю. На подоконнике.
– Пыль? – Алевтина Михайловна осторожно подошла ближе. – И… много?
– Уже сто двадцать три штуки насчитала! – с гордостью доложила Марья Петровна. – Но это только в этом секторе. Вот смотри, тут целый мегаполис! А вон там – горный хребет.
– Штуки? – Алевтина Михайловна прищурилась. – А они… одинаковые? Как считать-то?
– Ну как же! – оживилась Марья Петровна. – Вот мелкие – за единицу. Вот эти, покрупнее, но рыхлые – тоже за единицу. А вот эта, монолитная, прямо скала! – за нее, наверное, полторы надо…
– Полторы? – Алевтина Михайловна задумчиво поставила чашку на стол. – Это же нечестно. Она одна, а полторы? Надо или за одну, или за две.
– Но она же ОЧЕНЬ большая! – парировала Марья Петровна.
– Тогда за две! – твердо решила Алевтина Михайловна. – Чего мелочиться-то? Давай сюда лупу, я проверю твой учет.
И вот уже две дамы сидели у окна, уткнувшись головами в пыльный угол подоконника, горячо споря:
– Смотри, смотри! Вот эта откололась от скалы! Теперь скала – это уже одна целая, а отколовшаяся – отдельная единица! Значит, у нас +1 к общему количеству!
– Ага! И не забудь про ту, что только что приземлилась с потолка! Видишь, вон она, медленно опускается… Лови ее взглядом!
Васька фыркнул и ушел обратно на антресоли. Глупости какие-то. Лучше поспать.
А Марья Петровна вдруг поняла, что скука куда-то испарилась. Совсем. Теперь у нее было важное дело, коллега по исследованию и целый микрокосмос на подоконнике, требующий строгого учета. И, конечно, спорный вопрос: считать ли пылевую "скалу" за полторы единицы или за две?
"Главное," – подумала она, глядя на соседку, азартно водящую лупой, – "чтобы муж Алевтины не потребовал обратно свою лупу для марок. А то придется переходить на визуальный подсчет. Или… завести микроскоп?"
Скука? Какая скука? В мире, где есть пыль и соседка с сахаром, скучать просто некогда! Особенно когда на кону – точная статистика пылевого мегаполиса. Вдруг это пригодится при нашествии инопланетян? Или для оправдания перед мужем, почему пылесос опять не включали? "Мы же научную работу проводим, дорогой!"
«Показания к Покупке: Одна Штука»
Лена стояла перед зеркалом в унылой пижаме цвета «влажной офисной туалетной бумаги». За окном моросил ноябрьский дождь, начальник прислал десять правок в презентацию, которую она сдала месяц назад, а любимый кактус неожиданно скончался от переувлажнения (виновата забытая чашка). Диагноз был ясен: Острsq Приступ Вселенской Серости (ОПВС) с осложнением в виде Зевоты До Слез.
«Тяжелый случай, – констатировала Лена, глядя на свое отражение. – Требуется срочная терапия. Стандартная дозировка: один терапевтический шопинг. STAT!»
Она не шла в торговый центр. Она шла на процедуру. Это был священный ритуал борьбы с хандрой, одобренный анонимным сообществом «Шопинг-терапевты» (они же ее лучшая подруга Марина и девчонки из чата).
Симптом №1: Острая Тоска По Лету.
Лечение: Отдел купальников и сарафанов.
– Доктор, мне что-то яркое! – потребовала Лена у консультанта, чей макияж сиял, как неоновая вывеска. – Что-то, кричащее «ананас на пляже», а не «офисный планктон в ноябре»!
Результат: Сарафан цвета взрыва манго, с рюшами, способными укрыть небольшую планету. Лена примерила его поверх свитера. В раздевалке, под мерцающим светом, она на секунду увидела себя на Бали. Эндорфины подскочили на 30%. Прогресс!
Симптом №2: Хронический Дефицит Новизны.
Лечение: Отдел косметики.
– Мне нужен… новый оттенок! – заявила Лена продавщице. – Что-то, что скажет миру: «Да, у меня дедлайн, но мои губы – это арт-объект!»
Результат: Помада под кодовым названием «Ярость Рубинового Фламинго». Лена нанесла ее тут же, поверх бальзама. Ее отражение внезапно обрело дерзость и харизму голливудской злодейки. Эндорфины +50%. Побочный эффект: непреодолимое желание сказать кому-нибудь «Моя прелесссссть».
Симптом №3: Синдром Начальника-Рептилоида.
Лечение: Отдел канцелярии.
– Мне блокнот! – сказала Лена, ощущая остаточную злость от правок. – Такой, чтобы начальник «ощутил моё моральное превосходство, когда я буду записывать его бред на этих страницах!
Результат: Блокнот в кожзаме, цвета глубокого космоса, с золотым тиснением «Делай или не делай. Вес – как у кирпича. Идеально для метафорического (а может, и нет?) удара по столу. Эндорфины взлетели до 85%. Чувство контроля восстановлено!
Лена уже порхала, неся пакеты с «лекарствами», как вдруг ее радар уловил Критическое Осложнение: Внезапное Ощущение, Что Жизнь Проходит Мимо (ВОЧЖПМ).
Лечение требовалось радикальное. И оно нашлось. В витрине обувного отдела.
Препарат выбора: Сапоги. Не просто сапоги. А САПОГИ! Выше колена. Кожа цвета «Спелая вишня под прожекторами». На каблуке такой высоты и тонкости, что они, казалось, бросали вызов законам физики и здравому смыслу одновременно.
– Это… безумие, – прошептала Лена, прижав ладонь к витрине. – Где я их надену? На лекцию по ТБ? На вынос мусора?
Но ее внутренний «Шопинг-терапевт» был неумолим:
«ПАЦИЕНТКА! Это не просто обувь! Это – вакцина против серости! Это – визуализация твоей скрытой дерзости! Купить! НЕМЕДЛЕННО! Показание – критический уровень ВОЧЖПМ!»
Лена вошла в магазин с видом МЧСника, идущего в эпицентр катастрофы. Она примерила сапоги. Ноги превратились в бесконечные, дерзкие, вишнево-красные линии. В зеркале стояла не Лена из пижамы, а Лена, готовая снять плохой голливудский боевик или как минимум затоптать коварный кактус-убийцу.
Кассирша подняла бровь:
– Крепкие… каблуки. Уверены?
– Это не каблуки, – торжественно произнесла Лена, расплачиваясь. – Это – ортопедический аппарат для коррекции мироощущения.
В этот момент раздался звонок. Марина, голос полный скепсиса:
– Ну что, полегчало? Купила еще один «спасительный» свитер?
Лена окинула взглядом пакеты с сарафаном-манго, помадой-фламинго, блокнотом-кирпичом и… вишневое чудо в коробке. Блеск в ее глазах мог бы ослепить.
– Марин, ты не поймешь. У меня были… «показания». Острая клиническая необходимость в красных сапогах. Жизнь зависела от этого выбора!
– Сапоги?! – Марина фыркнула. – Лен, ну ты даешь! И что, они тебя вылечили?
Лена вышла из торгового центра. Дождь перестал лить. Тусклый ноябрьский свет вдруг показался… интересным. Она несла свои пакеты не как трофеи, а как щит и меч против вселенской скуки.
– Вылечили? – Лена улыбнулась, глядя на свое отражение в витрине: пижама все та же, но внутри – пожар. – Еще нет. Но курс лечения начат! Прогноз… – она потрогала коробку с сапогами, – благоприятный, при условии ношения красного. А завтра… завтра у меня плановый прием у «косметичек». Для профилактики рецидива!
Она шагнула к дому, уже представляя, как эффектно будет выносить мусор в вишневых сапогах. Иногда самое сильное лекарство – это не таблетка, а дерзкая, абсолютно непрактичная, но безумно радостная «одна штука». Главное – правильно поставить диагноз!
«Духовный Квест в Красных Тоннах»
Марина решила, что с нее хватит. Хватит офисного кондиционера, напоминающего пыхтение больного дракона. Хватит чатов с бесконечными "Доброе утро! 😊" в 11 вечера. Хватит даже любимой бабушки, которая вчера спросила: "Ну что, замуж скоро? А то цветы на подоконнике вянут, как твоя личная жизнь".
Решение созрело мгновенно, как синяк от удара об угол стола. Она скинула шпильки (одну под диван, где она наверняка обретет свободу и новую жизнь), натянула старые джинсы (немного тесноваты после зимних посиделок с пельменями) и футболку с надписью "Фу, люди". Взяв рюкзак с бутылкой воды, шоколадкой "Алёнка" и зарядкой (куда ж без нее в духовном поиске?), она выскользнула из дома. Цель: бескрайнее поле алых маков за городом, о котором она мечтала с тех пор, как увидела его в инстаграме у какой-то девушки с идеальными косами и лицом без единой поры.